Дикие розы
Шрифт:
Рено вяло улыбнулся и устремил взгляд на окрестности.
***
Спокойствие «Виллы Роз» было вновь нарушено. Причем так же бесцеремонно, как и утром.
Сбрасывая пальто на руки подоспевшему Жаку и проходя в гостиную, Лефевр объявил:
— Я детектив Лефевр и я хочу говорить с хозяйкой этого поместья, виконтессой де Воле.
— Госпожа виконтесса сейчас занята, вам придется подождать несколько минут, — со спокойным терпением ответил Жак, стоя в дверях. — Могу я предложить господам по чашке чая или кофе?
— Нет, спасибо. Мы предпочтем видеть госпожу виконтессу, — с вежливой улыбкой ответил Роше, следя краем глаза за своим начальником, который оглядывал висевшие на стенах картины.
— Я немедленно доложу ей о вашем визите, — сказал Жак и, поклонившись, исчез в холле.
— Образец честного и преданного слуги, — тихо сказал Лефевр, подходя к Рено и разглядывая висевшую между окон картину. — Никогда не скажет чего-то, что будет обличать хозяина, даже если и будет знать наверняка. Очень опасный тип, с ними невозможно иметь дело. Они все знают, все видят, все слышат, но играют не на вашей стороне.
Роше немного опасливо покосился на детектива и тоже перевел взгляд на картину. Он работал с Лефевром не так давно, но уже успел привыкнуть к его, несколько пустому, хвастовству. Но сейчас Роше начинало волновать то, как его начальник относится к этому делу. Действительно, в жизни было всего лишь три мотива: власть, деньги и чувства. И здесь были чувства, жажда мести за дочь, неумная жажда мести и желание во что бы то ни стало осудить своего обидчика.
— Вот уже второй раз за сегодняшний день вы бесцеремонно вторгаетесь в мой дом и требуете от меня ответа, — мужчины вздрогнули и обернулись. В дверях стояла Ида в домашнем платье и, склонив голову набок, смотрела на не прошеных гостей.
— Ну, что же вы стоите? — спросила она, видя их некоторое смущение перед её решимостью и делая шаг, вперед указала на диван перед камином, — располагайтесь, господа, чувствуйте себя как дома, раз уж вы являетесь сюда с такой частотой.
— Благодарю, госпожа виконтесса, — Лефевр уселся на диван, Роше остался стоять позади, слегка опершись руками на спинку. Ида слегка улыбнулась и устроилась в кресле напротив, сложив руки на коленях.
— Мы тщательно изучили место преступления… — начал, как всегда издалека Рено, но Лефевр перебил его и, подавшись вперед с хитрой улыбкой, загоняющей жертву в угол, сказал:
— Вокруг обнаружены следы ваших прекрасных ножек, госпожа Воле.
— Моих? — переспросила Ида, округляя глаза и через секунду гневно сводя брови, добавила, — Вы хотите сказать, что это я убила его?
— Именно, — Лефевр продолжал улыбаться, а Рено подумал, что слушал нечто подобное совсем недавно.
— Я уже сказала вам, что всю ночь я была здесь, на «Вилле Роз», в своем поместье! — воскликнула Ида, не сводя потемневших глаз с детектива. — Ваши намеки меня оскорбляют!
— И все же вы могли убить его, — Рено слегка приподнял брови и посмотрел на неё сверху вниз.
— Как? Я всего лишь женщина. От моего удара он бы даже не потерял сознание, — все так же гневно ответила Ида.
— Не преуменьшайте свои достоинства, виконтесса Воле. Все в округе знают, что вы боевая женщина, — продолжал наступление Лефевр. — Так что лучше признайтесь сразу.
— Но что мне было делать ночью в лесу, да ещё в его обществе? — средняя виконтесса Воле всплеснула руками и встала из кресла, но тут же снова опустилась обратно.
— Вам виднее, госпожа Воле, что вы делали ночью в лесу с мужчиной, — Лефевр снова холодно улыбнулся и приподнял брови. Роше, уже окончательно переставший понимать суть происходящего вокруг, а так же методы своего начальника, просто переводил взгляд с одного собеседника на другого. Ида несколько деланно расхохоталась и произнесла:
— Вы считаете, что у меня настолько ужасный вкус, что я стала бы тайно с ним встречаться? Не смешите меня, господин Лефевр. Вся «Вилла Роз» может подтвердить, что я была здесь всю эту ночь. К тому же здесь дело не столько во мне, сколько в нем.
