Чтение онлайн

И сбежим на хуй в случае чего.

— Инструменты есть какие-нибудь? — спросил я.

— Есть, — кивнула девушка, подошла уже к столу и взяла с него красный чехол.

Ну я в общем-то и сам мог посмотреть, да. Хирургический набор, причем военный. Где добыли? Да там же, где и автоматы, вот и все. Но в нем все необходимое должно быть.

Я открыл чехол, и увидел внутри иглы, спиртовые салфетки, повязки пластырного типа, еще одну — полимерную, для окклюзионной повязки, ну и зажимы и щипцы. Хоть убейте меня, спросите, но я ни одного зажима не назову, в голову приходит только слово «корнцанг». Хотя на втором курсе, естественно, экзамен сдавал.

Пулю достать надо. Причем, делать это не голыми руками, палец туда просто не влезет. Рана… Ну от артерии вроде далеко, если честно.

— Бля, кольни меня чем-нибудь сперва, я же сдохну на хуй, — проговорил вдруг Сека резко изменившимся голосом. — Больно, честно говоря, пиздец.

Я выдохнул. Да, про анестезию я как-то забыл. Ладно, кровью истечь пациент не угрожает, так что вполне можно сперва это сделать.

Я снова подошел к коробке, заглянул внутрь и обнаружил жуткий бардак. Тут были антибиотики, таблетки какие-то, леденцы от кашля, и почему-то комбинированные оральные контрацептивы. Это еще зачем, блядь?

Ладно, вот, кеторол. То есть из всех нестероидных — самое сильное обезболивающее средство, дальше — только наркота. Его даже в аптечки военные кладут, если в таблетках. И шприцы есть.

Вытащил из коробочки ампулу, шприц из упаковки, набрал, потом достал спиртовую салфетку, который тут все-таки были. Снова вернулся к Секе. Развернуться его просить? Ага, конечно. Вот, бедро есть, в него и уколю, я умею, сам себе делал. Там главное — правильно головку мышцы сжать.

Вот некоторые в дельту колят, я так никогда не умел. А в бедро как раз нестрашно, хотя остальные боятся нервный пучок задеть.

Быстро протерев участок кожи, больше для виду, чем от этого на самом деле толку будет, я схватил мышцу двумя пальцами и ввел в нее иглу. Она вошла с хрустом — это нормально, это всегда так. Сека дернулся, а я уже вдавил поршень.

Прижал той же салфеткой, выдернул иглу, шприц передал Наде, которая стояла у меня за спиной. Посмотрел на Секу.

— Получше? — спросил.

— Уколы ты делать не умеешь, — проговорил он. — Но не болит почти уже. Давай теперь, ковыряйся.

Я взялся за зажим, аккуратно ввел его в рану, стараясь не бередить ее еще сильнее, и скоро нащупал пулю. Так… Теперь подцепить.

Получилось. Не с первого раза, но получилось, так что уже через минуты я вытащил небольшой тупоголовый кусочек металла, который положил на кушетку. Кровь пошла сильнее, но явно не так сильно, как если бы я задел артерию. Все нормально. Нормально.

— Теперь шить будешь? — спросил Сека, которому, похоже, больно не было уже совершенно. Подействовало болеутоляющее. Он взял пулю двумя пальцами и принялся разглядывать.

— Неа, — я покачал головой. — Огнестрельные раны не шьют. Сейчас просто обработаю и завяжу.

— Я у тебя так кровью не истеку? — спросил он.

— Не истечешь… — ответил я, проглотив чуть не сорвавшееся с языка «наверное». — Но потерпеть немного придется.

Я взял второй флакон, с перекисью водорода. Открытый давно, выдохлась, наверное. Ладно, все равно лучше, чем ничего. Практически вставил флакон в рану, надавил, и сразу же услышал шипение — свободный кислород входил в реакцию с железом крови.

— Ебаный в рот, — сквозь зубы просипел Сека.

Ну да, ему тоже орать нельзя, надо же статус демонстрировать перед подчиненными. А они наверняка сейчас снаружи сидят, слушают.

Я же тем временем влил туда другого антисептика — хлоргексидина, чтобы точно вымыть все. Взял еще одну салфетку и щедро намазал левомеколем из тюбика, так, чтобы пропиталось. И щипцами загнал это все в рану.

Ну, наверное, нормально. Только надо еще дренаж сделать, чтобы гной отходил, а он точно будет. Трубок нет.

Выдохнул, вытащил из пачки еще одну перчатку и ножницами отрезал от нее кусочек латекса, который тоже засунул в рану. Ну хоть что-то. А потом взялся за бинт, разорвал упаковку и, чуть приподняв ногу Секи, принялся перематывать рану.

— Все что ли? — спросил он.

— Нет, — я покачал головой. — Еще антибиотики нужны. Но все, что мог, я сделал. Перевязки менять надо и уколы делать, и недели через три на ноги встанешь.

Снова проглотил это «наверное». Но пока ему надо делать перевязки и уколы, я им нужен. Значит, меня не убьют. И даже вполне возможно, что будут кормить и поить.

Очень уж кушать хочется, а пить и того больше, честно говоря.

Забинтовал я качественно — занятия по десмургии не прогуливал, да и вообще опыт у меня был. А потом стащил с себя перчатки, бросив их прямо на пол, взял еще пару, на этот раз чистую, и опять полез в эту импровизированную «аптечку».

— Бардак у вас тут, — сказал я. — Я мог бы заняться, рассортировать, посмотреть.

— Вот и займешься, — как-то забывчиво ответил Сека, который продолжал крутить в руках пулю, которую я из него достал. — Но потом.

Вытащил флакон с граммом порошка, посмотрел — цефтриаксон. То, что нужно, но его мало, всего лишь пять штук. А надо как минимум десять, пока все не пройдет. А по-хорошему два грамма в день, да еще метронидазол в капельницах достать.

— И антибиотики надо будет достать, — сказал я. — Могу сходить, знаю пару аптек.

— Без тебя сходят, бля, — ответил он. — Коли давай.

Я принялся ковыряться в коробке в поисках хоть какого-нибудь местного анестетика. Новокаина там или лидокаина — хоть чего-нибудь, в чем можно было размешать антибиотик. Потому что цефтриаксон в мышцу на воде — это пиздец, он меня тут на месте убьет.

Хотя и воды-то нет. Есть только физраствор. Подойдет.

— Бля, — пробормотал я.

— Чего? — спросил Сека, тут же вскинувшись.

— Да ничего, просто в вену придется колоть, — сказал я, решив, что это будет проще, чем объяснять.

Сломал пластиковый колпачок ампулы, набрал в шприц, а потом проткнул им резиновую крышку флакона с антибиотиком, надавил на поршень, и принялся взбалтывать осторожно. Надо, чтобы хорошо растворилось, чтобы вся доза в кровь попала.

Все. Набрал. Теперь поршень обратно на себя, флакон на хрен, воздух выпустить.

— Руку дай, — сказал я.

— Какую? — спросил он.

— Без разницы, — ответил я. — Давай.

Он вытянул левую. Я присел, правой рукой нащупал вену. Потом вскрыл еще одну спиртовую салфетку, опять мазнул. И левой рукой перехватил его за предплечье и сжал, что было сил. Жгута венозного я не увидел, а Эсмарх для этого не подойдет.