Чтение онлайн

«Терпимо. В казарме будет хуже. Привыкай, солдат!»

Три места из четырех были заняты – «Протей» шел через систему Тренга транзитом. Свободной оставалась левая верхняя койколюлька.

– Милости просим! Приветствую вас на борту! Давайте знакомиться: Спурий Децим Пробус, наладчик навигационных систем.

Юркий человечек заполнил собой всю каюту. Он мелькал перед Марком, справа, слева; он хлопал по плечу, извлекал термосы, пакеты, герметконтейнеры с едой – и тараторил без умолку. Опешив от такого напора, Марк пожал протянутую руку – узкая ладонь была неприятно влажной – и представился в ответ, чем вызвал у Пробуса новый приступ словоизвержения.

– Рад знакомству! Искренне рад! Вы с Октуберана? Замечательно! Просто замечательно! Как приятно встретить соотечественника! Вы, душа моя, не откажетесь разделить со мной скромную трапезу? Кормят тут паршиво, скажу по чести, но Спурий Децим Пробус – человек предусмотрительный! Я часто летаю в командировки – я вам непременно расскажу, где успел побывать! – и привык запасаться… Вот, попробуйте этот паштет! Рекомендую! И еще эти мясные палочки. Господа, присоединяйтесь!

Грузный техноложец с Тилона – его происхождение выдавала сероватоглянцевая, с металлическим отливом кожа – угрюмо зыркнул на Пробуса и вновь уткнулся в коммуникатор. Четвертый обитатель каюты вообще не отреагировал на приглашение: он «закуклился» в своей койколюльке, полностью отрезав себя от внешнего мира. Сейчас в его кокон могли пробиться лишь сигналы первого и высшего приоритетов от бортовой информателлы и от алармсистемы корабля.

– Мое дело предложить. – Пробус ничуть не обиделся. – А мы, душа моя, с вами как земляки… Ба! Чуть не забыл! У меня есть капелька сякконской настойки на гекконах. Изумительная вещь, доложу я вам! Тонус, настроение, потенция – все взлетает до небес! Отметим наше знакомство – без фанатизма, чисто символически… Вы не подумайте, я не злоупотребляю. Но по такому случаю…

Есть хотелось так, что живот сводило, но Марку было стыдно. Он не имел возможности чемнибудь угостить соседа в ответ. Кроме того, молодой человек справедливо полагал: разделив трапезу с Пробусом, он будет вынужден до конца рейса слушать болтовню наладчика.

– Спасибо, я не…

– Молчите! Умоляю, молчите! Иначе я обижусь!

Мясные палочки оказались едкими, как щелочь, и с душком, хотя Пробус уверял, что «так и положено». Зато паштету из древесных моллюсков Марк, отбросив стеснение, отдал должное. «Гекконовка» пошла на ура, хотя крепкие напитки Марк употреблял редко, предпочитая пиво. После третьей стопки (стопки у запасливого наладчика тоже нашлись!) даже бесконечный монолог Пробуса стал восприниматься терпимо.

– …представляете, душа моя? Этот надутый от гордости дикарь демонстрирует мне их навигационное, с позволения сказать, оборудование. И что я вижу?

– Что?

– Вы не поверите! Ламповый вычислитель! Прикинули? Ламповый! Они называют этот хлам компьютером. Каменный век! Я такой только в музее видел!

– А я и в музее не видел…

– Вот! Вот! Вы меня понимаете! Но это еще не все! Смертельный номер – двумерные экраны! И – внимание! – механическая координатная сетка!

– Это как?

– Я вам покажу! У меня есть файл, я заснял на память! Они меня чуть не арестовали – я шпион, я украду их секретные технологии! А я давлюсь от хохота… Вот, смотрите!

– Высший Разум!

– Я ж говорю: антиквариат! А у них это стоит в диспетчерском центре космопорта! Ну, космопорт – одно название. Планетарные лохани без субсвета и РПТпривода…

– И оно работает?!

