Чтение онлайн

Не самый бесполезный Талант.

Корт убил Свена Куотеррана, Мартина по прозвищу Два Отца и Бренна Слотера. Каждый из них стоил десяти.

Неплохо для Малигана, родившегося уже после завершения Войны кланов.

Лота поприветствовала его улыбкой. Корт кивнул. Скосил глаза на Элжерона и снова посмотрел на нее. Подмигнул. Выше нос, поняла Лота.

Элжерон молча отодвинул карту. Был дядя в простом синем камзоле без отделки. Правый рукав темнее, чем левый. Лота отвела взгляд. Дядя не любил, когда на его изуродованную конечность обращали внимание.

– Лота, – сказал Мокрая Рука.

– Дядя?

– Пожалуйста, называй меня Элжерон.

В воздухе явственно чувствовался запах моря. Не очень хороший признак. Когда дядя собирался воспользоваться своими ментальными способностями, он не надевал впитывающую повязку. Она ему мешала.

Каждый из детей Древней крови обладает Талантом. Маран – повелитель марионеток. Любых, хоть сколько-нибудь напоминающих человека… Еще Маран может управлять големом, независимо от того, кто его хозяин. И даже не одним, а несколькими сразу. После «ухода» Марана из «куклы» там остаются следы – червоточины, словно поработали термиты. Поэтому Древоточец. По слухам, человеком Маран тоже может повелевать. Правда, Лота считала это всего лишь болтовней. Удел Древоточца – неживое, неодушевленное. Безмысленное.

Элжерон – другое дело. Талант Мокрой Руки опасен для тех, кто обладает разумом.

– Хорошо, дя… Элжерон.

Маран за её спиной шумно прочистил горло.

Лота оглянулась. Гигант прислонился к стене, сложив руки на груди. На девушку он демонстративно не смотрел. Лицо Марана, в оспинах, с мощной челюстью, казалось свирепым, но спокойным. Такой задумчивый людоед.

– Маран, – позвал Мокрая Рука. – Иди и сядь. Мне надоело, что ты торчишь, как столб. У нас, между прочим, серьезный разговор.

Древоточец хмыкнул, но с места не сдвинулся.

– Я не шучу, Маран.

– Ладно, – Древоточец оторвался от стены и прошествовал мимо Лоты. Ее обдало запахом теплого дерева, горячей пыли и чего-то неуловимого, свойственного только Марану. Какие-то пряности?

Помнится, в детстве Лота обожала Древоточца – как, впрочем, почти все дети клана. Смеялась над грубоватыми шутками, играла в игры и любила слушать рассказы – а знал Маран много. И еще больше, как считала Лота теперь, выдумывал на ходу…

Все изменилось, кажется… да, после того, как она обрела Талант.

Стала взрослой.

– Может, тогда и девочке предложишь сесть? – сказал Маран насмешливо. Стул под ним немилосердно заскрипел. – Раз уж ты сегодня такой гостеприимный…

Некоторое время Элжерон молча смотрел на Лоту, словно забыл, кто это такая.

– Конечно, – произнес он наконец. – Садись, Лота. Извини меня.

Сожаления в его голосе не было ни на йоту.

– Спасибо, – поблагодарила Лота.

– Ты слышала что-нибудь о Ришье?

Лота некоторое время собиралась с мыслями. С чего вдруг Мокрая Рука вспомнил о блудном племяннике? От Ришье уже четыре года – никаких вестей.

– Нет, – сказала она осторожно. Мокрая Рука кивнул.

– Я примерно так себе и представлял, – Элжерон прикрыл глаза здоровой ладонью, выдержал паузу. – Ришье тебе доверяет?

«Хороший вопрос».

– Ришье – Малиган.

Маран расхохотался.

– Хороший ответ, девочка! Что, Мокрая Рука, утерли тебе нос?

Не похоже, чтобы на Элжерона слова Древоточца произвели впечатление. Старший Малиган терпеливо ждал. Глаза у него по-прежнему были закрыты.

– Вряд ли Ришье мне доверяет, – сказала Лота. – Если он вообще доверяет хоть кому-нибудь из клана. После того, как с ним обошлись…

– Понятно. – Элжерон убрал ладонь, посмотрел на девушку. – Что ж… Пришло время все исправить.

«Что?!»

Лота постаралась незаметно выдохнуть. Проклятое сердце вдруг стало громким, как барабан.

Элжерон говорил совершенно обыденно, словно и не было всего, что случилось четыре года назад. Не было истории с Джайраксом Слотером, после которой Гэвин превратился в Сушеного Гэвина. Не было трусливого молчания Малиганов. Не было Ришье, который требовал справедливости. Требовал суда Древней крови над Джайраксом…

Не было скандала, когда Ришье, мальчишка, орал на Элжерона при всем клане.

Не было изгнания.

– …твой брат возвращается и получает защиту семьи. Со Слотерами я договорюсь.

«Внимание!»

– Не понимаю, – сказала Лота. – Причем тут Слотеры? Это дело нашей семьи… – Она замолчала, увидев лицо Элжерона. – Я что-то пропустила?

Маран и Мокрая Рука обменялись взглядами.

– Ришье убил Бренна Слотера, – сказал Маран.

«А!»

Лота постаралась скрыть потрясение.

– Разве это сделал не Лорд Молния?

– Корт?

– Нет, сэр, – Корт улыбнулся. – Не помню, чтобы я такое делал.

– Я так и думал, – сказал Элжерон. Старший Малиган усмехнулся – зрелище настолько непривычное, что Лота едва не открыла рот. – А ты думала: я тиран и сволочь? Не отвечай, я знаю… Правильно думаешь, между прочим. Я – действительно тиран и сволочь, а Ришье за свою выходку заслужил… впрочем, неважно. Изгнание – он еще легко отделался, можешь мне поверить. Потому что я, Маран и Корт его прикрыли.

– Но… раз Слотеры не знают…

Не было изгнания.

Не было смерти Бренна Слотера.

Элжерон тяжело вздохнул. Что-то вроде – как с вами трудно.

– Скажем так: сейчас это не совсем тайна. Или, вернее, для Слотеров это уже совсем не тайна, Лота.

– Мы его сдали, – сказал Древоточец.

– Хватит говорить глупости, Маран! – Элжерон поморщился. Посмотрел на Лоту. – Твоему брату угрожает кровная месть самого влиятельного из кланов. Понимаешь?

– Понимаю.

– Чтобы наш клан встал на защиту Ришье, мне придется пойти на некоторые уступки, – Мокрая Рука говорил тихо, словно волна накатывалась на песок. – А Слотеры – еще те хищники. Мы многим рискуем, понимаешь?

Пауза.

– Нам с братом придется заплатить, – произнесла Лота медленно, начиная понимать. Да уж, бескорыстие здесь не в чести. – Ришье придется что-то сделать. А я должна его убедить. Верно? Для этого я вам понадобилась. Вы ничего не делаете просто так.

– Конечно, нет, – Маран смотрел понимающе. – Ты ведь и не думала, девочка, что это будет даром? Ты гораздо умнее.