Чтение онлайн

— Ладно, я закончила. — Джемма появилась в дверях стойла, вытирая перчатки о джинсы.

На улице было холодно, воздух пронизывал мороз, а земля была покрыта пушистым слоем свежего снега. Но от усердной работы на лбу у нее появился легкий румянец, а щеки раскраснелись.

Она сняла свою темно-синюю зимнюю куртку, которую заказала несколько недель назад, после того как я в течение часа без устали читал ей лекцию о зимах в Монтане. Поверх черной футболки с длинными рукавами она накинула одну из моих фланелевых рубашек, чтобы не слишком испачкать одежду.

Ее волосы были собраны в беспорядочный узел, потому что она не помыла их утром, когда мы вместе принимали душ. На ней не было ни капли косметики, а к ботинкам прилипло несколько соломинок — еще одна покупка, на которую я ее уговорил.

Стоя там, свежая и расслабленная, Джемма остановила мое сердце. Черт возьми, она была прекрасна.

— Ты когда-нибудь думал о том, чтобы заменить складское помещение в конце конюшни на то, что находится посередине? — спросила она. — Это сэкономило бы количество подходов.

— Э-э… нет. — Это стойло в конце конюшни всегда использовалось как кладовка. И теперь я не мог понять, по какой причине оно всегда было там. — Но я так и сделаю.

— Просто идея.

Джемма весь месяц подбрасывала идеи. В том, как она это делала, всегда было больше любопытства, чем назойливости. Но она смотрела на вещи так, как не смотрели остальные. И до сих пор я принимал каждую идею, которую она предлагала.

— Что дальше? — спросила она.

— Это. — Я схватил ее за фланель и затащил в пустое стойло, прижавшись губами к ее губам и прижав ее к стене.

Она застонала, ее руки в перчатках скользнули вверх и обхватили мою шею, когда она открыла рот, чтобы впустить меня внутрь.

Мой язык скользнул по ее языку и стал лизать длинными, плавными движениями. Я наклонился к ней, мой член набух, когда она схватила меня за задницу и притянула ближе.

— Истон, — голос моей матери эхом разнесся по огромному пространству.

Я мгновенно оторвался от Джеммы, втянул в себя воздух и вытер губы.

Джемма поджала губы, чтобы скрыть улыбку, приложила палец к губам и прислонилась к стене. Спряталась.

Меня тошнило от этих гребаных секретов.

— Истон?

— Да, — отозвался я, хмуро глядя на Джемму, пока та пряталась в стойле. — Привет, мам.

— Привет. — Она лучезарно улыбнулась. — Как ты сегодня?

— Хорошо. — Секунду назад мне было лучше. — Что случилось?

— Да так, ничего. Я забрасывала на кухню еще несколько яиц и увидела твой грузовик, вот и решила зайти поздороваться.

— Рад, что ты зашла. Доброе утро. — Я подставил локоть, чтобы она могла взять меня под руку. Затем я повел ее по центральному проходу. — Что ты задумала?

— Ничего. Я…

— Привет!

Мы с мамой обернулись на голос Кэт и увидели, как она заходит внутрь, помахав нам рукой.

С каких это пор конюшни стали таким популярным субботним местом? Обычно я был единственным, кто работал по выходным, не считая Кэтрин. Но она обычно оставалась в офисе. Все остальные, кто вышел на пенсию, работали с понедельника по пятницу.

Мама тут же отпустила мою руку, чтобы обнять Кэтрин.

— Доброе утро, милая.

Кэтрин поцеловала маму в щеку.

— Я как раз направлялась к тебе, но увидела твой джип. Вчера, когда я ездила в город, у них была специальная акция на цветы, поэтому я захватила для тебя пару букетов. Твои любимые персиковые розы.

— Ха. — Мама рассмеялась. — Великие умы. Сегодня утром я первым делом отправилась в магазин и купила этот красивый букет из роз, который, как я думала, тебе понравится.

Пока они смеялись и говорили о цветах, я взглянул в стойло, где пряталась Джемма. Она могла выйти. Могла притвориться, что работала. Но она оставалась в тени.

— Мы сто лет не катались вместе, — сказала мама Кэт. — Давай запланируем поездку на этой неделе.

— Я бы с удовольствием.

— Ты не могла бы зайти ненадолго? — спросила ее мама, и она кивнула, когда они вместе направились к двери.

Если бы я их знал, а я знал, они проведут остаток дня у мамы дома. Она заманивала Кэт к себе, обещая угостить кофе с печеньем, а затем уговаривала остаться и помочь испечь пирог или поработать над каким-нибудь проектом. Это был день матери и дочери, ведь мама удочерила Кэт, так как всегда мечтала о дочери.

Я стоял и смотрел им вслед, пока они не скрылись за дверью.

— Все чисто.

Джемма вышла из стойла, и ее яркая улыбка погасла. Она перевела взгляд на дверь, откуда доносился звук хлопающих дверей машины Кэтрин и мамы. Когда она посмотрела на улицу, выражение ее лица стало отсутствующим.

Вот только, я целый месяц изучал лицо Джеммы. Она изо всех сил старалась отгородиться от своих мыслей, и, возможно, другие этого не заметили бы, но я видел, какую боль она скрывала.

— Ты в порядке?

Она кивнула и выдавила улыбку.

— Отлично.

Это была абсолютная ложь. Но если я давил, она полностью закрывалась от меня, поэтому я ждал, пока она не будет готова заговорить.

— Пазлу нужна тренировка. Давай прокатимся.

— Вообще-то, я, пожалуй, пойду…

— Прокатись. Со мной. — Я мотнул подбородком в сторону стойла Спрайт. — Причеши ее гребнем карри. А потом я хочу, чтобы ты оседлала ее сегодня.

— Что, если я не хочу кататься? — Она уперла руки в бока.

— Очень жаль. — Я подошел ближе и, взяв ее за подбородок, на мгновение задержал на ней взгляд.

В этой женщине было так много невероятного. Она была умной и целеустремленной. Она была красивой и любящей. Но, черт возьми, она была слепой.

Увидит ли она когда-нибудь, что находится перед ней?

Все, чего она хотела, все, в чем она нуждалась, было прямо здесь. Дом. Семья.

Я.

За последний месяц я перестал врать самому себе. Мое сердце принадлежало ей — с того самого момента, как она чуть не сбила меня с ног на крыльце лоджа. Я перестал притворяться, что мои чувства к ней не так реальны, как дыхание в моих легких или биение пульса в венах.