Чтение онлайн

Осуществление, сочетание и развитие принципов преимущественного значения экономики по сравнению с политикой и первенства политики над экономикой характеризуют процесс организации, функционирования и развития управления социалистическим обществом. А основным итогом, стержневой линией функционирования всей системы социалистического управления является реализация экономической стратегии КПСС, высшая цель которой состоит в неуклонном подъеме материального и культурного уровня жизни народа на базе интенсификации производства. «Вопросы руководства экономикой, — подчеркивалось на XXVI съезде КПСС, — не просто хозяйственные, а политические, партийные. Давно известно: партийные лозунги, программы живут в деятельности масс… Экономическая политика, которую выдвигает партия на одиннадцатую пятилетку и 80-е годы, отражает коренные, жизненные интересы советского народа. Соединяясь, сливаясь с творчеством, инициативой, энергией масс, она обеспечивает неуклонное продвижение нашего общества по пути роста благосостояния трудящихся, создания материально-технической базы коммунизма!» [356]

Современная экономическая политика КПСС, ее социально-экономическая стратегия выступают реальным воплощением единства экономики и политики в обществе развитого социализма.

Согласно марксистско-ленинской теории общественного развития люди творят историю, объединяясь в большие группы, отличающиеся друг от друга общностью целого ряда черт и признаков. Среди множества общностей людей основными, определяющими являются социально-классовые (классы, социальные слои и группы), социально-этнические (племя, народность, нация) и социально-интернациональные (советский народ). Конкретные типы общности людей, формы их совместной деятельности детерминированы достигнутым уровнем развития человечества. «…Определенные условия, при которых люди производят… образуют на протяжении всего исторического развития связный ряд форм общения, связь которых заключается в том, что на место прежней, ставшей оковами, формы общения становится новая, — соответствующая более развитым производительным силам, а значит и более прогрессивному виду самодеятельности индивидов…» [357] Эти новые формы со временем сменяются другими, более прогрессивными.

Возникновение классов, замена одних классов и формируемых ими общественных отношений более высокими и, наконец, окончательное уничтожение классов и есть естественноисторический процесс смены форм совместной деятельности людей, революционные скачки в развитии человечества. Они знаменуют собой главные вехи общественного развития.

Социально-этнические общности людей складываются раньше классовых и, как можно предположить, исчезнут в последнюю очередь, после стирания классовых различий. В классовом обществе объединение людей, их совместная деятельность осуществляются на двух основных уровнях. Один из них характеризуется общностью языка, территории, экономической жизни, психического склада и ряда черт культуры, а другой — общностью места в системе общественного производства, отношений собственности на средства производства, единой ролью в организации общественного труда, одинаковыми формами получаемых доходов.

Уровни социально-экономического развития общества и формы социально-этнических общностей людей находятся в диалектическом единстве. Первобытнообщинному строю соответствует племенная форма общности людей. Земля здесь является собственностью всего племени, которое остается для человека границей как по отношению к представителям иного племени, так и по отношению к самому себе [358] . Переход от родового строя к классовому (рабовладельческому или феодальному) сопровождается распадом племен и возникновением народностей. Дальнейшее развитие производительных сил, ломка феодально-патриархальных отношений, утверждение капиталистического способа производства приводят к формированию наций, которые после свержения буржуазии преобразуются в социалистические нации и, видимо, исчезнут на высшей фазе коммунистической формации.

В классовом обществе главными являются классовые отношения. Классовая принадлежность определяет место человека во всей системе общественных отношений и, как правило, его личную судьбу. За любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями скрываются реальные интересы тех или иных классов [359] . «Метод Маркса состоит прежде всего в том, — писал В. И. Ленин, — чтобы учесть объективное содержание исторического процесса в данный конкретный момент, в данной конкретной обстановке, чтобы прежде всего понять, движение какого класса является главной пружиной возможного прогресса в этой конкретной обстановке» [360] .

В ходе исторического развития последовательно сменяющие друг друга прогрессивные классы являются творцами общественного прогресса. Восхождение человечества по ступеням прогресса — смена общественно-экономических формаций, систем общественного производства, форм организации труда — является результатом деятельности классов. Наиболее высокие темпы общественное развитие приобретает в те моменты, когда классам-творцам новой системы общественного производства удается максимально активизировать трудящиеся массы, пробудить в них непримиримую ненависть к прогнившему общественному строю, вызвать наивысший энтузиазм, усилить их решимость бороться за обновление мира. Это происходит в момент, «когда данный класс братается и сливается со всем обществом, когда его смешивают с обществом, воспринимают и признают в качестве его всеобщего представителя… когда собственные притязания и права этого класса являются поистине правами и притязаниями самого общества, когда он действительно представляет собой социальный разум и социальное сердце» [361] , т. е. в периоды социальных революций.

