Чтение онлайн

Весело напевая, она стала намыливать руки.

Счастливое состояние было нарушено голосом Кхатеят: - Ты, кажется, что-то забыла, дочка?

Алейтис удивленно обернулась - она не поняла. И тогда Кхатеят коснулась рукой ее головы.

Руки Алейтис тут же взлетели вверх.

– Ой!
– вскрикнула она и, швырнув на берег мыло, вся в пене, вышла из воды, чтобы снять с головы диадему. Но та не поддавалась. Алейтис потянула сильнее. Огненные иглы мгновенно вонзились ей глубоко в мозг, заставив ее закричать от неожиданной боли. Она рухнула на колени.

Река тихо журчала. Боль прошла. Алейтис с ужасом смотрела на Кхатеят.

– Я не смогу ее спять, - прошептала она.
– Она не хочет сниматься!

Кхатеят медленно подошла к ней и попыталась еще раз осторожно снять диадему, по тут же отдернула обожженные пальцы, затрясла рукой.

– Она- не подпускает к себе, - произнесла она грустно.
– Я ничем не могу помочь тебе, девочка.

Алейтис охватил панический страх:

– Что вы сделали со мной? Уберите сейчас же эту вещь! Снимите с меня ату штуку!

Мужественное лицо Кхатеят напряглось - она явно испытывала боль, сочувствуя Алейтис:

– Я не могу помочь тебе, дочка.

– Меня предупреждали, чтобы я не доверяла вам, медвеям. Ай-Ашла, вы меня прикончили!

– Тихо, дитя, поверь мне, мы сами ничего не знали, - Кхатеят выпрямилась во весь рост, нахмурилась.
– Это ведь было не наше желание. Нами командовала Р'ненаваталава. Слово чести, Алейтис.

Алейтис сжала кулаки, стараясь подавить смятение.

Закрыв глаза, опа несколько раз глубоко вздохнула и заставила себя принять к сведению слова старшей из Шекана.

– Хорошо, - наконец произнесла она. Потом растерянно спросила: - Как же я теперь вымою волосы?

Кхатеят ахнула:

– Алейтис, что это?

Алейтис почувствовала необычную легкость в голове.

Оиа замерла, ожидая, пока успокоится вода, и всмотрелась в колеблющееся отражение - рыжие волосы, космами спадающие на лицо. И ничего больше. Она осторожно коснулась головы. На ней ничего не было - диадема загадочным образом исчезла. Испарилась, словно роса под солнцем. Изумленная Алейтис повернулась к колдунье.

– Что произошло? Что ты сделала?

– Ничего...
– Старшая женщина была мрачнее тучи.
– Я ничего не сделала, поверь. Очевидно, придется тебе самой найти общий язык с диадемой. Если Р'ненаваталава велела нам передать эту вещь тебе, значит, этим она преследовала какую-то цель. Может быть, это предположение поможет тебе легче переносить боль?

Алейтис плеснула холодной водой на свое разгоряченное лицо.

– Ты очень добра ко мне, Кхатеят, - произнесла она грустно.
– Извини, что я... сказала не те слова. Просто... все произошло слишком быстро... Со мной вообще в последнее время все происходит так стремительно... то вверх, то вниз... я не успеваю перестраиваться, то и дело теряю равновесие...

Опа опустила руки в воду и ощутила медленное прохладное течение. Потом она присела, чтобы река охладила и успокоила ее несчастное, измученное тело. Раксидан...

Кард... Масоарад... Муяукунех...
– вода всегда оказывала на нее магическое воздействие. Она повела плечами, вздрогнула и отбросила мысли о всех своих предстоящих трудностях.

– Нужно наконец помыть свои жутко грязные волосы,- вздохнула она.

Кхатеят устало улыбнулась и бросила Алейтие мыло.

Некоторое время спустя Алейтис, чистая, насытившаяся, проглотив последний кусочек вкусного, приправленного острыми специями даха, улыбнулась и обратилась к колдуньям со словами благодарности: - Вот я и снова человек. Спасибо вам.

Н'фрат в ответ только усмехнулась. Но так как все продолжали хранить мертвое молчание, она сочла нужным сказать: - Когда ты сыт, мир кажется розовым.

Алейтис, прижав к груди обеими руками горячую чашку с вкусным травяным настоем, оглядела кружок колдуний, глубоко вздохнула ж, утвердив свою решимость, произнесла: - Мне необходима ваша помощь. Я хотела бы перейти через Вазаел Вер. Возьмете ли вы меня с собой?

Шесть женщин неловко посмотрели на нее, потом обменялись взглядами и, потом...

С пылающим лицом, с гневом в глазах, Ракат выпалила: - Нет!
– Она нахмурилась и посмотрела на остальных: - Нам не нужны чужаки!

Н'фрат, покачиваясь с пятки на носок, сердито возразила ей: - Ты хотела бы послать ее назад, в лапы к этому?.. Разве ты его не чувствуешь? Она содрогнулась.
– - Что это на тебя нашло? Ведь она не собирается оставаться с нами. И она ведь не из какого-нибудь другого клана.
– Н'фрат фыркнула.
– Ты почему-то не возражала, заполучив того, кто принес диадему. А?

– Н'фрат права, - застенчиво вступила в разговор Р'прат.
– И Р'няаваталава сказала, чтобы мы оберегали ее!
– Она повернулась к Кхатеят: - Скажи, разве я не права?

Алейтис подалась вперед:

– Пожалуйста! Хотя бы спроси... Их...
– Почему-то она не назвала даже ни одного имени.
– Спроси, не согласятся ли ОНИ сопроводить...
– Алейтис замолчала и, оглянувшись, посмотрела на холм: - Тарнсиан. Он уже близко. Отшатнувшись, она встала лицом к колдуньям: - Назад у меня нет пути! сказала она прямо.

– Я понимаю. Я...
– произнесла через мгновение Кхатеят, но тут Алейтис внезапно рухнула на землю и забилась в судорогах.

С тихим вскриком Кхатеят шагнула к ней. Н'фрат и Р'прат тоже склонились над девушкой, пытаясь помочь ей.

Ракат схватила Кхатеят за плечо:

– Не надо. Пусть сражается сама. И почему это мы должны ей помогать? Кто она нам? Чужая. Она нарушила паше спокойствие. Принесла одни неприятности.

Н'фрат подняла голову:

– О чем ты? Помоги нам лучше!

– Ты не понимаешь, детка.
– Ракат отмахнулась от молодой колдуньи и снова тряхнула Кхатеят за плечо: - Это неправильно, Кхатеят. Нам не нужно этого делать!

Н'фрат вдруг вспыхнула, ее юное лицо запылало гневом.

– Я все теперь поняла!
– крикнула она.
– Оказывается, вот в чем дело! Ты просто ревнуешь. Ты боишься, что она окажется сильнее тебя!
– Она указала подбородком на склонившихся над скорченным телом Алейтис Кхатеят и Р'прат.

– Смотри! Они не стали спрашивать, кто она и откуда. Уходи прочь! Ты не нужна нам!
– Закрыв глаза, напрягая тела в невидимом усилии, три женщины вели бой за Алейтис с преследующим ее врагом.