– Представьте себе! Сейчас я вам покажу. Вот местный диспетчер за работой. Видали? А каково было мне, душа моя?! Мы ведь прилетели ставить им новое оборудование! Чего нам это стоило: совместить их системы с нашими, переконвертировать кодировки, синхронизировать, настроить… А главное – вдолбить в тупые головы туземцев…

От еды и выпивки Марка клонило в сон, несмотря на обещанный «тонизирующий эффект». Голос наладчика доносился, как сквозь слой пеногерметика…

– О, новенький! Привет!

Из «кокона» выбрался вихрастый парень одних с Марком лет. Техноложец, но в отличие от тилонца непонятно, с какой планеты. Жесткие патлы торчат во все стороны; оливковый загар или природный цвет кожи – не разберешь. Высокие скулы, хитрый, чуть раскосый прищур. В карих глазах плясали искрыбесенята.

– Привет. Зовут Марком, лечу до Октуберана.

Марк счел эту информацию исчерпывающей. Он собирался залезть в «кокон» и вздремнуть. Но у соседа были другие планы. Хорошо выспавшись, тот жаждал общения.

– Помпилианец, – кивнул патлатый с таким видом, словно Марк подтвердил его худшие подозрения. – Вас теперь двое.

«Прилетим на Октуберан, нас будет куда больше!» – едва не огрызнулся Марк, заводясь.

– Двое. Что с того?

– Ничего, – пожал плечами наглец. – Просто констатирую факт. Дуглас Мохерро, с Бисанды. Учусь на Октуберане, в юридическом. С каникул возвращаюсь – домой летал. А ты?

Видимо, на Бисанде было принято обращение на «ты» к незнакомым людям.

– А я лечу домой.

– С Тренга. – Мохерро задумался. – На рабочего ты не похож. Для инженера молод… Погоди, дай угадаю! Турист? Нет, туристы люксом мотаются. Помпилианец, с Тренга, молодой… Курсант! Военное училище. Я угадал?

– Угадал, – кивнул Марк, надеясь, что теперь Мохерро оставит его в покое.

– Какие войска?

Грузный тилонец в мрачном ожидании уставился на Марка.

– Либурнарии.

– Ктокто? Либру…

Марк открыл рот, чтобы объяснить, и закрыл без единого слова. Если тилонец уяснит, кто такие либурнарии и что такое ботва, – дорога домой может сильно осложниться.

– Пехота, – махнул рукой Пробус. – Типа морской.

Утратив к беседе интерес, тилонец вернулся к коммуникатору.

– Спасибо за угощение, – пробормотал Марк, пряча глаза. Он видел, как Пробус подмигивает ему, и не хотел отвечать тем же. – Извините, я – спать. Устал как собака…

IV

Выход из системы Тренга, разгон и РПТманевр Марк благополучно проспал. Разбудило его бархатное контральто информателлы: пассажиров приглашали на обед. Пробус не соврал: кормили на «Протее» паршиво. Но Марк умял и суппюре, отдававший синтетикой, и горку рыбогриба в кляре, и салат. На Снорре, питаясь завтраками, входившими в стоимость номера, он нагулял волчий аппетит.

Не объедать же весь рейс разговорчивого соседа!

После обеда выяснилось, что спать не хочется, а делать решительно нечего. Часа три кряду Марк слушал иллюстрированные байки Пробуса: каждые пять минут наладчик лез в коммуникатор, демонстрируя снимки и видео. Наконец Пробус охрип, взяв таймаут на восстановление голосовых связок, а Марк отправился бродить по кораблю.

Смотреть на «Протее» было не на что. В узкий коридор выходили дверные мембраны кают, различавшиеся только номерами. Откидные сиденья обозначали места индивидуальных кабинок для курения и ароматерапии. Обзорники под потолком демонстрировали заставку: прибой у Катамаро. Стены покрывал новенький биопласт светлобежевого цвета – «Протей» недавно ремонтировали. Это внушало оптимизм, повышая шансы благополучно добраться до Октуберана. Марк искренне надеялся, что ремонт затронул не только внутреннюю обшивку палуб.