Чтение онлайн

– Посмотри, что он с ней сделал! – завопила она, протягивая руку. – Смотри!

Даже во впечатляющем фойе лошадь казалась огромной – высокий чёрно-белый жеребец, выращенный достаточно крупным, чтобы носить демонов. На спине у него был намокший комок ткани. Майна в замешательстве посмотрела мимо лошади. Где Нитта? И о чём думала Лова, приведя лошадь в атриум?

Понимание пришло не сразу.

Не обращая внимания на помощников отца, которые снова засуетились вокруг, требуя указаний, Майна подошла к жалкого вида куче мокрой одежды на спине лошади, которая была вовсе не кучей одежды, а Ниттой.

Нитта. Разбитая, перепачканная, сломленная.

Девушка-леопард висела у лошади на шее, положив голову на одну руку. Другая безвольно свисала сбоку.

Майна взяла её поникшую руку.

– Нитта, – прошептала она.

Нитта выглядела измученной. Её мех был мокрым и спутанным. В пальто, которым она укрывалось, её худощавая фигура становилась похожа на карлика. Из-под шерсти проступали острые позвонки. Обнажённые ключицы были тонкими, как дужки очков. Нитта всегда была жилистой, но сейчас она была совсем худой.

Нитта медленно подняла голову. Она посмотрела на Майну своими прекрасными зелёными глазами, в которых мелькнули едва заметные искорки.

– Майна, – сказала она низким карканьем. Уголок её губ приподнялся. – Ты хорошо выглядишь, учитывая, знаешь ли... – её ресницы затрепетали. – …когда мы виделись в последний раз, сражались насмерть и всё такое...

Затем её голова поникла.

Майна поймала её, когда она соскользнула со спины жеребца, и плавно обняла.

– Отведите лошадь в конюшню, – приказала она толпящимся членам клана. – И покажите мне комнату Нитты. Ло, – резко добавила она через плечо.

Пока все отвлеклись, Лова рвалась в комнату Меррина. Выглядя расстроенной, она подошла к Майне.

– Рано или поздно я доберусь до него, – проворчала она. – Если только ты меня не опередишь.

Майна не ответила. Она не была уверена, чего хочет. Ей хотелось разорвать Меррина на части, ворваться в Сокрытый Дворец и уничтожить каждого демона, пока не найдёт Леи. Ей хотелось рвать и метать… и одновременно хотелось лежать в тихой комнате с любимой девушкой на руках и знать, что никто никогда больше не причинит им боль. О, как сильно ей этого хотелось.

Но одновременно Майна не была уверена, что получит хоть что-то из этого, и особенно не была уверена, что этого заслуживает.

Раздался хруст – она наступила на осколки своего ножа.

"Неудивительно, что этот нож всё время попадается мне", – тупо подумала она.

Она и сама похожа на этот нож – зазубренный, холодный, весь в крови.

Сломанный.

Нитта проспала до полудня следующего дня.

Майна оставалась с ней всю ночь, то сидя в кресле у кровати, то расхаживая у окон в надежде увидеть возвращение отца и его армии. Лова настояла на том, чтобы составить ей компанию. Генерал Амалы сидела на полу и чистила свой кортик, медленно поворачивая его, чтобы поймать свет фонаря.

При звоне колоколов, возвещающем время обеда, Майна встала.

– Пойду проверю, как там клан. Распоряжусь, чтобы нам принесли поесть. Не спускай с неё глаз.

В обеденном зале Майна ходила между столами, разговаривала с советниками отца и лидерами союзных кланов, отвечала на вопросы и узнавала последние новости. Меррина продолжали держать под стражей. Она приказала прислать ему немного еды и воды.

– Никакого яда, – сказала она полушутя.

Когда она возвращалась наверх, за ней последовали две горничные. От подносов, которые они несли, исходили восхитительные ароматы. Майна подошла к комнате Нитты и услышала голоса, доносившиеся из-за дверной щели.

Они были тихими, скрытными. Она подняла руку и остановилась. Горничные последовали её примеру.

– Мы никогда не говорили ей...

– Знаю! Думаешь, она захочет со мной говорить, если узнает? Пока ей ничего не известно, малышка, но я не совсем понимаю почему.

– Если ты сейчас не понимаешь, Лова, то уже никогда не поймёшь.

– Ты не обязана хранить мне верность, Нитта, – ни ты, ни Бо. Ты могла сразу рассказать Майне о том, что я сделала.

В голосе Нитты звучала обида:

– Разве мы можем перестать быть Амалами? Ты изгнала нас, Лова, но это не мешало нам любить тебя. От любви к нашей семье...

Тишину нарушил чих.

Одна из горничных вздрогнула, отчаянно пытаясь восстановить равновесие после того, как чуть не расплескала миски с супом годжи на подносе.

Дверь в комнату Нитты скользнула в сторону. Оттуда вышла Лова.

– Мы не слышали, как ты подошла, – сказала она, а потом добавила: – Нитта проснулась.

Майна слишком устала, чтобы спрашивать, о чём они беседовали, – клановые дрязги волновали её меньше всего. И в любом случае, едва она увидела Нитту, сидящую в постели со слабой улыбкой на милом лице, разговор вылетел у неё из головы.

Нитта здесь, и она не спит, а улыбается.

– Скучали по мне? – спросила она, когда Майна села рядом.

Кажется, впервые за многие годы Майна улыбнулась – ни ухмылки, ни кривого изгиба губ, ни мимолётного, удивлённого изгиба. Настоящая улыбка – слабая, но искренняя.

– Да, – ответила она. – Да, Нитта.

Их руки нашли друг друга.

– Я уже не надеялась увидеть кого-нибудь из вас снова, – призналась Нитта, её большие изумрудные глаза умоляли. – Лова сказала мне, что вы держите Меррина в плену. Майна, ты должна выслушать его рассказ. Если бы не он, я бы погибла.

– Вы действительно чуть не погибли из-за него, – сказала Майна. – То же самое можно сказать о всех нас. А Леи...

Она замолчала, не могла рассказать того, что узнала прошлой ночью о местонахождении Леи. Не сейчас. Для неё это был удар под дых.

– Он совершил ошибку, – сказала Нитта, – но извлёк из этого урок. Он пытается искупить свою вину.

Когда Лова насмешливо фыркнула в углу комнаты, где горничные накрывали на стол, Нитта терпеливо добавила:

– Он потерял того, кого любил, и это затмило ему разум. Такое может случиться с каждым.

Майна подумала об окровавленном мальчике-шакале в соседней комнате. Её взгляд опустился туда, где её пальцы переплелись с пальцами Нитты. На мгновение она увидела руку Леи – небольшую, бледную и не покрытую шерстью. Ей до боли захотелось снова почувствовать её пальцы, такие мягкие и тёплые на своей коже.