Дикое искушение
Шрифт:
Взгляд Лиама опустился, ухмылка искривила его губы, когда он увидел мои затвердевшие соски, прекрасно видимые под тонкой тканью моего платья, как прямой результат его теплой руки, скользящей по моему телу.
Он зажал нижнюю губу зубами, и я знала, что он тоже контролирует свою похоть, его глаза темнеют вместе с выражением лица. Он делал это специально, водил меня за собой, чтобы увидеть мою реакцию на него, чтобы убедиться, что он все еще стоит на пьедестале, на который я его поставила, и я попалась прямо на это.
Я закрыла глаза, разорвав его чары глубоким выдохом, пытаясь восстановить контроль, позволив его резким словам вернуться в мой разум.
Ты мне не подходишь, ясно?
Я резко убрала его руку со своего тела, гнев поглотил меня после его попытки манипулировать мной.
— Веселье? Да, я люблю это. Что в этом плохого? Видимо, Мэтт думает, что я ему подхожу. Нет ничего плохого в том, чтобы посмотреть, к чему это приведет, — я выплюнула, мстительная жажда во мне не обращала внимания на то, как неправильно это звучало.
— Ты не можешь…
— Что я не могу, Лиам? Хм? Есть ли у кого-нибудь еще? Ты не хочешь меня, ты выбросил меня в мусор, помнишь? Ты не имеешь абсолютно никакого права голоса в этом, — я прервала его, выплеснув в эти слова свою боль и ярость.
Рука Лиама быстро пробежала по моей шее, под моими волосами, сжав их в кулак и убедившись, что я снова смотрю на него.
— Я никогда не говорил, что не хочу тебя, — он стиснул зубы, с каждым словом его лицо приближалось к моему, следя за тем, чтобы они не упали в пространство между нами. — Ты даже не представляешь, как сильно я хочу поцеловать тебя прямо сейчас. Вытащить тебя отсюда, чтобы никто из этих ублюдков не смог полюбоваться тобой в этом платье. Я не хочу ничего, кроме как сорвать его с твоего тела и заставить тебя кончать снова и снова, пока ты не потеряешь сознание, а твое горло будет гореть от крика моего имени во все горло, — его слова были полны яда, глаза пылали безудержным огнем. Лиам наклонился, резко вдыхая шелковистую кожу моей шеи и дергая меня за волосы, чтобы получить лучший доступ. — Я чертовски ненавижу, что ты уже пахнешь кем-то другим, кроме меня.
— Это ревность, господин Дорнье? — мой желудок затрепетал от его действий, но я не могла забыть, что он сказал, и насколько ему было холодно, когда он это говорил.
— Нет, мисс Харден. Это повод для убийства.
— Слишком поздно, Лиам. Слова для меня больше ничего не значат, — я резко ответила, обида покрывала мои слова, когда я пыталась защитить то, что еще осталось в моем сердце, моя рука отрывала его руку от моих волос.
Каждый вдох, который я делала, жалил мою грудь, как миллион ос, в легкие не хватало воздуха, и я отворачивалась от него со всей оставшейся в моем теле унцией силы. Элисон возвращалась из бара, Мэтт шел за ней с нашими напитками в руке.
Я схватила Элисон за запястье, резко потащила ее за собой, прорываясь сквозь толпу и остановившись только тогда, когда мы оказались на улице, и прохладный вечерний ветерок наконец позволил мне дышать.
— Джейми? В чем дело? Что случилось? — спрашивала она меня.
Правда душила меня и блокировала все дыхательные пути. Я посмотрела на нее, мои глаза впились в ее лицо, не моргнув, и какое-то время молчала, к ее большому отчаянию.
— Джейми Харден, скажи мне, что сейчас не так!
— Это Лиам, Элисон, — наконец слова сорвались с моих уст: — Это все время был Лиам.
