Диктиона. Пламя свободы
Шрифт:
Смех за дверью слегка развеял эту застывшую атмосферу и все выжидающе взглянули на дверь.
— Брысь отсюда! — раздался повелительный голос принца и дверь распахнулась. — Эй, паж! Позови моего менестреля! А то здесь слишком уныло!
Он с улыбкойшагнул через порог и окинул комнату взглядом. Его чёрные глаза блестели от удовольствия. Простой наряд он сменил на атласный камзол, расшитый золотом, такие же штаны и длинные алкорские сапоги. Этот костюм тёмно-красного цвета оттеняла накидка серебристо-чёрного цвета, складками спадавшая с плеч. На чёрных кудрях поблескивал тонкий венец с ярко-алым рубином.
— Я снова дома, среди друзей! — заявил он, радостно перебегая взглядом с одного лица на другое.
— Я тебе уже не друг, — проворчал Тахо, входя следом. Он был в простой куртке из золотисто-коричневой замши и тёмных суконных брюках, заправленных в сапожки из мягкой кожи. На его талии помимо пояса с мечом висела боевая плеть — древнее оружие анубисов. Этот экземпляр был сплетён из шкуры дракона с планеты баларов, а бронзовую рукоятку украшали вставки из красной яшмы. Поклонившись присутствующим, он сел рядом с Юнисом и сонно уставился в стол.
— Что киснем? — весело поинтересовался Кирс, пожимая руку Донгору, — Его величество начал с взбучки? — он подошёл к Реймею и дружески коснулся его плеча. — Это лишь доказывает, что тяжкие испытания не повлекли для него таких уж серьёзных последствий! Как ты? — он взглянул на Энгаса. Тот улыбнулся. — А дядюшка Юнис снова с кубком! Похоже и он в порядке…
— Хохмач… — буркнул король Оны, покосившись на Кибелла, — Весь в тебя.
— Хорошо, если весь, — усмехнулся Кибелл.
— Где дамы? — поинтересовался Кирс. — Где…
— Тсс! — Кибелл приложил палец к губам. — Наша гостья — сюрприз.
— А! — Кирс заговорщески подмигнул отцу. — Понял!
Он сел за стол рядом с Тахо и толкнул его в бок.
— Не спи, а то замёрзнешь…
Тахо вздрогнул и открыл глаза. За дверью снова послышались шаги. На сей раз, сомнений не было, что по коридору идут лёгкие женские ножки. Все с нетерпением воззрились на дверь и, наконец, она распахнулась. Первой вошла Шила и улыбнулась присутствующим тёплой улыбкой радушной хозяйки. От неё не укрылся недовольный взгляд Кибелла. Он сурово сдвинул брови и уже открыл рот, чтоб высказать просьбу немедленно отправиться в покои и принять соответствующий королевскому достоинству вид. Однако Шила усмехнулась, легко отступила в сторону, и слова застыли на самом кончике королевского языка. Присутствующие в комнате мужчины, затаив дыхание, смотрели на высокую женщину, стоявшую на пороге. Первое, что бросалось в глаза, это была тонкая талия, которую подчеркивала широкая синяя юбка, расходившаяся спереди, открывая тончайшую паутину серебряного нижнего платья. Тяжёлый синий бархат обрамлял белоснежное декольте, прикрытое полупрозрачным шёлком. Из широких рукавов виднелись тонкие руки, обтянутые серебристой паутинкой. Синий бархат обрамлял серебристые волосы и чуть бледное лицо с высоким лбом, тонкими скулами и большими глазами, которые насмешливо блестели. Женщина вошла, и король Оны медленно поднялся с места, пряча за спиной кубок. Энгас постарался сесть прямо на своих подушках. Глаза Реймея достигли невиданных ранее размеров, а Донгор шагнул навстречу и в нерешительности замер. Кирс восторженно смотрел на неё, у Тахо отвисла челюсть, и только король Дикта смотрел на свою гостью с одобрительной улыбкой. Вернувшись глазами к своей королеве, он кивнул и протянул ей руку.
Шила прошла к нему и села рядом на скамью. Рука Кибелла тут же тепло обняла её хрупкие плечи. Кирс сорвался с места и, опережая всех, устремился к гостье.
— Я потрясён, миледи! Ваша красота всегда поражала моё воображение, но сейчас я вижу, что совершенство не имеет предела! Позвольте предложить вам мои услуги! Осчастливьте скромного почитателя вашей красоты, заняв место рядом с ним.
Женщина усмехнулась и подала ему руку.
— Лорна Бергара… — тихо произнёс Юнис. — Или… я сплю, — он бросил уничтожающий взгляд на Кирса. — Неужели прекрасная дама будет вынуждена провести вечер в компании юнца, когда король готов служить ей?
