Девятая жизнь. Студенты по обмену
Шрифт:
В комнату Бертлисс возвращалась в десятом часу ночи. Коридоры ее блока были пустыми и абсолютно тихими — непривычная обстановка, заставляющая еще ярче ощутить свое одиночество. В груди снова противно защемило от жалости к себе. За целый день Аринда написала ей всего пару-тройку сообщений и выложила кучу фотографий их довольных физиономий. Без нее. Бертлисс ругала себя за завистливые мысли, но поделать с этим ничего не могла.
Впрочем, совсем скоро ее начало волновать совсем другое — права рука не обнаружила в кармане джинс ключ-карту от комнаты. В легкой панике лорииэндовка обшарила все карманы, подергала ручку двери, прошлась обратно по коридору до кабинета миссис тен Эйр и полностью осмотрела его, но так ничего и не нашла. Страх липкими пальцами сжал горло. Судорожно пытаясь придумать, где еще мог остаться ее ключ, Бертлисс убедила себя, что не могла выронить его на улице — после этого она заносила в комнату верхнюю одежду. Значит, все произошло где-то между обедом и ужином, прямо перед отработкой у миссис тен Эйр.
Двери столовой в такое время были, конечно же, закрыты. В подавленном состоянии Бертлисс вернулась к своей комнате, совершенно не зная, куда податься. По дороге она слышала музыку с верхних этажей, где жили старшие курсы, но ей там не было места. Сложилось такое чувство, будто весь мир настроился против нее в этот злополучный день. Даже телефон успел разрядиться! Раздосадовано усевшись на пол под запертой дверью, Бертлисс закрыла глаза и попыталась уснуть. Можно было, конечно, призвать свои души, но днем она уже убила на это слишком много сил. Оставалось только ждать наступления утра.
Наверное, Бертлисс все-таки задремала. Из сна ее вырвал настойчивый звук приближающихся шагов, контрастом шедший с гробовой тишиной пустого этажа. Проморгавшись, она вгляделась вглубь коридора. Совсем некстати вспомнилось, что после десяти часов делается обход, и тем, кто попадется, полагается наказание. Но она ведь не специально тут застряла! Тем более, все второкурсники сейчас были не в академии, какой толк обследовать этот блок? Все еще надеясь, что кто бы то ни был обойдет ее стороной, лорииэндовка прижала колени к груди и обхватила их руками. Может, ее скорбный вид хотя бы пробудит жалость…
Наконец, шаги послышались совсем близко. Каково же было удивление Бертлисс, когда из-за угла вышел Корвин. В груди что-то мелко затряслось. Парень на мгновенье затормозил, недоуменно вглядываясь в ее сжавшийся силуэт, но почти тут же, вопреки неожиданно зародившейся надежде, перевел взгляд вперед и, как ни в чем не бывало, медленно прошел мимо.
Разочарование тяжелым комом бухнуло в желудок. Это что же… Он даже ничего не спросит у нее? Бертлисс ожидала чего угодно, но не этого! Она растерянно уставилась в удаляющуюся спину, вдруг понимая, что Корвин — единственное спасение в данной ситуации. Как ни крути, а оставаться одной ночевать в коридоре ей отчаянно не хотелось. Но арвиндражевцу, казалось, было совершенно на это наплевать. Вразвалочку он шел вперед, даже ни разу не оглянувшись на нее, будто Бертлисс была для него пустым местом. Эта догадка неприятно резанула по сердцу.
Но, дойдя до самого конца, Корвин вдруг остановился. Он медленно повернул голову в сторону, открывая вид на свой профиль. Не пустое место. На мгновенье замерев, Бертлисс аккуратно поднялась на ноги, и, когда парень двинулся дальше, рванула следом. Сердце восторженно забилось, смешивая радость с волнением. Лорииэндовка держала дистанцию в метр и молчала всю дорогу. Она послушно следовала за Корвином все время, пока он делал обход замка (заняло это не меньше двадцати минут), но, когда парень остановился у одной из дверей и приложил к ней карту, смутилась и замерла посреди коридора.
