Чтение онлайн

— Сейчас у тебя очень самодовольное выражение лица.

— Самодовольное? Я никогда не бываю самодовольным. — Однако чувствовал он самое что ни на есть самодовольство. Если старейшины хотят заставить Рейчел принять его изгнание, то в ответ их ждёт лишь отповедь.

Рейчел провела рукой по его тёмным волосам и потянула за шелковистые пряди, привлекая к себе внимание.

— Если они думают, что смогут изменить твоё наказание на смертную казнь, то они глубоко заблуждаются.

Всем своим обликом она демонстрировала воинственность, Рио усмехнулся и нежно нанёс на её голень чудодейственную мазь Тама.

— Они не изменят наказание. Мои умения слишком ценны для жителей деревни, так что сомневаюсь, что они даже станут просить меня покинуть эту территорию.

Его пальцы успокаивали боль в ноге, тем не менее, его замечание заставило её заскрежетать зубами.

— Пусть они попросят нас уехать отсюда. Лес не их собственность. К черту их! Ненавижу тиранов!

Рейчел одним рывком натянула джинсы и стала заправлять постель быстрыми, порывистыми движениями. Она чуть было не ударила Фритца босой ступней, забыв про то, что кот спрятался под кроватью.

Рейчел пылала от бешенства. Даже волосы потрескивали от электричества. Рио ухмылялся про себя, пока натягивал одежду. В доме стремительно наводился порядок, а хромота Рейчел становилась ещё заметней.

— Присядь, сестрилла, — он старался, чтобы его голос звучал нежно. — Твоей ноге не станет легче от того, что ты скачешь туда-сюда.

Он достал пистолет и тщательно проверил «магазин», аккуратно выложив каждую пулю на стол.

— У нас лохань стоит посреди комнаты, — указала она, и в её тёмных глазах заплясали чёртики. — Ты мог бы заняться этим вместо того, чтобы нянчиться со своим оружием.

Его брови поползли вверх.

— Ты думаешь, я от нечего делать нянчусь со своим оружием? — изумлённо повторил он.

— Вот именно. Что ты намерен делать? Будешь стрелять в старейшину? Благороднейшего и наимудрейшего? Не то чтобы я возражала, просто предупреди меня заранее.

— У тебя опять начался период мелких капризов? Ты очень сильно облегчишь мне жизнь, если сначала будешь меня об этом предупреждать.

Она выпрямилась и медленно повернулась к нему лицом.

— Мелкие капризы?

У него дернулись уголки губ. Рио изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица. Рейчел была похожа на вулкан перед извержением лавы. Его улыбка подобно динамиту стала бы причиной взрыва.

— У меня, возможно, не останется другого выбора, кроме как выстрелить в него. Любимая, подумай. Зачем бы ему понадобилось сюда приходить, если для него сам факт моего существования табу? В этом мало смысла.

Лохань с водой действовала ей на нервы, поэтому, прежде чем она метнула в него набитую ватой подушку, он зачерпнул несколько полных вёдер и вылил их в раковину.

Рейчел надолго замолчала, вглядываясь в его лицо, а потом опустилась на стул.

— Это они придумывают правила? Они что, святые? Что они из себя представляют? В смысле помимо того, что они конченые идиоты, конечно.

— Рейчел, ты не можешь открыто называть их кончеными идиотами, — заметил Рио.

— Если ты можешь в них стрелять, то я могу называть вещи своими именами. — Она впилась в него взглядом, словно говоря: попробуй возрази мне. — Старейшины называют себя старейшинами только потому, что они старые? Древние? Или же это просто пустые слова?

— Ты ни разу не встречала этого человека, а уже так враждебно к нему настроена.

Она окинула его взглядом, в котором плескалась едва сдерживаемая ярость.

— Я никогда не была враждебной.

Рио поднял ванну и вынес на веранду. Она всё ещё оставалась довольно полной, поэтому была очень тяжёлой. Вода расплескалась, когда он выплеснул содержимое через перила.

— В том, что ты можешь позволить себе обозвать их как хочешь, если я выстрелю, даже есть своя логика, — мягко согласился Рио, пытаясь успокоить любимую.

Он не стал утруждаться и уносить ванну в небольшую хибарку, скрытую в деревьях недалеко от дома. Он отставил лохань в сторону, туда, где она не будет стоять на дороге, если ему придётся быстро уходить по деревьям. Рио прислушался к звукам ночных существ, перекликающихся между собой, они выдавали ему местоположение постороннего человека, и как близко он уже подошёл.

Если бы не изгнание, то Рио пошёл бы навстречу к старейшине и поприветствовал того как полагается, вместо того чтобы ждать, когда тот сам подойдёт вплотную к дереву. Старейшине было уже за восемьдесят, и хотя он находился в хорошей форме, далёкое расстояние, которое он преодолел, даёт о себе знать. Рио зашёл в дом, чтобы расчесаться и навести на голове хоть какой-то порядок.

Наблюдая за ним, Рейчел увидела вокруг глаз любимого еле заметные морщинки от волнения. Больше всего бросалось в глаза его желание привести себя в надлежащий вид, и это кое-что да значит. Последовав его примеру, она расчесала спутанные волосы, убедилась, что на коже нет грязи, и почистила зубы. Даже достала небольшую косметичку, которой не пользовалась с тех пор, как прибыла сюда.

— Что это?

— Косметика. Я подумала, что должна постараться предстать перед твоим старейшиной в более выгодном свете. — Она помедлила, а затем продолжила. — Ведь он мудрец. Важная персона.

— Он не плохой человек. — Рио пересек комнату и забрал у неё из руки блеск для губ. — Ты прекрасна, Рейчел, я чертовски уверен, что ты не должна прихорашиваться, только чтобы произвести на него впечатление.

Впервые за всё это время на её губах промелькнула улыбка. ещё нужно разобраться, у кого период мелких капризов!

— Вообще-то, житель дерева, я прихорашиваюсь для тебя, а не для твоего глупого старейшины, — произнесла она и протянула руку за блеском для губ.

Рио положил помаду на её ладонь.

— За свой отличный комплимент мне полагается дополнительное очко.

Её улыбка стала шире.

— Меня подвергли цензуре из-за красивого комплимента. Я могла бы придумать что-то наименее приятное, чем житель дерева.

— Ты пугаешь меня.

Рио наклонился и поцеловал её изогнутый рот. Как он умудрился прожить столько лет без неё и считать себя живым? Все эти годы он как будто просто плыл по течению. Порой Рио пугался своей любви. Она была настолько сильной, словно внутри него поднималась приливная волна, угрожая поглотить его, поэтому иногда он не смел взглянуть на неё.