Чтение онлайн

– Я хочу, чтобы наших людей немедленно освободили, Грызлов, - сказал Торн.

– Не будьте идиотом, Торн, - сказал Грызлов.
– Я не могу освободить их, даже если бы хотел. Они являются военнопленными, и будут считаться таковыми. Но мы еще не нашли способа вывести их, не подвергая опасности радиационного облучения. Однако сейчас они находятся в полной безопасности и мы полагаем, что у них есть достаточно пищи и воды, чтобы продержаться, пока уровень радиации не спадет. Они сами замуровались внутри, и там и останутся, пока мы не сможем вывести из и поместить под стражу.

– Вы обязаны обеспечить их безопасность, представать им медицинскую помощь, продовольствие и воду и обращаться с ними в соответствии с Женевской конвенцией под контролем Международного красного креста!
– Сказал президент Торн.
– Мне все равно, каковы там условия - эти условия созданы вами же!

– И я хочу предупредить вас, Торн, если ваши люди причинят какой-либо вред моим солдатам, все они будут убиты!
– Крикнул Грызлов.
– Я не в настроение слушать ваше нытье и блеяние! Ваши войска несут ответственность за гибель нескольких сотен моих солдат в Якутске - все они погибли при ударе. Несомненно, что ваши силы так спешили защитить себя, что очень удобно "забыли" отпустить пленных. И я знаю, что среди выживших есть "Железные дровосеки". Им лучше подумать дважды, прежде, чем пытаться причинить вред российским солдатам!

– Грызлов, давайте оставим переговоры нашим ведомствам иностранных...

– Совершенно верно, Торн, - ответил Грызлов.
– Однако, как я уже говорил, мы допросили других выживших, которым не повезло добраться до убежищ вовремя. Они получили очень серьезные ранения, и я боюсь...

– Благодаря тебе же, сукин сын!

– ... несмотря на все наши попытки помочь им. Они также рассказали мне перед смертью многие детали плана Маклэнехэна, касательно наших ракетных шахт в Алейске и Ужуре, мобильных ракетных комплексов, а также планах начать охоту на российские тяжелые мобильные ракетные комплексы с разделяющимися головными частями. Ваш генерал Маклэнехэн, безусловно, человек с богатым воображением.

– Если он сказал, что у вас остается развернутым незаконное вооружение, я уверен, что он прав, - ответил Торн.

– Мы должны положить этому конец, Торн, - сказал Грызлов.
– Мои аналитики предполагают, что несколько бомбардировщиков Маклэнехэна покинули Якутск. Так как они не атаковали любую из запланированных ими целей, я полагаю, что мои аналитики ошибаются. Однако, если бы вы смогли подтвердить местоположение всех сил Маклэнехэна, я уверен, что мы бы могли понизить готовность наших сил стратегического назначения и средств ПВО, что, вероятно, очень облегчило бы нагрузку на них и, несомненно, могло бы предотвратить случайные пуски...

– Опять угрозы, Грызлов?
– Спросил Томас Торн.
– Вы угрожаете мне новыми ядерными ударами, если я не дам вам точное местоположение и численность наших бомбардировщиков? А не пошли бы вы к черту?

– Если вы отказываетесь сотрудничать, Торн, я должен дать своим силам стратегического назначения полное право ответить на любую угрозу Российской Федерации всеми имеющимися силами, - ответил Грызлов.
– Вы, по-моему, не понимаете, насколько все серьезно. Маклэнехэн перебросил свое бомбардировочное авиакрыло на российский аэродром! Убив десятки военнослужащих, захватив в плен почти тысячу мужчин и женщин, похитив топливо и вооружение на миллионы рублей, и несет ответственность за гибель всех пленных, содержавшихся в зоне боевых действий - в сущности, в качестве живого щита! Вместо того, чтобы эвакуировать их в безопасное место, как того требует Женевская конвенция. Вы должны сделать намного больше, чтобы заверить российский народ, думу и лично меня, а также начальников моего генерального штаба, что вы хотите мира, а не войны!

– Я ничего вам не должен, Грызлов, - сказал президент Торн.

– Где Маклэнехэн?
– Гневно спросил Грызлов.
– У вас есть какая-либо связь с ним?

– Идите к черту.

– Не делайте глупостей, Торн.
– Скажите мне, если они направляются обратно в Соединенные Штаты. Сделайте для разнообразия что-нибудь умное, Торн! Скажите по крайней мере, есть ли у вас контакт с ними?