Однако энтузиазм масс, порождаемый в периоды революций, преходящ и быстро угасает, как только становится очевидным эксплуататорский характер нового строя. Революции, приводящие к установлению нового эксплуататорского строя, являются частичными революциями [362] . Они оставляют незатронутыми устои прежнего строя, против которого выступали народные массы: эксплуататорскую сущность общества, частную собственность на средства производства и многие идеологические институты, которые, лишь видоизменившись в соответствии с новыми историческими условиями, продолжают играть роль защитников нового строя. Поэтому для абсолютного большинства населения, его трудящейся части цели и принципы эксплуататорских классов в периоды революции оказываются «предметом временного энтузиазма и только кажущегося подъема» [363] .

Лишь класс, стремящийся до основания разрушить старые устои, коренным образом преобразовать все сферы общественной жизни, и революция, совершаемая им и на деле осуществляющая этот очистительно-созидательный акт, способны постоянно поддерживать и повышать энтузиазм масс, их решимость отстоять достигнутое и. бороться за новую жизнь. Такая революция преобразует не только материальный мир, но и самих субъектов исторического действия. Она освобождает их от иллюзий и предрассудков, заставляет творцов и участников революции сбросить с себя всю старую мерзость и стать способными «очистить землю от всякой эксплуатации, насилия и рабства» [364] .

Чем зримее выступает классовое содержание общественных явлений, тем легче социальным силам определить свое отношение к ним. Дело рабочего класса, его революционные интересы и принципы впервые в истории человечества становятся действительным интересом, революционным принципом всех трудящихся.

Национальные отношения также играют в историческом процессе важную роль. Составляя определенный аспект общественных отношений, они своеобразно окрашивают их. Если классы определяют содержание всемирно-исторического процесса и основные направления его развития, то народности и нации — это главный ареал деятельности соответствующих классов. Так, в границах буржуазного национального государства формируются пролетариат и буржуазия данной страны, складывается национальный хозяйственный организм, развивается соответствующая культура. Рабочий класс создает прибавочную стоимость прежде всего для «своей» буржуазии, эксплуатируется в первую очередь ею. «…Для полной победы товарного производства необходимо завоевание внутреннего рынка буржуазией, — указывал В. И. Ленин, — необходимо государственное сплочение территорий с населением, говорящим на одном языке…» [365] Опираясь на экономику и вооруженные силы страны, национальная буржуазия более сильных стран, эксплуатируя национальные меньшинства в своих странах, включается в борьбу за овладение материальными и людскими ресурсами и других стран, за господство на мировом рынке. Чем более развита в экономическом отношении капиталистическая страна, тем сильнее влияние ее буржуазии на мировой арене.

Разновременность зарождения и утверждения капитализма как системы общественного производства и неравномерность его развития обусловливают неравенство наций, дискриминацию и порабощение менее развитых более развитыми. Одни из них превращаются в господствующие нации, другие — в зависимые и полузависимые. Формирование нации, связанное с началом складывания социально-экономических и политических предпосылок социалистической революции, отвечает классовым интересам и пролетариата. Экономическая и политическая централизация буржуазного государства благоприятствует объединению рабочего класса в рамках всей страны, облегчает его социально-политическую деятельность. «…Непосредственной ареной его борьбы является его же страна» [366] ,—указывал К. Маркс. Эта борьба ведется с учетом национальных условий и в интересах всех трудящихся данной страны.

Как видим, социально-классовое, социально-этническое и национальное тесно переплетаются друг с другом. История не знает социально однородных наций. Каждая из них включает различные, а порой и враждебные друг другу классы и слои (буржуазные нации). Классы же в свою очередь многонациональны. Однако представители одного и того же класса, относящиеся к разным нациям, значительно ближе друг другу, чем представители одной и той же нации, принадлежащие к разным классам. «В акционерных обществах сидят вместе, вполне сливаясь друг с другом, капиталисты разных наций, — отмечал В. И. Ленин. — На фабрике работают вместе рабочие разных наций. При всяком действительно серьезном и глубоком политическом вопросе группировка идет по классам, а не по нациям» [367] .