Чтение онлайн

Ужин подошел к концу.

2

Один полный месяц. И никакого ответа. Раст ждал. Все еще ждал.

Он спал, может, и не самым крепким сном, хотя сны в своей кровати всегда приятнее, но надеялся на видения, которые покажут ему, куда идти дальше.

Ничего. Он ничего не видел. Только тьма…

Перетасовка.

Он проснулся. Сел. Комнату заливал желтоватый лунный свет. Он спал невысоко… недостаточно высоко…

(Нужно лишь закрыть глаза поплотней и представить, что ты падаешь)

Все еще ничего… или он что-то видит? Но что? Здесь ничего нет. Только он и дворец. Нет, он видит свой дом. Он видит Аделию. Это не то, что ему нужно.

Перетасовка.

Он упал на кровать. Снова закрыл свои глаза… и провалился.

(Неужели время еще не пришло? Разве я не готов? Мои силы слабеют. Я должен отправляться… Я уже могу… Вы можете мне показать…)

Дворец. Вышки. Храмы. Город. Аделия. Он видит Аделию. Центральную Аделию. Почему он видит Центральную Аделию? Что держит его здесь? Почему он не может отправиться в путь?

Пере…

Нет. Он видит Аделию. Видит только свой дом и Аделию. Есть дела в Аделии, которые он должен решить… Но что?

(Шпион. Я должен выяснить, кто за мной следит. Я не могу уйти. Я должен выяснить. Должен узнать.)

Это действительно так важно? Раст об этом не спрашивал. В его жизни нет ничего важнее, чем вера Хранителей. Он никогда ни о чем не спрашивал. За исключением первого видения, когда ему исполнилось семь. Но тогда он был просто не готов.

3

Шпион. Я должен выяснить.

Человек, который следил за ним или приказал следить, стал менее активным. И это не было хорошо, совсем не было. Ведь это значило, что человек не глуп – он понял, что Раст пока не собирается покидать свой дом. И, видимо, кого-то волновала причина, почему Раст Де-Блу, Хранитель, не покидает Центральную Аделию.

Леди Макграт собирала полотенца в одну большую стопку. Вещь за вещью она складывала одинаковой формы независимо от размера. Ульяна следила за ней, но реже обычного. Она и вправду быстро усвоила свои обязанности.

Раст подошел к ним поближе в своем обычном одеянии, в котором ходил по дворцу – длинная полупрозрачная белая рубашка из шелка оукхи, мохнатого животного, через неё были видны его формы мышц рук, и лёгкие штаны такого же цвета.

– Мама, я хочу поговорить с леди Макграт наедине.

Она посмотрела на него и кивнула. Женщина-дворецкий даже не повела взглядом – продолжала свою работу, чем сразу понравилась Расту.

– Как ваше имя? – наконец спросил он, когда Ульяна покинула комнату.

– Мезилья, мой господин. Мезилья Макграт.

– Мезилья, как хорошо вы знаете окрестности нашего двора?

Она запнулась, обращение на «вы» привело её в смятение, и вскоре ответила уже не таким уверенным голосом, словно это совсем сбило её с толку.

– Я изучила весь город, мой господин…

– А вокруг? За пределами Центральной Аделии?

– Средние Дома?

– Да. Вы же живете там?

– Да.

– У вас есть родственники?

– Только сестра. Но она не здесь, она не покидала Нижнюю Аделию.

– Хорошо. А как давно вы поселились в Средних Домах?

– Два года. Раньше я служила дому Перукинсов, сэр Грегаори нашел меня, а затем пригласил жить здесь. Служить ему и иметь дом в Средних Домах, – поправилась она.

– За это время вы выучили Средние Дома, и их жильцов, верно? А став слугой Высокого Дома у вас наверняка появились друзья.

– Да…

– Тогда не могли бы вы выполнить для меня одну просьбу?

– Какую?

– Собрать сведения. Я хочу знать, кто поселился за последние полгода в Средних Домах, а также выяснить, кто кому служит.

– Вы думаете, у нас завелся чужак? – посмела предположить Мезилья. Затем, осознав, как бы испугалась своего предположения. – Извините.

– Ничего, – ответил Раст. – До завтра вы справитесь?

– Я… Вы ведь обращаетесь ко мне, потому что не можете провести все официально, так?

– Вы очень любопытная. Да. Именно поэтому я прошу вас, потому что хочу, чтобы все прошло незаметно. И я понимаю вашу занятость, поэтому я отпрошу вас сегодня и еще на один день, который вы захотите. Я вправе это сделать, поверьте мне.

– Конечно, – засмущалась слуга. – Тогда… мне нужно уйти до вечера, чтобы успеть до завтра.

– Можете идти прямо сейчас.

– Вы уверены?

– Я уведомлю мать сейчас же. Можете идти.

Ульяна Де-Блу была в храме Завета, на балконе девятого этажа, наблюдала за городом и делала записи в электронной бумаге. Раст знал об этом и нашел её без труда на закате, когда кровавое солнце исчезало с горизонта. Бумага потухла, и она убрала гаджет в карман, продолжив смотреть на облака.

– Это так странно, да? – заговорила она полузадумчивым голосом. – Скоро все вновь повторится. Что-то здесь изменится, что-то нет. Мы снова будем в Великом Храме, любить тебя и принимать домой.

– Возможно, что-то изменится, – сказал сухо Хранитель. Так сухо, что ему стало стыдно. Бесконечно стыдно до слез перед своей матерью. Но она не повернулась, а его глаза не намокли.

– Твой отец говорит, что мы привыкнем, – не заметив его сухости, продолжила Ульяна. – Иногда он вовсе не мудрец, мы с тобой это оба замечаем. – Горечь, которая прозвучала в её последних словах, еще больше задела Раста. Наконец она повернулась: – Прости. Я знаю, что мы мучаем тебя, когда так говорим.

– Это не ваша вина.

– Но и не твоя. Они выбрали тебя, как выбирали прежде, им всё равно на людей, которые будут страдать от этого.

– Мам…

– Ты мой сын, и я могу говорить так, потому что Они отняли тебя у меня и…

Но Ульяна Де-Блу, со всем её величием, гордостью и силой духа, не смогла договорить. Вместо этого сглотнула, отвернулась, будто собиралась заплакать. Раст обнял её, хоть и сам хотел заплакать, но все его слезы давно иссохли, а большего он сделать не мог.