– Я скажу вам, Грызлов, что Соединенные Штаты будут готовы к любым попыткам внезапного нападения со стороны России, и вам придется иметь с этим дело. В следующем разговоре я ожидаю услышать, что вы безоговорочно объявили о снижении готовности ваших вооруженных сил.
– Торн прервал связь.

Грызлов повесил трубку и откинулся на спинку кресла, расплываясь в улыбке.

– Какой идиот, - пробормотал он.
– Если американский народ хотя бы на десятую часть такая же размазня, эта война закончиться в самое ближайшее время.

– Сэр, - сказал Степашин напряженным и раздраженным голосом.
– Вам следует проинформировать генеральный штаб, дума и прессу относительно своих действий в Якутске.

– Это подождет, Степашин.

– У нас есть сообщения о сотнях пострадавших в Якутске, - сказал Степашин.
– В результате ядерных взрывов повреждены или разрушены нефтерасприделительное оборудование и насосные станции на миллиарды рублей. Все средства связи в городе и гражданском аэропорту вышли из строя в результате электромагнитного импульса.

– Я сделал то, что должен был сделать, - отмахнулся Грызлов.
– Американцы перебросили туда десяток дальних бомбардировщиков и более ста военных, и готовились нанести удар по нам. Что мне следовало делать? Просить Торна или Маклэнехэна отсидеться дома, пока мы договоримся о прекращении огня?

Степашин помолчал несколько мгновений, взглянув на офицеров генштаба и получив в ответ гневные взгляды. Не было никаких сомнений в том, что американцы готовили в Якутске воздушный налет, чреватый серьезным ущербом, но решение Грызлова применить ядерное оружие по своей территории, убив сотни или даже тысячи своих же солдат и мирных жителей, не доставляло им радости. Наконец, он сказал:

– Зачем вы сказали Торну, что допросили американских выживших? Мы еще даже не отправили в Якутск войска и медперсонал, чтобы оценить уровень радиации.

– Торн об этом не знал, - сказал Грызлов.
– Я хотел узнать его реакцию на упоминание баз баллистических ракет - и он подтвердил, что Маклэнехэн нацелился именно на них.

– Разве мы не должны помочь выжившим, которые еще могут оставаться в бомбоубежищах?
– Спросил Степашин.

– И рисковать здоровьем наших людей, подвергая их облучению? Не сходите с ума, генерал, - сказал Грызлов.
– Всем следует держаться подальше от Якутска и отправлять группы каждый день или около того для замеров радиоактивности воздуха и земли. Если какие-либо американцы остались там, они заслуживают смерти. А если среди выживших есть русские, мы просто заявим всему миру, что они были казнены американцами.

Степашин посмотрел в пол, чтобы не выдать лицом отвращения, которое он испытывал от мысли, что они просто собирались бросить всех, кто еще мог остаться в живых.

– Далее, - продолжил Грызлов.
– Чего теперь можно ожидать от Соединенных Штатов?

– У Томаса Торна не хватало духу драться раньше, и я не вижу причин, чтобы он был более готов к этому сейчас, - ответил Степашин.
– Маклэнехэн был его доберманом - без него, я полагаю, он будет ждать, наращивать свои силы и решать, как реагировать. Но он более не имеет неядерных сил, способных угрожать стратегическим объектам на территории России. Конечно, он мог бы нанести удар баллистическими ракетами с подводных лодок, но я не думаю, что он решиться ответить ядерным ударом, даже в самом крайнем варианте.

– Меня не беспокоит Торн, меня беспокоит Маклэнехэн и то, что осталось от его сил - и все, что вообще осталось у Патрика Шейна Маклэнехэна, - сказал Грызлов. Он задумался на мгновение и сказал: - А также цели, которые мы не смогли уничтожить, в особенности, гора Шайенн, Барксдейл, Баттл-Маунтин и Сакраменто в Калифорнии.

– Если Маклэнехэн опять ушел, Степашин, он пустит в ход собственные зубы, - сказал Грызлов.
– На случай, если бомбардировщики Маклэнехэна атакуют любые наши базы баллистических ракет, я приказываю уничтожить Баттл-Маунтин и Сакраменто. Убедитесь, что одна боеголовка будет направлена на базу ВВС Биль, чтобы все считали, что это и есть реальная цель - но я хочу, чтобы родной город Маклэнехэна был уничтожен в наказание. Будем надеяться, что Торн найдет достаточно мозгов, чтобы вызвать его, если он еще жив. И в случае, если он будет строить из себя героя, его семья пострадает.