Чтение онлайн

И он оказался полностью прав. Иван Петрович всегда приходил раньше, а уходил позже остальных. Он любил говорить с нами и радовался, если мы отвечаем взаимностью.

– Иван Петрович, можно Вас отвлечь?

– О! Оклемался? Ты как? Сильно наваляли? Ну, ты хоть что-то им смог ответить?

– Да куда там? Я даже на первый удар не среагировал. Вообще никак. Словно и не учился ничему.

– Это ты зря. Закрылся вовремя и на автомате, поэтому и не помнишь. Иначе бы без зубов остался. Значит, с блоками порядок. Нужно атаку тащить. Но с группой пока работать не будешь. По чуть-чуть входи в ритм. Я тебе покажу две вещи, Бог даст – не пригодятся.

– Хорошо, но потом. Пока все равно подташнивает. Я к вам вот с чем: смотрите, их пятеро – я один. А если наоборот?

– В смысле наоборот?

– Если тренеры попросят ребят организовать дежурства, хотя бы в своих районах? Или там, где качалки и школы? С бокса, с гребли, с борьбы и с рукопашки, что через трамвайные пути? Так, чтобы гуляли побольше. Тренировки на улице проводить, особенно там, где эти тусят? Вернуть себе все спортивные площадки и городки у школ, чтобы они там пиво не пили. Как думаете, так можно? Согласятся?

Иван Петрович не ответил. Он похлопал меня по плечу, сказал, чтобы я восстановился и приходил работать индивидуально. Потом тяжело вздохнул и ушел к себе в тренерскую. Я ушел домой очень подавленный. И как оказалось – зря! Иван Петрович был золотой мужик. В этот же вечер он обзвонил всех своих друзей и коллег по спорту. Каждому предложил подобную идею. Что-то вроде «спортивной дружины».

На следующей же тренировке во всех спортивных школах и секциях тренеры распекали своих за пассивность и бездействие, а после пригласили всех добровольцев от 17 и старше записываться в дружины под патронатом местных участковых.

Пошли далеко не все. Но когда участковый на общем собрании маякнул, что можно и КМС защитить быстрее, и с «мастером» могут помочь, так как грамоты, благодарности и рекомендации со знаками отличия могут, так сказать, посодействовать с вызовами, оплатой проезда к местам соревнований и сборов, то дело пошло уже лучше.

Этого хватило. Простого присутствия на улицах людей в спортивных костюмах, которые носили их по праву, оказалось достаточным! По сути, это была новая организованная группировка из спортсменов. Ничего нового. Просто эти спортсмены были еще и «Робин Гуды».

Жить стало легче. И первые, кто вздохнул спокойно, были мамы и милиция.

Буквально после недели «дежурств» у дружин почти не оказалось работы, напротив, время от времени они сами себе ее выдумывали и некоторым «пацанчикам с района» иногда влетало просто профилактики для.

Но все оказалось еще проще. Наши тренеры воспитали достаточно много людей, которые в начале девяностых ушли в криминал и те из них, кто дожил до сентября девяносто восьмого, сами начинали уставать от происходящего на улицах. Они очень хотели теперь легализоваться и выйти на свет чистыми и порядочными людьми в галстуках и начищенных ботинках.

И тренерам оказалось достаточным попросить своих бывших подопечных унять шпану. А ни один уважающий себя человек, прошедший советские и российские ДЮСШ, не откажет своему тренеру в маленькой услуге и никогда его не забудет.

Девять месяцев я живу в этой старой новой реальности. Девять месяцев я просыпаюсь каждое утро, переживая снова и снова собственную жизнь. И все, что мне удалось за это время освоить – несколько простых аккордов и пассажей на гитаре и работа гидом летом. Неутешительный список свершений для парня из будущего! Спасали только книги, которые я не читал раньше, и возможность печатать некоторые из идей на старой маминой машинке. Разумеется, «в стол» и без желания показывать кому бы то ни было свои стихи и рассказы.

Сколько раз я слышал идеи, что «если бы да оказаться в прошлом, сохранив объем знаний, то тогда бы я»! И начинаются фантазии на заданную тему. А ответ простой: тогда бы ты или умер от чумы, или был бы сожжён на костре, или попал бы в рабство. Есть еще такой вариант: ты бы ничего не понял из-за манеры выражаться. И только в лучшем случае, приспособился бы к условиям той реальности, в которую тебя закинула судьба.

Мне повезло. Всего лишь двадцать лет разницы. Отошли меня чуть-чуть подальше, и пришлось бы изобретать водопровод, санузлы, ликвидировать тотальную безграмотность населения и бороться за равные права для всех, при этом уворачиваясь от пуль!

Я же всего-навсего живу в мире без интернета, без мобильной связи и без персональных компьютеров. Здесь нет сенсорных экранов, а само понятие «ноутбук» отдает чем-то настолько прогрессивным, что сродни мистике. Ничего из этого я не изобрету! Я всего лишь потребитель чужой идеи. Умение пользоваться творением не делает из нас творца. В этом мире роль пульта от телевизора доверена самому младшему в семье.

В нашем лицее передовой класс информатики, и здесь стоят IBM 286 с системой MS-DOS, а на мониторах висят матерчатые защитные экраны. В кабинете же преподавателей совсем свежая «четверка», на которой они рубятся в «Волка» и «Принца Персии».

Я не могу написать новые игры. Не могу писать программы и улучшать компьютерное «железо». Я попытался освоить этот мир, но то ли мне не повезло с преподавателем, то ли моих мозгов действительно не хватает для этого. Хотя двадцать лет тому вперед был уверенным пользователем ПК.

Впрочем, первый компьютер у нас в доме появится, когда мы с братом будем уже в институте. Удивительное дело: на уроках информатики нам рассказывают про прогресс индустрии и будущие операционные системы, про искусственный интеллект, цифровые технологии, первые компьютерные клубы и пару раз упомянули имя Джобса.

Но делая домашнее задание по математике вечером у бабушки в гостях, я считаю на старом советском калькуляторе с большими зелеными цифрами, который необходимо подключать к общей домовой сети в 220 вольт.

В этом мире все за деньги. Банковских карточек просто не существует. Не существует и платежных терминалов. Да ладно, родители совсем недавно ходили в магазин с талонами на еду!

Собственное бессилие давит. Сентябрь принес свои перемены. Отец вернулся на завод. Мама торгует на улице. Мы с братом снова учимся. Странное дело. В сумме мне уже почти тридцать три, а в зеркале от одиннадцати до пятнадцати. Даже паспорта нет.

Шутки шутками, а выпускные экзамены и необходимость пройти школьный курс будут сниться мне в страшных снах еще очень долго! Помню сон, когда директор требовал моей переаттестации, а я объяснял ему, что уже закончил два института и не обязан заново садиться за парту! Что же, мои кошмары становятся реальностью.

Общение с одноклассниками не радовало. Очень сложно верить в бесконечную дружбу, зная, что этот не доживет и до тридцати. Вот этот бросит меня в драке, когда меня будут пинать толпой. Этот покончит с собой, а эта сколется. А вот этот, на которого никогда не обращал внимания, оказывается самый здравый среди всех собравшихся. Добрый, честный и очень талантливый. Самый взрослый среди нас. Он, кстати, онкологом станет. Вот уж воистину ирония судеб. Я стал очень нелюдим и закрылся в себе.