Чтение онлайн

Жюли тем временем, тоже глядя в окно кареты, упрекала себя за то, что пошла на поводу у Моник и согласилась участвовать в этом представлении, у которого не было даже цели. Она ещё не окончательно отринула общество, а потому все же дорожила своей репутацией хорошей жены, которая пока ещё испорчена не была. И если кто-то, увидев её сегодняшний разговор с герцогом Дюраном, сочтёт это за лёгкое заигрывание с её стороны и донесёт (а в этом можно было не сомневаться) об этом инциденте маркизу Лондор, то кто знает, какие плоды даст этот случай в будущем. И чем больше Жюли думала об этом, тем чаще приходила к выводу, что, пожалуй, риск не стоил произведенного эффекта.

Моник и вовсе ничего не понимала. Ида, которая так стремилась к сегодняшней встрече со своим новым соседом, едва перекинулась с ним парой фраз, зато Жюли отчего-то весьма неоднозначно беседовала с ним. К тому же теперь обе девушки сидели по разным углам и смотрели в окна так, как будто каждая была недовольна произошедшим.

Из-за поворота показался забор «Виллы Роз», вдоль которого с диким лаем несся Шени, огромная пятнистая лохматая собака, которая сторожила поместье. Ида не любила его, и пес отвечал ей взаимностью. Особенно виконтессу де Воле раздражало то, что это лохматое чудовище частенько срывалось с привязи и бегало просто так. Из-за этого она даже боялась выходить на улицу. Но слугам, похоже, доставляло удовольствие издеваться над своей хозяйкой, и поэтому они почти никогда не привязывали Шени достаточно крепко. Громкий лай мгновенно вернул замечтавшихся сестёр с небес на землю. Ида вздрогнула и прижалась спиной к сиденью. Встречаться с этим исчадием ада ей не хотелось.

Стук копыт затих, и карета остановилась. Филипп, который в поместье был одновременно и конюхом, и кучером, проворно спрыгнул с козел и открыл дверцу кареты, подавая руку выходившим сёстрам. Ида быстрым шагом направилась по аллее, надеясь миновать встречу с Шени. К сожалению, именно этой её надежде сбыться было не суждено.

Шени с глухим рыком вылетел на аллею прямо наперерез хозяйке и остановился, всё же не решаясь подойти. Ида сверкнула в его сторону глазами и слегка замахнулась тут же подобранной веткой, чтобы показать, что в этот раз она не намерена прятаться. Шени продолжал скалиться, но не торопился сокращать разделявшее его и хозяйку расстояние. Жюли и Моник, которые тоже побаивались животного, поспешили, сцепившись руками и с опаской глядя на пса, пробежать мимо. Ида продолжала молча стоять, решительно сжимая в руке ветку: поворачиваться к врагу спиной ей не хотелось, а что творилось в голове этого создания, было известно только Творцу.

Внезапно Шени глухо зарычал и отчего-то бросился следом за Жюли и Моник. Жюли отчаянно взвизгнула, закрывая лицо руками и прячась за младшую сестру, которая просто замерла на месте, в один миг став белее смерти. От неминуемого столкновения их спасла молниеносная реакция Иды, которая, несмотря на обилие мешавших юбок, проворно бросилась к псу, отбросив бесполезную ветку, и в последний момент успела подхватить с земли длинный конец цепи, которая волочилась за Шени по дороге, и из последних сил удержать взбесившееся животное. Шени бешено сопротивлялся и зло рычал, и девушка умоляюще оглянулась на Филиппа, который даже не спешил на помощь своей хозяйке.

Сейчас Ида была так зла и на Шени, и на слуг, которые отпустили его, и на Моник, которая уговорила её купить это никчемное существо, и на Филиппа, который не собирался приходить к ней на помощь, что чувствовала себя способной убить пса голыми руками. Поэтому, когда Шени, запутавшись в длинной цепи, обратил свою оскаленную морду к ней, девушка внезапно ударила его концом цепи, который продолжала держать в руках. Она била его до тех пор, пока вместо злого рычания пес не начал жалобно скулить, а остолбеневший Филипп наконец не пришел в себя и не вырвал из рук госпожи цепь и не оттащил от свернувшегося в комок животного. Ида тяжело дышала, поправляя выбившиеся из-под шляпки волосы, и смотрела на лежавшего на дороге Шени всё с той же ненавистью.

