Дикая река
Шрифт:
Это никогда не длилось часами.
И ни с кем я не была, кто был бы таким... большим, как Ривер.
— Утром я точно чувствую себя немного разбитой, — призналась я, потому что, когда буду уходить, скрыть это точно не получится.
Он резко сел, будто я только что сказала, что дом горит.
— Я тебе сделал больно?
Я рассмеялась:
— Нет. Просто у тебя член какого-то невероятного размера, и мы сделали это не один раз. Я к такому не привыкла. — Да и к тому, чтобы получать оргазм во время секса, я тоже не привыкла.
Каждый. Раз.
И это я еще не считаю те моменты, когда он использовал пальцы и язык.
Я сейчас чувствовала странное сочетание ноющей усталости и полного удовлетворения.
Он сузил глаза, и, черт возьми, каким же он был сексуальным с утра пораньше. Я будто застряла между адом и раем — одновременно хотелось прижаться к нему и сбежать подальше. При мысли о повторении я то сжималась, то ерзала от предвкушения.
Он встал с кровати и направился в ванную. Услышав, как включилась вода, я села и натянула на себя простыню, вспомнив, что все еще полностью голая. Он вернулся так же нагим, как и ушел, уже снова возбужденный, и я округлила глаза, глядя на него.
Темные растрепанные волосы, мощное тело, татуировки и уверенность, которой хватило бы на весь мир.
Он даже не колебался — просто протянул руку, схватил меня и закинул себе на плечо.
Голую.
Я была, мать твою, голая, а этот мерзавец закинул меня на плечо, как тряпичную куклу.
Я хлопнула его по заду и попыталась сделать вид, что злюсь, несмотря на смех:
— Ты что, с ума сошел?
Он внес меня прямо в просторную душевую кабину, поставил под теплую струю воды и сам зашел следом. Я покачала головой, не веря в происходящее, хотя, честно говоря, это было чертовски приятно.
Он просто улыбался, пока вода стекала по его красивому лицу, выдавил гель для душа в ладони. Я протянула руку, но он проигнорировал.
— Повернись, — приказал он. Я подняла бровь, будто бросая вызов, но послушалась. Сейчас я бы сделала все, что он скажет — видимо, еще не до конца отошла от вчерашнего секса.
— Только без глупостей, ясно? — пробурчала я, глядя на него через плечо.
Он тихо рассмеялся мне в ухо, когда его намыленные руки легли на мои плечи. Большие пальцы массировали шею, поднимались к затылку, и я растаяла.
Превратилась в пластилин в его руках.
Ну ладно, в голый пластилин.
Он потянулся за другой бутылочкой и начал мыть мне волосы, тщательно втирая шампунь и массируя кожу головы. Это было похоже на оргазм для головы. Я застонала от удовольствия, прикрыв глаза, когда он стал смывать пену отдельным шлангом. Сверху все еще лился душ. Он смыл шампунь и нанес кондиционер.
— Ты, случайно, не парикмахер? — пошутила я, не открывая глаз, прислонившись спиной к его груди.
— Ну ты же уже говорила, что я совсем не похож на адвоката, правда?
Я хихикнула, пока он смывал кондиционер.
— Значит, подрабатываешь в салоне?
— Я уже много лет мою свои волосы. Не так уж и сложно вымыть чужие. — Он развернул меня лицом к себе. — Ты что, думаешь, я всем своим девушкам волосы мою после ночи вместе?
— Я вообще-то никогда не мылась с мужчиной в душе, — пробормотала я, все еще переваривая его слова, как вдруг он резко приказал:
— Раздвинь ноги.
— Что? Зачем?
— Просто перестань спорить и раздвинь, черт побери, ноги, — прошипел он, опускаясь передо мной на колени и поднимая на меня взгляд. По его щекам стекали капли воды, а губы тронула кривая улыбка.
Господи, какой же он красивый.
Я шагнула в стороны и глубоко вздохнула, не зная, что он задумал.
Он снова выдавил гель и начал массировать мои ноги, медленно поднимаясь вверх, и, наконец, нежно вымыл меня между ними.
Чёрт побери.
Обычно такое внимание казалось бы мне чрезмерным и даже раздражающим, но по какой-то причине сейчас это было чертовски романтично и трогательно. Совсем не то, чего я ожидала после того, как он несколько часов назад буквально разорвал меня на части.
У него был грязный рот, он не сдерживался.
И мне нравилась каждая секунда этого.
Но вот это?
Это было похоже на сцену из любовного романа. Он продолжал нежно гладить меня, целуя мой низ живота.
Потом поднялся, взял ручной душ и смыл с моего тела мыльную пену.
— Спасибо, — выдавила я, чувствуя, как в горле встаёт ком.
Заботился ли кто-то когда-нибудь обо мне вот так?
Он ничего не сказал. Просто выключил воду, открыл дверцу душа и потянулся за полотенцем, которым укутал меня. Потом взял еще одно и обернул вокруг своей талии, прежде чем мы вышли из душа. Он открыл шкафчик под раковиной, достал маленькое полотенце и начал аккуратно вытирать мне волосы, а потом — расчесывать их. Я смотрела на него в зеркало — он стоял позади меня.
Я не шутила, потому что это было по-настоящему важно.
Я сказала ему, что у меня все болит, и он сделал все, чтобы мне стало лучше.
В этом не было ничего смешного.
— Лучше? — спросил он.
— Да. Спасибо.
— Все-таки ты провела со мной целую ночь. Я не мог вот так отпустить тебя, едва живую, — усмехнулся он, когда мы вернулись в спальню.
— Вообще-то я собиралась уйти до рассвета, — поддела я его, раз уж мы вернулись к привычной манере общения.
— Ну, раз уж я не дал тебе спать до самой зари, думаю, ничего страшного, что ты задержалась еще на пару часов.
— Нарушить правила и провести с тобой немного больше времени — не самая ужасная идея.
— Пожалуй, это самое милое, что ты когда-либо говорила мне, королева.
Я запрокинула голову и расхохоталась. Не помню, когда в последний раз так смеялась.
Он открыл ящик и достал черные боксеры, а я подняла с пола трусики и бюстгальтер, начав одеваться. Он натянул футболку и надел свежую пару джинсов как раз в тот момент, когда на прикроватной тумбочке завибрировал его телефон. Он взглянул на экран, а я натянула юбку, затем футболку.
— Слушай, мама Деми уехала, а Ромео сказал, что у них будет барбекю. Поедим, искупаемся в озере, отдохнем. Хочешь поехать? — спросил он без тени сомнений.
Я прочистила горло, когда мой телефон завибрировал в сумке. Потянулась за ним и увидела сообщение от Деми с приглашением.
— Она только что написала. Просто… не знаю. У меня куча дел.
— Сегодня суббота. Бар откроется только позже, а по выходным утреннюю смену всегда берет Дорин, так ведь?
Я фыркнула и села, чтобы надеть черные ботинки и зашнуровать их. Меня редко куда-то звали. Я просто всегда работала. Или проводила время в одиночестве. Когда я встречалась с Дереком, мы иногда ужинали или ходили в кино. Но мы оба много работали, а я не любила привязанностей, так что меня устраивало, что он не настаивал.