— К чему вы клоните? — Роше резко обошел диван и сел на него прямо перед виконтессой.
— К тому, что он предпочитал женщинам мужчин, — Ида продолжала улыбаться.
— Да, вы нам об этом уже сообщили утром, — спокойно ответил Лефевр, изучая ковер. — Но ведь в тоже время вся округа видела, что он находился возле вас в предыдущий вечер.
— Тогда почему округа, если она так внимательно наблюдала за мной, не заметила, что я пыталась избавиться от его общества всеми возможными способами? — Ида гордо вскинула голову и посмотрела на детектива и его помощника взглядом преисполненным собственного достоинства. — Он был бы последним из всех с кем, я хотела бы пойти на тайное ночное свидание.
— Но, тем не менее, вы пошли, — Лефевр оторвал глаза от ковра и взглянул на Иду.
— Я никуда не ходила, — средняя виконтесса Воле говорила абсолютно спокойно, но Роше заметил, как дрожат ее губы и руки сжимаются в кулаки. Видимо, она была невероятно оскоблена этими подозрениями.
— В таком случае, можем ли мы побеседовать с вашими сестрами и слугами? — как можно мягче спросил он, стараясь сгладить обострившуюся остановку.
— Слуг допрашивайте сколько угодно, их здесь всего трое. Жак, мой дворецкий и управляющий, Филипп, конюх, и Люси, горничная и повар, — ответила Ида, поднимаясь из кресла. — А вот в удовольствии пообщаться с моими сестрами мне придется вам отказать.
— Вы не имеете права! — воскликнул Лефевр, резко вставая.
— А мне кажется, имею полнейшее, — спокойно возразила виконтесса Воле. — Моя младшая сестра весьма впечатлительная особа и, я боюсь, общение с вами надолго выбьет её из колеи. А моя старшая сестра, маркиза де Лондор, находится на данный момент в том состоянии, в котором ей не желательно сильно нервничать.
— Но это необходимо следствию, — осторожно возразил Рено.
— А мне необходимо, что бы вы не нарушали спокойствие этого дома, врываясь в него, как в свой собственный, — Ида развернулась и направилась к дверям гостиной. — Мои сестры никак не помогут следствию, а вот слуги с их городскими сплетнями вполне.
Проговорив последние слова, она распахнула двери и, войдя в столовую, направилась к дверям кухни, где обычно коротали время слуги.
***
Допрос слуг на «Вилле Роз» дал ещё меньше результатов, чем допрос их хозяйки. Все: и Люси, и Филипп и даже бдительный Жак в ночь убийства спали, но утверждали, что «Виллу Роз» никто не покидал. Ни средняя виконтесса Воле, ни младшая, ни старшая. Показания их были такими стройными и созвучными, что Лефевру пришлось поверить в их правдивость и признать алиби средней виконтессы действительным. Попрощавшись с хозяйкой поместья так вежливо, как будто ни о каком бесцеремонном вторжении не было и речи, и, приняв из рук Жака свое пальто и шляпу, как всегда не дожидаясь своего помощника, детектив вышел на улицу. Он пребывал в довольно мрачном расположении духа, уже думая над тем, как ему безапелляционно доказать виновность герцога де Дюрана. Роше с извиняющейся улыбкой раскланялся со средней виконтессой Воле, пожелав ей удачного дня, и, на ходу одеваясь, выскочил на улицу за своим начальником.
Лефевр уверенным шагом направился по подъездной аллее к воротам, где их ждала коляска. Роше, как обычно, отстал на несколько шагов и теперь думал о том, что дело может зайти в тупик, если герцог де Дюран сможет доказать свое алиби. Однако он всё ещё не понимал хода мыслей своего начальника, который почему-то предпочитал работать в одном направлении, вместо того, что бы рассмотреть другие возможные варианты. Герцог де Дюран и виконтесса Воле почему-то не давали ему покоя и, не смотря на очевидность ошибки, он продолжал их связывать.