Чтение онлайн

— Ну, да…

Он тепло улыбнулся и погладил ее по щеке.

— Я очень этого хочу. Но пусть лучше мы будем вместе, когда в твоих мыслях не будет никаких Корвинов. Это мешает, знаешь ли.

Бертлисс неловко улыбнулась и заправила за ухо прядь волос.

— Ты очень хороший, Каин.

— Я знаю, — лениво отозвался он. — Но мне кажется, что ты хочешь уже со мной попрощаться.

Девушка поджала губы и, кивнув, сказала:

— Спасибо за этот вечер. Ты, правда, сделал для меня очень многое, но сейчас…

— Подожди, — альфариец мягко коснулся указательным пальцем ее губ, а потом перевел его наверх. Семь месяцев медленно окрашивались в черный. — Уже началось…

— Ее там нет.

Корвин обернулся. Аринда, светловолосая подруга мышки, стояла и смотрела на него, скрестив на груди руки. И как она сумела так бесшумно подкрасться?

— А где она? — спросил арвиндражевец, разворачиваясь к лорииэндовке всем корпусом.

Если честно, он не знал, зачем пришел сюда. Просто делал обход и вдруг оказался у двери с неказистым номером триста тринадцать, а потом не смог пройти мимо. Корвин был почти уверен, что Бертлисс все поняла и простила его — осталось лишь подтолкнуть ее к правильному решению.

— Не знаю, — тем временем ответила блондинка, демонстративно прикладывая ключ-карту к панели.

— Ты знаешь, — не поверил ей арвиндражевец, нахмурившись. — Нам с ней нужно поговорить. Желательно, как можно скорее.

Девчонка молчала.

— Аринда, пожалуйста, ответь. Это очень важно.

Непонятное волнение холодом скопилось в животе. Наконец, она вздохнула и обернулась.

— Берта в Альфаре на вечеринке в честь начала каникул. И, мне кажется, ей с тобой не о чем говорить.

Сказав это, Аринда быстро открыла дверь и зашла внутрь.

Коридор затопила густая тишина.

Немного постояв на месте, Корвин развернулся и пошел вперед. Пальцы, подрагивающие от бессильной злобы, медленно сжались в кулаки.

Бертлисс настояла на том, чтобы вернуться в Арвиндраж одной. Попрощавшись с Каином как со старым и очень близким другом, она прошла через два портала и оказалась в знакомом уже цветочном горшке. А потом, совсем того не ожидая, вдруг услышала чей-то голос. Сердце кольнул испуг. Спрятавшись за высокими бортиками, Бертлисс судорожно пыталась придумать, что делать дальше.

Судя по голосу, в оранжерею посреди ночи заявилась профессор тен Эйр. Она негромко переговаривалась с цветами, блуждая между растениями, и ее голос то приближался, заставляя сердце стучать сильнее, то отдалялся, позволяя облегченно выдохнуть застоявшийся в груди воздух. Бертлисс просидела как на иголках, наверное, минут десять, пока, наконец, не осталась в полной тишине.

От усталости и выплеска эмоций хотелось поскорее улечься в теплую кроватку и провалиться в долгожданный сон. Для верности подождав еще с пару минут, лорииэндовка аккуратно выбралась наружу. Она подошла к небольшой лавочке, на которой оставила плащ, но вдруг с ужасом поняла, что его там нет. Спину прошиб холодный пот. Нервно оглядываясь по сторонам, Бертлисс начала шарить по всем возможным местам в поисках своей вещи, но, как бы ни старалась, так и не смогла ее отыскать. А ведь в кармане оставался ее телефон…

Лорииэндовка медленно села на скамейку и зарылась пальцами в волосы. Без нежелательных последствий все-таки не обошлось.

Мистер тин Йорк демонстративно пододвинул ближе аккуратно сложенный плащ и с лежащим на нем смартфоном и сложил пальцы в замок. Бертлисс замерла, не отводя от находок взгляда.

— Предлагаю вам самостоятельно все рассказать, мисс тен Парт, — почти великодушно предложил мужчина, внимательно смотря в лицо лорииэндовки.

Она почувствовала, как все внутри скручивается в узел. Произошло то, чего она опасалась больше всего.

— Вы ведь и так все знаете.

— Не все.

От директора веяло недовольством. Бертлисс сглотнула.

— Я незаконно проникла на территорию Альфара с помощью самодельного портала, — выговорила она, с трудом ворочая языком. — Это все, что я могу сказать.

— Вам кто-то помогал?

— Нет, — выпалила она слишком быстро для правды. Мистер тин Йорк подозрительно сощурился. — Я сама узнала о вечеринке и о портале. И сама все это сделала. Тут есть только моя вина и никого больше.

— И от кого же вы это все узнали? — не унимался мужчина.

— От третьих лиц.

Если из-за ее неосторожности пострадает Каин, Бертлисс себе этого не простит. И плевать, что часть вины лежит и на нем — лорииэндовке отчаянно не хотелось подставлять друга.

Директор тяжело вздохнул и, покачав головой, кивнул на вещи девушки.

— Забирайте их и можете уходить.

— К-куда? — в шоке спросила она.

Вон из Арвиндража!

— В свою комнату или, может, к друзьям. Не могу же я знать ваших планов, — с кривой улыбкой ответил он, откидываясь на спинку кресла.

Бертлисс глупо моргнула.

— А как же…

— Разберемся с этим потом, — отрезал мужчина. — А пока можете идти, мисс тен Парт. Признаться, от вас я ожидал такого в самую последнюю очередь.

Виновато опустив глаза в пол, лорииэндовка скомкано попрощалась и вылетела за дверь. Миссис тен Шармель встретила ее подбадривающей улыбкой.

— Ну, как?

— Все хорошо, — напряженно выдохнула Бертлисс, сама еще не до конца веря своей удаче. — Даже как-то подозрительно хорошо…

— Неудивительно. Мистер тин Йорк сегодня в хорошем расположении духа, — пояснила женщина и весело подмигнула.

Как оказалось, в хорошем расположении духа директор был только тогда. Через два дня он снова вызвал лорииэндовку к себе и огорошил ее новостью:

— Как вы помните, мисс тен Парт, наказание я вам так и не дал, но все хорошее рано или поздно заканчивается. Мое решение таково: во-первых, всю предстоящую неделю вам предстоит помогать миссис тен Эйр. Подойдите к ней в кабинет в шесть часов вечера, она даст вам поручения.

В этом не было ничего сложного, но почему-то у Бертлисс было какое-то нехорошее предчувствие.

— А во-вторых? — спросила она.

— Во-вторых, вы не допускаетесь к поездке в Леастоль.

Лорииэндовка изумленно вытаращила на мужчину глаза. Двухдневная поездка в самый крупный в Сансарии закрытый парк аттракционов была единственным стоящим развлечением, которое могла позволить себе Бертлисс на зимних каникулах. А теперь она лишается даже этого! Впрочем, волну праведного негодования удалось подавить сразу после упоминания:

— Вы ведь понимаете, что настоящее наказание за подобный проступок несравнимо с тем, что озвучил я?