Элисон просто стояла и смотрела на меня, на ее лице не было никакого выражения, которое намекало бы на то, о чем она думает. Теперь, когда я знала, что он ее брат, я боялась, что это каким-то образом испортит нашу дружбу. Ее продолжительное молчание начало меня пугать, мне нужно было знать, что она думает по этому поводу.
— Можешь ли ты просто сказать что-нибудь? — крикнула я шепотом.
— Я должна была догадаться, — она просто ответила, ее глаза опустились в пол, а губы сложились в тонкую линию.
— Что ты имеешь в виду? О Боже! Элисон, пожалуйста, не злись на меня.
— Я не злюсь. Нисколько. Просто Лиам… сложный человек. Я не хочу видеть, как тебе больно. А теперь я еще и Мэтта тебе подсунула. Черт, мне очень жаль. Я понятия не имела.
— Клянусь Богом, я не знала, что Лиам — твой брат.
— Я знаю, что ты этого не знала. Я не совсем разобралась в том, кто моя семья. Люди склонны сближаться из-за того, с кем я связана. Пытаешься подняться по лестнице, понимаешь? Так что это то, что я стараюсь держать при себе. Мне жаль, — она призналась, и я наконец поняла, почему у такого удивительного человека такой ограниченный список друзей.
— Элисон, тебе не нужно извиняться за это. Мне плевать, с кем ты связана. Я просто не могла вынести мысли о том, что потеряю тебя, потому что мне небезразличен твой брат.
— Брат?
— У меня нет для него названия, и я бы предпочла оставить его без него. Это слишком грязно.
— Да, я понимаю, и я только подлила масла в огонь. Я не знаю, как заставить Мэтта отступить. Он не склонен выполнять приказы. Кроме того, они оба весьма убедительны и непреклонны в отношении того, чего хотят. И я использую эти выражения свободно.
— Мне плевать на то, чего они хотят. Я не буду углубляться в эту хрень глубже, чем я уже есть.
— Будем надеяться, что у тебя есть выбор… — сказала Элисон, прежде чем одна из официанток прервала ее.
— Ужин будет подан через пять минут. Если вы не против занять отведенные вам места.
— Все будет хорошо, — подбадривала Элисон, обнимая меня, прежде чем мы вернулись внутрь: — Мы разберемся с этим.
Я осматривала толпу, которая теперь двигалась в огромный зал, где были накрыты безупречно украшенные столы, в поисках Лиама, но его нигде не было. Однако Мэтт был всего в нескольких шагах и ждал нас, приветствуя нас широкой белой улыбкой.
Как только я оказалась на расстоянии вытянутой руки, Мэтт притянул меня к своему твердому телу, обняв меня за талию. Моя рука приземлилась на его мускулистую грудь, пытаясь смягчить удар, в то время как он наклонился над моим ухом, моя кожа покалывала под теплом его дыхания.
— Я бы предпочел, чтобы ты сидела у меня на коленях, но, поскольку моя мать навязывает определенные правила этикета, я устроил так, чтобы ты сидела рядом со мной за ужином.
Почему я не оттолкнула его от себя? Во-первых, было приятно быть хоть раз желанной, и, тем не менее, таким человеком, как Мэтт. Во-вторых, я была одержима идеей разоблачить Лиама как блеф. Я хотела знать, что именно он имел в виду под «основаниями для убийства», как он это сформулировал.
— Прямо к убийству, — пробормотала я себе под нос, больше для себя, чтобы сравнить толчок и тягу Лиама и непримиримую резкость его брата, но Мэтт все равно это услышал.
— Не сегодня ночью. Мы все еще здесь, а не обнажены в моей постели.
Я выхватила один из напитков из его рук и выпила его одним глотком. Для этого моя голова должна быть ясна, но мои чувства наверняка нужно было приглушить.
— Вау, успокойся, тигр, — Мэтт усмехнулся, забирая пустой стакан из моей руки. — Я тебя так нервирую?