— Госпожа Воле, что же вы его так! — запричитал Филипп, опускаясь на колени около собаки и осторожно поглаживая длинную шерсть.

— Если бы эта бестия перегрызла мне горло, вы бы и пальцем не пошевелили, — глухо произнесла Ида, отряхивая запыленное платье. — Если я ещё раз встречу это чудовище без привязи, то клянусь, что пристрелю его.

— Вы же могли ему сломать спину! — жалобно воскликнул Филипп, глядя на виконтессу снизу вверх. — Вы могли его убить!

— Туда ему и дорога, — холодно ответила девушка и быстрым шагом пошла по аллее к дому. Жюли и Моник все еще стояли на месте не в силах двинуться. Внезапная жестокость сестры пугала их чуть ли не сильнее только что поверженного зверя. Такой её ещё не видел никто, и вряд ли кому-то суждено было увидеть.

Впрочем, Ида была напугана своим поведением не меньше. Мстительное животное, которое не забыло ей ещё ни одного удара, тоже немало её пугало. Нужно будет приказать его пристрелить, и завести нового, который будет относиться к своим хозяевам более спокойно и впредь вести себя более сдержанно и не давать выход этой злобе.

========== Глава 7 ==========

— И что же вы можете сказать мне о моих соседях? — Эдмон медленно подошел к окну, осторожно держа в пальцах чашку с горячим кофе.

— Не думаю, что вам будет интересно моё мнение, — почтительно поклонился Ману.

— Вряд ли я задал бы вам вопрос, если бы не желал услышать ответ. К тому же, нет ничего интереснее, чем мнение слуг об их хозяевах.

— Ваше поместье граничит с «Виллой Роз», — издалека начал дворецкий. — Сейчас ею владеет виконтесса Ида де Воле, средняя дочь покойных хозяев. Говорят, что она думает только о деньгах, но и дом свой любит. Многие здесь ждут, когда она выберет наконец самого богатого среди здешних молодых людей и выйдет замуж. А вот её младшая сестра очень приятная особа…

— Хорошо, кто ещё? — спросил Эдмон, делая осторожный глоток и поворачиваясь к дворецкому.

— Семья Лондор. Очень ценят свое положение и ведут достойный образ жизни.

Дюран криво усмехнулся:

— Достойный — это значит, что они регулярно посещают церковь, помогают бедным, сносно обращаются со слугами и вообще являются здесь самой знатной семьей?

Не поняв насмешки, Ману опустил глаза и поспешно добавил:

— Бонны и Шенье тоже весьма уважаемые семьи. Они не обладают титулом, как вы, но их здесь любят. К ним и к мнению маркизы Лондор все прислушиваются.

Эдмон знал достаточно авторитетов, что бы составить приблизительное мнение о каждой из этих семей. К тому же, он имел счастье наблюдать всех этих людей и на вечере, и в церкви, чего ему казалось вполне достаточно для суждения.

— Как я понял, — произнес он, возвращаясь к столу, усаживаясь в кресло и прикрывая глаза, — здесь все либо друзья, либо родственники. Обычно, в такое устоявшееся общество трудно войти.

Ману лишь пожал плечами и осторожно спросил:

— Могу ли я вернуться к своим обязанностям, если у вас больше нет вопросов?

Эдмон, не открывая глаз, махнул рукой, отпуская дворецкого, который поклонился и немедленно вышел. Дюран тяжело вздохнул. Как же заслужить любовь этой девушки? Не жениться же ему на ней, в самом деле. Ни одну женщину он не мог представить своей женой, ему становилось дурно при одной только мысли, что какую-нибудь его знакомую могут назвать герцогиней Дюран. А вот виконтесса Воле… Эдмон резко встряхнул головой и открыл глаза. Не прошло и недели со дня их знакомства, а он уже слишком много думал об этой девушке и совершенно не в том ключе, в каком следовало бы.