Чтение онлайн

Все, что он говорил, не укладывалось в голове. Мне стало душно и тяжело дышать. Так просто? Получается, я поспешила с выводами, да еще и Даня тут влез со своей недостоверной информацией. Вдохнула, выдохнула. Идиотка. Как так? А?

— Как папа? — единственное, что смогла из себя выдавить.

— Вчера перевели из реанимации, — глухо отозвался он. Видимо, те же мысли обо мне.

— Это хорошо.

— Мгм — Боже, почему я такая дура? У меня даже слов нет в свое оправдание. — Первый день я даже позвонить не мог. Был уверен, что Тим увез тебя домой. От мамы нельзя было отойти, потому что она была на грани. Давление зашкаливало. Ольга тоже все время рядом была, то с ней, то с отцом. А потом Тим забирал нас всех домой, когда состояние относительно стабилизировалось. Да и Маме нужно было отдохнуть. Я спросил его о тебе, и получил неожиданный ответ. Но опять же из-за мамы не смог тут же рвануть к тебе. А номер не отвечал. На следующий день, когда снова не смог дозвониться, набрал Таню. Она сообщила, что ты уехала с братом отдыхать. Я по-прежнему надеялся, что ты остынешь и перезвонишь или хотя бы в сети появишься. Так и не дождался.

Я до боли прикусила губу. Ну что, что я могу ему сказать?

— Я испугалась…

— Чего, Даша? Я разве давал повод?

— Да! Было немного. Ты тра… прости, занимался любовью с Ольгой у меня на глазах! Ты любишь Таню! Ты и со мной пару раз при этом собирался заняться… что я должна была думать? А Даня сказал, что у вас все серьезно и планируется свадьба! — выдала все это на одном дыхании.

Дима склонил голову и слушал мой эмоциональный выплеск.

— С чего ты взяла, что я люблю Таню?

— А разве нет?

— Нет…

— Значит, Олю! — он покачал головой.

– Ты не права. Я люблю лишь одну женщину — Дашу.

Я застыла, неверяще глядя в удивительные зеленые глаза, которые не мигая следили за моей реакцией. Ощущение нереальности накрыло с головой. Нет, я, скорее всего, отключилась где-то по пути, и сейчас мне снится такой желанный сон.

— Даш, скажи что-нибудь, — хрипло прошептал мой милый Зарецкий. Какой-то он слишком напряженный для сна. Здесь он должен быть напористым, властным, как во время нашей первой встречи. А он сжал челюсть так, что стали заметны желваки, кадык дернулся, одновременно с нервом на правой щеке. Я наоборот часто моргала и все никак не могла выдавить из себя ни звука. Странный ступор. Наверное, потому, что уже и не надеялась услышать когда-нибудь этих слов… от него!

Дима втянул воздух, потом так же с шумом его выдохнул, прикрыл глаза, справляясь с какими-то своими эмоциями.

— Ладно, извини, я, очевидно, не вовремя со своими признаниями. Пей чай, успокаивайся, отвезу тебя к Воронцовым.

Он резко поднялся и вышел из комнаты.

Я осталась сидеть в кресле, ничего не понимая. Точнее, как раз-таки начиная соображать. Это не сон! Дима только что признался в любви, а я профукала такой момент.

Даша, ну ты даешь! Понятно, перенервничала, но не настолько же, чтоб упустить своего мужчину.

Сердцебиение стремительно набирало скорость, поэтому пришлось схватить кружку и отхлебнуть пряного напитка.

Вдох-выдох. Встала и пошла его… любить!

Во мне вдруг проснулась до толе спавшая глубоким сном Женщина. Вот прям так, с большой буквы. Уверенная и любящая.

Дима нашелся на кухне. Стоял, опершись руками в шкаф и опустив голову.

— Дим. — Блин! Поумнее в голову ничего не приходило. Он дернулся, но не повернулся. Так и замер в напряженном ожидании, что я скажу. А я не знаю, что сказать, словно забыла все важные слова.

