Димкина ракета
Шрифт:
– Вот он!
– гаркнул один из них, устремляясь к Димке. Они набросились на него все разом, вывернули руки за спину, скрутили веревками, плотно стянули рот платком и выволокли на улицу.
Перед домом Глицинии стояла карета, запряженная лошадьми и украшенная витиеватыми гербами. В карете сидел очень толстый господин с тройным подбородком и маленькими свинячьими глазками. Лицо его расширялось книзу, как груша. Подле кареты застыл в подобострастном полупоклоне старый Фискар. При виде связанного Димки Стервятник оживился.
– Соизвольте взглянуть, ваше сиятельство!
– воскликнул он и, обращаясь к Димке, прошипел: - Теперь-то светлейший сеньор Животини заставит тебя говорить, волчонок!
– А зачем ему говорить?
– нетерпеливо прервал Фискара сеньор Животини. Совсем это ни к чему. Если это оборотень, мы сейчас же вздернем его на виселицу, а если это лазутчик разбойника Каспара, его следует немедленно отправить в главную королевскою тюрьму. Таков приказ его величества.
– Ваше сиятельство!
– забеспокоился Фискар.
– А сколько мне заплатят за него, если он оборотень?
– Пятьдесят золотых монет, - отвечал сеньор Животини.
– А если это разбойник?
– За разбойника полагается сто монет. Но, по-моему, это простой оборотень. Мы повесим его тотчас.
– Ваше сиятельство!
– заныл Фискар.
– Ну какой же это оборотень, когда это разбойник? Велите его обыскать...
Солдаты принялись выворачивать Димкины карманы. Они извлекли коробку спичек, компас и карманный фонарик.
– Ну, ладно, - разглядывая незнакомые предметы, процедил сеньор Животини.
– Пускай с ним разбираются в столице. Эй, бездельники! Подать сюда повозку!
– Но, ваше сиятельство!
– закручинился Стервятник.
– А как же я? Кто заплатит мне за поимку злодея?..
– Отправляйся в столицу, - отмахнулся сеньор Животини.
– Если там сочтут возможным, тебя наградят за преданность короне. А я слишком беден, чтобы выбрасывать деньги на ветер. Да здравствует король!
– Да здравствует король!
– рявкнули солдаты. Лакей затворил дверцу кареты, кучер взмахнул кнутом, и сеньор Животини уехал.
Глава 6
Узник королевской тюрьмы,
Вот уже несколько дней тюремная повозка, громыхая, переваливалась с боку на бок по неровной дороге и до Димки доносились глухие удары бича, понукания кучера и сиплые голоса охранников. В повозке было темно и душно. На коротких привалах туго крякал ржавый замок, дверца открывалась, и чья-то волосатая рука просовывала Димке миску с кислой бурдой и черствую лепешку.
Иногда на дороге попадались селения, и тогда мальчик слышал гортанные крики: "Дорогу стражникам короля!" и испуганные возгласы разбегавшихся в страхе людей. Но вот колеса застучали по каменным плитам, и Димка догадался, что они въехали в город. Вскоре повозка остановилась. Чей-то грубый голос окликнул издали:
– Кто такие?
– Именем короля!
– отозвались рядом.
– Да здравствует король! Проезжайте.
Заскрипели ворота, лошади снова тронулись. Подковы застучали по деревянному настилу, затем повозка опять остановилась, и на этот раз уже окончательно. Дверца распахнулась, и яркий солнечный свет ударил в глаза. Свирепого вида стражник заглянул внутрь повозки и, с трудом разглядев в полумраке фигурку узника, скомандовал:
– Выходи!
Выбравшись, Димка огляделся. Он стоял посреди двора, окруженного сплошной каменной стеной. Рядом высилось мрачное серое здание с крошечными окошками, по-видимому, тюрьма. Сердце Димки тоскливо сжалось. Бежать было некуда: солнце ярко поблескивало на остро отточенных саблях охраны.
– Пошли!
– скомандовал старший, и Димку повели в здание. Его вели по длинным каменным коридорам с железными дверями, изза которых слышались глухие голоса, стоны и плач.
– Куда его?
– спросил один из стражников, кивая на Димку.
– В подвал, - отозвался старший.
– Говорят, это посыльный самого Каспара!
Они спустились в подземелье. Пахнуло плесенью. Стражники дошли до самого конца коридора, распахнули тяжелую дверь темницы и втолкнули туда Димку. Дверь захлопнулась, загремело железо. Гулкие шаги охранников, замирая, удалялись по коридору. В подземелье наступила мертвая тишина.
Димка заплакал. Здесь он мог плакать, не опасаясь, что ктонибудь увидит его слезы. Ему было жалко себя, жалко маму, которая напрасно будет ждать его, и ребят, которые никогда уже его не увидят. Потом он ощупью забрался в угол темницы, обессиленно прилег на каменный пол и, прислушиваясь к равномерному падению капель воды с потолка, незаметно заснул.
Сколько он проспал, сказать трудно. Разбудило его позвякивание ключей. Он вскочил на ноги.
Дверь камеры распахнулась, и на пороге появились люди с факелами в руках. Это были те же самые стражники. Только теперь на их лицах блуждали угодливые подобострастно-заискивающие улыбки.
– Простите, ваша милость, - с глубоким поклоном обратился к Димке старший из них.
– Простите, что мы осмеливаемся прервать ваше уединение... Вы доставлены сюда в результате прискорбной ошибки... Дозвольте, ваша милость, освободить вас из мест заключения!
Димка удивленно пожал плечами и вышел из камеры, сопровождаемый охранниками. Отблески факелов отражались в осклизлых каменных стенах. Где-то рядом сочилась вода.
– Дозвольте помочь вам, ваша милость, - сказал старший, светя под ноги факелом.
– Не поскользнитесь, тут мокро...
Во дворе тюрьмы стояла пышно украшенная карета. Подле нее расхаживал какой-то знатный господин, окруженный целой толпой лакеев. На нездоровом, желтовато-бледном лице его резко выделялись маленькие черные усики, а серые колючие глазки, как два буравчика, так и сверлили окружающих. При виде Димки господин расплылся в улыбке и отвесил ему церемонный поклон.
– Это министр безопасности его величества, сеньор Подлюччио!
– шепнул на ухо Димке старший надзиратель.
– Здравствуйте, - сказал Димка.
– Здравствуйте!
– воскликнул сеньор Подлюччио, приходя в полный восторг от Димкиного приветствия.
– Это же подумать только: он говорит "здравствуйте"! Чудесный мальчик! Очаровательный мальчик! Великолепный мальчик!.. И эту милую крошку посмели заточить в тюрьму?! Кто решился на такое чудовищное преступление?! Болваны! Моральные уроды! Вы будете болтаться на виселице. Здесь же! Сейчас же!.. Эй!
– и он хлопнул в ладоши.
И тотчас откуда-то появились вооруженные стражники короля. Они молниеносно обезоружили и связали Димкиных надзирателей, туго стянули им рты серыми платками, накинули на шеи веревки. А сеньор Подлюччио продолжал улыбаться.