— Кто тут назвал меня юнцом! — рявкнул Кирс, хватаясь за меч.
— Убей его, мой мальчик! — неожиданно рассмеялся Энгас. — Я всё равно ближайший наследник трона Оны по крови, так что на политике это скажется самым благоприятным образом!
— Ты наследник? — вспыхнул Юнис, но, взглянув на даму, смущенно улыбнулся. — Он врёт.
— Может быть, король Оны, — рассмеялась она. — Но что мне с того! Я рада видеть тебя, — она протянула ему руку. — И вас, друзья мои, Энгас, Реймей, Донгор… Я счастлива снова быть здесь, в Дикте, и я благодарна его высочеству, пригласившему меня сюда.
Юнис взял её за руку. Ручка эта была слишком твёрдой и сильной для хрупкой незнакомки, стоявшей перед ним. Губы её складывались в мягкую улыбку, а глаза слишком знакомо смеялись, глядя на него.
Юнис глубоко вздохнул и снова поклонился.
— Я рад, что ты жива, Бергара! — усмехнулся он в свою очередь. — Боги последнее время преподносят нам один сюрприз за другим, возвращая нам тех, кого мы считали утраченными навсегда, — он бросил взгляд на Энгаса и посмотрел на Кибелла. — Твоя взяла! Если ты хотел нас удивить, тебе это удалось! Откуда ты взялась здесь? — снова обернувшись к гостье, воскликнул он. — В самый подходящий момент.
Он снова осмотрел её с головы до ног, пытаясь отыскать признаки воинственного образа, сохранившегося в его памяти, но у него ничего не вышло. Он только заметил изящный локон, выбившийся из таинственного мрака под капюшоном на белоснежную кожу.
— У нас война, леди… — со вздохом сожаления сообщил он.
— Я знаю, король… — улыбнулась она и выдернула пальцы из его руки. — И потому я здесь…
— Только не это… — покачал головой Энгас. — Неужели я когда-то имел наглость скрестить с тобой мечи? — он передёрнул плечами. — Достаточно будет того, что ты вдохновишь нас на победу.
— Старина Энгас уже готов присягнуть тебе на верность, — рассмеялся Кирс. — Но будь осторожна… Впрочем! Что я говорю! — он рассмеялся и погрозил тому пальцем. — Это ты будь осторожен! Она всё ещё не прочь поразмяться с мечом. Пойдём, Лора… Стол накрыт, кубки наполним и у нас впереди вся ночь!
— А спать? — жалобно проскулил Тахо, бросив недовольный взгляд на Юниса.
VII
Я поцеловала Тахо в макушку, и он уныло кивнул, оценив моё сочувствие. Юнис ревниво взглянул на него и сел на скамью. Кирс усадил меня рядом с собой и наполнил кубки. Похоже, мне удалось произвести как раз то впечатление, какого я и добивалась. Они были в замешательстве и с трудом пытались совместить мой вид с тем, что они помнили по прошлым встречам. И, кажется, у них это не очень хорошо выходило.
Мы были голодны после дальней дороги. Оленина, мягкий хлеб, изысканные разносолы и фрукты были как раз к месту, и на время полностью захватили моё внимание. Я рассеянно слушала произносимые тосты и подносила к губам кубок, однако, пила не больше глотка. И при этом продолжала играть роль пай-девочки на приёме у английскойкоролевы, поскольку роль оголодавшей людоедки, которая была мне в тот момент духовно ближе, требовала совсем иного костюма и грима. В комнате появился хорошенький мальчик с лютней и запел какую-то балладу. Я заметила его, а потом и белого кота, который, сидя на коленях у Кибелла, беззастенчиво таскал с его тарелки куски и тут же съедал их, не уронив ни крошки на королевские штаны. «Интеллигентное животное», — автоматически отметила я и в следующий момент наконец-то поняла, что сыта.
— Так где же наш царственный брат Эдриол? — услышала я голос Кибелла.
Он сидел, рассматривая свечу сквозь розовое вино в хрустальном, отделанном серебром кубке. Шила, которая, едва не мурлыкая, приникла к его плечу, вдруг нахмурилась, а Юнис расплылся в злорадной улыбке.
— Наш царственный брат, мой милый, видимо, набирается духу, чтоб завтра сморозить на Совете очередную глупость. Он прямо-таки закусил удила, едва появилась возможность выступить против монахов.
— Это неправда, — возразила королева, бросив на Юниса злой взгляд. — Эдриол — простой человек, он, действительно, потрясён тем, что среди нас оказались другие существа. Его можно понять…