Поэтому, отбросив сомнения, просто подошла сзади и обняла за талию, сквозь рубашку нащупывая кубики пресса. Мне так понравилось это ощущение, что я продолжила поглаживания. Косые мышцы, грудные… нет, вверх двигаться не так интересно… запоздало вспомнила, что я теперь не девственница, и могу себе позволить маленькую шалость. Ладошка скользнула вниз и зацепилась за ремень. Его дыхание участилось, подбодрив мои смелые намерения.

Прижалась к его спине так, чтобы ощутил все мои немаленькие выпуклости. Прикрыла глаза, набираясь храбрости, и двинулась пальцами вниз. Дима задышал совсем уж неровно, даже не пытаясь скрыть свое состояние.

Наконец, я это сделала — провела ребром ладони по вздыбленным брюкам. Щеки вспыхнули, а в груди нарастала тягучая сладкая истома. И радость! Он хочет меня. И если верить недавним словам, то любит. Меня! Не Таню, не Олю. Меня.

— Даша, не надо, — простонал он, но меня не остановить. Моя рука совершенно осмелела и гладила его, словно только этим раньше и занималась. — Дашенька… девочка моя, не стоит.

— А мне кажется, очень даже стоит, — сквозь смущение пробормотала я, подаваясь вперед, чтобы коснуться губами его шеи. Нет, так не пойдет. Моего роста явно маловато.

Поднырнула под его руку и оказалась между шкафом и разгорячённым мужчиной. Не смотря на то, что он пытался меня остановить, его упирающееся в меня… достоинство говорило обратное. Как и большие ладони, которые, наконец, отлепились от шкафа и прилепились ко мне, точнее — к моей попе. Сжал ее и застонал, вызывая непроизвольный отклик в моем теле.

— Ты перенервничала… — Большей глупости придумать не мог? Закрыла его рот пальчиками.

— Мне срочно нужно… нет, мне просто необходимо выбить плохие воспоминания из головы. А с этим никто так хорошо не справляется, как вы, Дмитрий Сергеевич. Одина раз у вас получилось, получится и второй.

— Дима, мы уже перешли на ты, — промурлыкал он, зарываясь носом мне в шею.

— Дима, — выдохнула уже ему в рот, поскольку жадные, требовательные губы добрались до него, закрыли и назначили наказание за дерзость. Приняла со смирением, но когда отпустили и принялись покрывать поцелуями мое лицо, шею, выдохнула то, что должна была сразу, — я тоже тебя люблю.

Пауза. Он замер буквально на мгновение, а потом снова набросился, только теперь с такой яростью, словно мои слова пробили брешь в стене, за которой бушевало пламя, и оно вырвалось на волю, сокрушая все, что стояло между нами.

Мне, неопытной маленькой развратнице, оно показалось слишком горячим, обжигало не на шутку. Особенно там, где тела касались жадные мужские руки, губы. Вот и одежды практически не осталось. Как он так быстро от нее избавился? Спалил? А с него она сама испарилась?

— В комнату… — прорычал он, выпуская изо рта мой напряжённый сосок и лишая неимоверного наслаждения.

— Только не в спальню, — прошептала в ответ. В прошлый раз там что-то пошло не так.

Дима остановился и посмотрел на меня мутным до неузнаваемости взором.

— Значит, в спальню. Сама сказала, я замечательно выбиваю плохие воспоминания из чьей-то головки.

И он занялся делом — искоренением моих дурацких комплексов. Подхватил под попку и снова захватил ртом столь чувствительный кусочек меня. Сделал это с таким наслаждением, что я едва не взорвалась, просто глядя на его полное удовольствия лицо.

Словно почувствовав, он остановился в прихожей, вжал меня всем телом в очередной шкаф и запустил руку туда, где бывал уже не один раз.

— Люблю это делать, да, — прошептал на ухо и прикусил его, вызвав очередной всплеск. — Моя горячая девочка, повтори это для меня.