Так и не взглянув на нее, арвиндражевец зашел в комнату. Полуоткрытая дверь стала последним подтверждением — он ждал, что она зайдет следом. Если честно, не самая воодушевляющая перспектива, но… Собравшись с духом, Бертлисс осторожно двинулась вперед и с опаской прошмыгнула в чужую обитель. Корвин в это время закрылся в ванной, видимо, давая ей время осмотреться. Сглотнув, лорииэндовка сделала несколько шагов вперед. Тогда, в первый раз своего здесь пребывания, ей было совершенно не до того, чтобы обращать внимание на саму комнату, а сейчас выпало подходящее время.
Как оказалось, оттенки в интерьере мужской комнаты были намного темнее: если в спальнях девушек это были воздушные лиловый и фиалковый, то тут доминировал глубокий аметистовый цвет. Несмотря на это, темнота стен и ковров не давила — напротив, такие оттенки ассоциировались у Бертлисс с чем-то прочным и надежным, готовым защитить в любой ситуации. Взгляд сразу зацепился за большой книжный шкаф, потом перешел письменный стол с аккуратно сложенными на нем вещами. Над столом висело несколько листков с нарисованными рунами. Еще немного осмотревшись, Бертлисс прошла к одному из кресел и села в него, сложив руки на коленях.
Спустя минут пять из ванной комнаты вышел Корвин. С влажными после душа волосами и в одних лишь домашних брюках он заставил собравшуюся было лорииэндовку занервничать с новой силой. Впрочем, арвиндражевец так ни разу и не взглянул в ее сторону, завалившись на кровать и поставив на вытянутые ноги ноутбук. Интересно, как долго он собирается ее игнорировать? Им ведь еще ночевать в одной комнате! От таких будоражащих сознание мыслей Бертлисс становилось совсем не по себе.
Но одно она знала наверняка — другого более подходящего времени все обсудить у них больше не будет, и, если Корвин отказывается начинать разговор первым, она возьмет все в свои руки. Поэтому, поднявшись с кресла, лорииэндовка сделала несколько шагов в сторону кровати и наконец-то поймала на себе взгляд разноцветных глаз. Остановилась.
— Я потеряла свой ключ, — зачем-то сообщила после небольшой паузы, не придумав, с чего начать.
— Я понял, — лаконично ответил арвиндражевец.
Бертлисс нахмурилась, когда Корвин опять опустил взгляд на экран ноутбука. Словно отмахнулся от надоедливой букашки.
— Я… Можно мне воспользоваться ванной? — выдавила она. Парень лишь кивнул.
Закрывшись в небольшой комнатке, лорииэндовка сдавленно выдохнула и приложила похолодевшую ладонь ко лбу. Та напряженность, которая была между ними, не давала спокойно вдохнуть. Что могло заставить Корвина вести себя по отношению к ней так холодно и отстраненно, полностью переменившись в один миг?
Догадка была ясна как майский день — он просто напросто решил, что с него довольно. И точка. Зачем что-то доказывать по тридцать раз? Бертлисс вела себя с ним как последняя сволочь и хотела, чтобы он продолжал бегать за ней хвостиком? От этого осознания глаза противно защипало. Она сама все испортила! Нужно было поговорить с парнем сразу после разговора с Каином — он ведь действительно убедил ее в том, что Корвин был искренен в своих чувствах. Зачем, ну зачем нужно было тянусь с этим? Возможно, тогда бы еще не было так поздно…
Когда она вышла обратно в комнату, свет уже был выключен. Досада мертвым грузом свалилась на плечи — кажется, Корвин окончательно давал понять, что все закончено. На кресле рядом с ванной стопочкой лежали футболка и длинные шорты, приготовленные, судя по всему, ей для сна. Взяв их, Бертлисс зашла обратно и наскоро переоделась, чувствуя, как в горле встает горький ком. Она мысленно дала себе затрещину. Рано сдаваться! Пока она все не решит до конца, ничего не закончится!
С таким худо-бедно, но настроем лорииэндовка на прямых ногах подошла к кровати и легла с самого края. Корвин не подавал признаков жизни, развалившись на другой стороне постели и отвернувшись от нее к окну. Между ними будто пролегла целая пропасть. Взяв волю в кулак, Бертлисс осторожно позвала его: