Дикое правосудие
Шрифт:
Лодочник ее не подвел: информация в самом деле оказалась убойной. Это была настоящая сенсация.
— Не знаю, кто мне платил, чтобы я завалил О’Доннелла, — рассказал он ей. — Я просто получил по электронной почте письмо.
Джоанна уставилась на него.
— Чтоты получил? — Она хорошо слышала его, но не могла не переспросить. Она была в совершенном недоумении.
— Получил по электронной почте письмо, — очень четко повторил Лодочник, словно до Джоанны медленно доходило. — Контракт я получил по электронной почте.
— И ты не знаешь от кого?
— Ни малейшего представления. Я пробовал писать обратно, пытался хоть что-нибудь разузнать. Но ответа не было.
— Значит, ты получаешь с неизвестного адреса письмо по электронной почте. Тебя просят убрать Джимбо О’Доннелла, и ты без лишних вопросов выполняешь просьбу?
— Разумеется, только когда мне заплатили половину вперед, — с негодованием возразил Лодочник.
«Ну тогда все в порядке», — подумала Джоанна.
— Выходит, ты свой человек в Сети, да?
— Джои, куколка, а кто сейчас не свой? Ты же понимаешь, я деловой человек. Ну и как все, кручусь как могу. Что с того, что я верчусь в специфическом мире! Сеть — это будущее, или я не прав?
«И благодаря ей этого будущего у тебя теперь нет», — подумала Джоанна.
— И сколько раз тебя вот так нанимали по Интернету?
— Да так, детка, время от времени. Знаешь, у меня даже есть свой сайт, — с гордостью сообщил Лодочник.
— Да что ты, в самом деле? И какого содержания?
— Ну так, это… мои услуги, ну вроде того…
— Вроде чего, Лодочник?
— «У вас — проблемы, зовите Лодочника, он все проблемы переправит куда надо».
Джоанна улыбнулась. Все, что она сейчас слышала, было крайне необычно.
— И люди анонимно связываются с тобой и просят тебя… — она сделала паузу, — …переправить их проблемы куда надо?
— Ну да! Видишь, в том вся и задумка. Даже не обязательно, чтобы я знал, кто они такие. И похоже, люди находят подход… — он помолчал, словно подыскивая подходящее слово, — …ободряющим.
— А как этот анонимный народ платит тебе?
Лодочник таинственно улыбнулся:
— А эта информация, детка, разглашению не подлежит.
— Ладно, давай вернемся к заказу О’Доннелла. Как тебе заплатили?
Лодочник улыбнулся еще шире.
— Заказчик открыл для меня счет в одном швейцарском банке, — сказал он, и в его голосе прозвучала нескрываемая гордость. И не важно, что его осудили за убийство и сидеть ему двадцать два года. Лодочник считал себя современным деловым человеком.
Джоанна просто потеряла дар речи. Громилу с Ист-Энда нанимают по электронной почте убить человека и оплачивают заказ через швейцарский банк. «Оригинально, ничего не скажешь», — подумала она.
— А что, полиция не проверяла твой компьютер? — спросила она.
— Я письма сразу удаляю, как прочитаю. Никогда не храню на компьютере файлы, связанные с моим бизнесом. Видишь ли, вся нужная информация у меня в голове.
— Если ты не намного порядков умнее меня, то от твоих стертых файлов на жестком диске должны остаться следы.
Лодочник пожал плечами:
— Ну да, наверно, если очень поискать. Только легавым это и в голову не придет. Какой компьютер! Я же для них тупой громила. Мало ли у кого комп есть?
— А компьютер у тебя не дома? Твою квартиру наверняка сразу после ареста обыскали. Стандартная процедура.
— Все вверх дном перевернули. И комп дома был. Только каждый находит то, что ищет, так ведь? Этот компьютер стоит в комнате у дочек, — хихикнул Лодочник. — Теперь же у всех ребятишек есть компьютеры. Диснеевские игры, много всякой девчачьей ерунды и домашние задания.
Невероятно! Все так безумно просто. И так разумно. Джо отчетливо представила, как на компьютер в спальне у детей никто не обращает внимания.
Ее собеседник снова заговорил:
— У моих принцессочек любимая игрушка — «Симсы». Игра о семействе Симсов. Можешь подобрать им работу, дом и все такое и даже женить их. А твоя, Джои, во что играет? Могу поспорить, она у тебя умная, твоя девчонка.
Джо кивнула. С умом у Эмили было все в порядке. Но неожиданно Джоанна поняла, что не имеет ни малейшего представления, в какие компьютерные игры любит играть ее дочь. Пол-то наверняка знает. Он часто вместе с Эмили забирался в Интернет и еще говорил, что для него это отличный отдых — поиграть с ней на компьютере. Но Джоанну почему-то никогда не привлекало такое занятие. Ей стало стыдно за себя, и она в очередной раз остро почувствовала свою вину перед дочерью: она уделяет Эмили так мало времени. Неужели Лодочник — лучший отец, чем она — мать? Нет, конечно. Он на двадцать два года запер себя в тюрьме. Но ей совсем не хотелось исследовать эту сферу ее жизни вместе с ним.
— Знаешь, Лодочник, наверное, все еще можно отследить, кто послал электронное письмо.
— Ну, какой-то адрес на excite, — ответил он. — У меня вон тоже ящик на hotmail, но все деликатные дела я делал через интернет-кафе: платишь наличными, заходишь в Сеть, пишешь имя пользователя и прочую ерунду. Видишь ли, куколка, по-моему, тот, кто заказал Джимбо, тоже писал из интернет-кафе. А если я ошибся, то он законченный идиот.
— Слушай, а давай я найду хорошего эксперта, который поработает с твоим компьютером. Может, заказчик — не такой уж осторожный человек. Помнишь хакеров, что вирус с любовными письмами посылали? Даже они засветились. Так что у нас еще есть шанс.
— Нет у нас никакого шанса, куколка, — объявил Лодочник. — Меня как арестовали в первый раз, я много чего выкинул. Взял молоток, долбанул по винчу, а потом пошел на блошиный рынок и купил себе другой.
«Изумительно просто и почти на сто процентов надежно, — думала Джо. — Как жаль, что Лодочник не использовал свой ум для лучших целей». Она оценила предоставленную ей информацию.
— Ладно. А сколько тебе заплатили? — спросила она.
— Пятнадцать тонн. Десять — до и пять — после.
«Целая куча денег, а работы Лодочнику на один день. Но за человеческую жизнь — дешево. Даже за жизнь Джимбо О’Доннелла», — размышляла Джо.
— А где сейчас эти деньги? Все еще в швейцарском банке? — Говоря про швейцарский банк, Джоанна с трудом сдержала улыбку.
— Конечно, нет, куколка, — как и следовало ожидать, ответил Лодочник. — Уже потратил. Долго ли?
«Ну допустим, он не хочет признаться, что деньги все еще у него, — думала Джо. — В любом случае у швейцарских банкиров британские власти не смогли бы изъять их ни при каких обстоятельствах».