Чтение онлайн

"Тереза… Тери… Я люблю тебя…" — его голос звучит эхом в голове, нежно проносится рядом со мной и обволакивает, как теплый поток летнего воздуха. Запах настолько родной, тепло настолько близко, мой Дилан рядом со мной и он не даст мне сорваться.

— Он сказал, что они будут заниматься по предмету. У Мелинды проблемы с учебой. Низкая успеваемость, и это помешает поступить в колледж.

— То есть… — я с силой закрыла глаза и стала приходить в себя, — …вы хотите сказать, что не знали об истинной причине такой щедрости мистера Джонсона?

— Знал…

— И ваша жена знала?!

— Сара… Она сама предложила это Эрику. Они учились вместе в старших классах. Сара знала, что у него проблемы… Ну…

— С чем? Мистер О'Коннел, соберитесь и продолжите спокойно!

— У него…

— У кого?

— У мистера Джонсона ещё с ранних лет были проблемы с психикой. Его все считали извращенцем. Потом он уехал учиться в Гарвард, а по приезду выглядел иначе. Ну он…

— Что он?

— Он был импотентом, когда мы учились. Все парни в школе издевались над ним из-за этого, когда узнали.

— Хорошо. Но давайте вернёмся к сути! Ответьте на последний вопрос о том действительно ли ваша жена предложила интим с потерпевшей Мелиндой Эвери, как плату за погашение долга, и покупателем был мистер Джонсон?

— Да. Сара продала Эрику Джонсону девочку.

— Благодарю! — я нажала на стоп, и медленно убрала диктофон в карман, продолжив:

— Я тебя предупреждаю сразу, мразь!

Мужик стал пятиться, когда я поднялась. Он явно был напуган и понимал, что я в состоянии прямо сейчас свернуть ему шею.

— Если ты попробуешь изменить показания в суде, я вернусь… — Тревис упёрся спиной о косяк, за которым начиналась спальня хозяев, откуда несло дерьмом ещё сильнее.

— Не т-трогай меня! Я всё сказал! Я не виноват! — мне правда захотелось выблевать всё, что я не успела ещё съесть с утра, потому что это дыхнуло прямо мне в лицо.

— Кому ты нужен, дерьма кусок?! Сейчас я тебя отпущу, но если узнаю, что в суде ты стал опять врать, вернусь и от этого гадюшника и следа не останется. Поверь мне, дружочек. Я прошла Ирак, и мне уже ничего не страшно… — он дрожал, а я продолжала напирать, — Ты знаешь, ЧТО мусульмане делают с насильниками девочек? Нет?

— Я ее не трогал!!!

— Нет, но ты её продал, тварь! И даже если это не доказать, то там… тебе бы отрезали мошонку и положили прямо перед твоей рожей на тарелку. И ты бы жрал. Ты бы ел собственный член и яйца, тварь. А если бы не ел… Тебе бы и кишки выпустили, положив рядом. Уяснил?

— Что я должен сделать?

Эффект был достигнут, потому что на его очаровательных домашних портках образовалось весьма интересное пятно, а сам наркоман, толкающий дурь, оказался просто очередной тряпкой, которая посмела продать чужую жизнь.

— Иди в участок и дай признательные показания. Мы предоставим защиту, и Джонсон до тебя не доберется. Но твоя жена… Можешь забыть о том, что таковая была. Будешь с диваном трахаться. Одевайся! Я тебе такси до участка вызову.

Мои методы работы нельзя назвать нормальными. Меня изменила жизнь, которую я увидела, и смерть, которая обвенчала своей болью. Нет такого преступления, которое бы не совершили ради денег. Всегда на кону стояли именно они.

В этот день, я могла вздохнуть наконец, с облегчением. Потому что стояла у машины, и опираясь о капот, смотрела на то, как тварей, которые именовали себя родителями, выводили в наручниках из участка. Но самым приятным моментом стала картина того, как из здания школы, которая находилась через дорогу, выводили мистера Джонсона. Сын будущего сенатора? Мне плевать какие привилегии и сколько денег у таких тварей. А всё потому что я увидела этот взгляд.

Мелинда вышла из черного входа участка и повернула голову в сторону улицы, где в полицейскую машину сажали Эрика Джонсона. Девушка смотрела долго и таким взглядом, словно в этот день у нее праздник. На хрупком овальном личике играла вялая улыбка, а по щекам текли слезы.

Она плавно перевела взгляд и посмотрела в мои глаза, замерев. Глубокий омут карих глаз безошибочно понял кто я, потому девушка повернулась ко мне полностью, и проигнорировав слова психолога из сопровождения, пошла в мою сторону.

— Вы тот светлый ангел? Я видела вас в его доме во время задержания…

— Нет, ты меня с кем-то перепутала.

— На вас была маска, мисс. Но ваш цвет волос мне запомнился, как и взгляд. Вы пришли за мной тогда, — на девочке оказалась пошарпанная джинсовая курточка, и такие же джинсы, но свитер…

Мне хотелось, чтобы Мелинда не носила старых обносок матери, поэтому я обошла тачку и открыла багажник под её пристальным взглядом.

— Подойди сюда, — посмотрела на неё и кивнула, — Вот!

Протянула ей руку, в которой был зажат красный теплый свитер, который я обычно не носила, но когда куда-то ехала брала с собой, на случай если погода разгуляется. Он был новым, и мне хотелось, чтобы у девушки осталось что-то от меня.

Не знаю почему, однако это стало слишком необходимо, чтобы откинуть такое чувство. Словно внутри так и скребло не бросать её, а помочь.

— Спасибо… — глаза девушки загорелись, и Мелинда тут же выхватила свитер, прижавшись к нему лицом.

"Она разбита. В свои семнадцать эта девочка уже тяжело больной психически человек. Её жизнь… предрешена, а всё по вине больной твари, которая тоже была человеком, но на его болезнь все закрывали глаза, пока он не уничтожил чужую жизнь…"

— Тебе… — я невольно улыбнулась и ощутила, что даю волю чувствам, поэтому взяла себя тут же в руки, — Тебе нравится, Мелинда?

— Очень! Спасибо, ангел! — девушка бросилась мне в объятия и тихо прошептала, — Я знаю, что ты ангел. Как в том фильме про девушек, которые спасают мир. Чарли. Я буду называть тебя ангел Чарли.