Дистанция
Шрифт:
— Конечно, я оставлю это себе. И нет, Келлеру не нужно знать. Я не могу допустить, чтобы он бросил и нашего ребенка тоже. Я знаю, как это влияет позже плохо на ребенка.
— Хорошо. Что ж, у тебя обследование на следующей неделе. Надеюсь, скоро мы увидим маленькую фасольку на экране!
Ее волнение вызывает у меня улыбку. Думаю, это будут маленькие шаги к выздоровлению. Я просто не знаю, как мое сердце когда-нибудь исцелится от этого.
— Дэвид спросил, может ли он заскочить к тебе попозже. Это нормально?
Нет, не совсем, я не хочу никого видеть.
— Думаю, да, — выдавливаю я.
— Хорошо, я сейчас напишу ему. Тебе, наверное, было бы приятно, если бы рядом были твои друзья. Мы все хотим помочь тебе, Си.
Все, что я могу сделать, это кивнуть в ответ.
Несколько часов спустя появляется Дэвид, бросается к дивану и заключает меня в объятия.
— Я так рад тебя видеть. Я скучал по тебе, малышка. — говорит он, одаривая меня своей лучшей улыбкой.
— Я тоже по тебе скучала, — вру я. Я не могу ни по кому скучать. Я ничего не чувствую.
Он плюхается на диван между мной и Мэдди и обвивает меня рукой, притягивая к себе.
Точно так же, как раньше делал Келлер.
Этого слишком много, комната начинает вращаться, и весь воздух выкачивается из моих легких.
Я, блядь, больше не могу этого делать.
— Убирайся.
— Что? В чем дело, поговори со мной, детка.
Детка.
Я выпрыгиваю из его объятий, поднимаюсь на ноги, смотрю на него, и на его лице появляется боль. Этого одного слова достаточно, чтобы подтолкнуть меня к краю. Гнев пронзает меня, когда я слышу голос Келлера в своей голове.
— Я сказала, убирайся! — я кричу, падая на колени, пытаясь отдышаться.
— ТССС, Сиенна. Я держу тебя, — шепчет Мэдди.
— Я не могу этого сделать, Мэдди. Я не могу так жить.
Она провожает меня обратно в мою комнату и помогает лечь в постель, подоткнув одеяло и выключив свет.
— Просто отдохни немного. Я скоро зайду проведать тебя.
Это последнее, что я слышу, прежде чем мой разум отключается. Думаю, единственное, что меня исцелит, — это время.
ГЛАВА 32
СИЕННА
Месяц спустя.
Конечно, первый день моей новой работы должен быть в спортзале «Kings». Трагическая история моей жизни не могла бы сложиться иначе.
Натягиваю свои любимые спортивные леггинсы. Те, которые идеально облегают мою задницу, как говаривал Келлер, я надеваю в пару с укороченной черной толстовкой и собираю волосы в высокий хвост. Нанося на губы мерцающий блеск, я готова идти. Слава Богу, сегодня я чувствую себя лучше. Меня еще даже не вырвало.
Бабочки порхают у меня в животе в ожидании того, как пройдет сегодняшний день. Он будет там? Что я почувствую, когда увижу его? Миллион вопросов вертится у меня в голове.
Эти гормоны сводят меня с ума, клянусь.
Конечно, черт возьми, он там будет. Это во всех новостях: Келлер "Убийца" Руссо перенес свой объединительный бой. Таблоиды пестрят предположениями о том, почему он отказался от последнего боя, и насколько они были далеки от истины.
Я ловлю свое отражение в зеркале. Я выздоровела, учитывая, что прошло всего несколько недель.
Снаружи кажется, что ничего не изменилось. Я все та же Сиенна, только более худая и бледная. Хотя внутри все еще хуже. Я дерьмовое шоу. Это утомительно — скрывать свою боль от всех, кто меня окружает, кому не все равно, особенно от Мэдди и Дэвида. Я не могу вынести их сочувствия или их грустных улыбок, их хождения по яичной скорлупе вокруг меня. Поэтому я нацепляю свою лучшую фальшивую улыбку и продолжаю свой день. Я продолжаю. Я вырываюсь, но внутри чувствую себя мертвым.
Келлер вырвал мое сердце и забрал его с собой, даже не оглянувшись. Теперь я просто оцепенела. Я вернулась к своей обычной жизни. Я начинаю работу своей мечты. Я снова живу со своим лучшим другом, моим лучшим другом, который не что иное, как спасатель. Она снова оттащила меня от края пропасти. Без нее, я уверена, тьма поглотила бы меня.
Мысль о встрече с Келлером выводит меня из себя. Я оплакивала наши отношения и мысленно вычеркнула его из своей памяти. И все же я знаю, что в ту минуту, когда я увижу его, все вернется на круги своя.
Ему принадлежала и всегда будет принадлежать каждая клеточка моей души. Мне просто нужно принять тот факт, что наша история любви не была сказкой. Это был гребаный кошмар, но теперь я свободна. Я несчастна, но я в безопасности и я свободна. А сейчас мне нужно сосредоточиться на более важных вещах.
Когда я беру свой рюкзак со стойки, Мэдди разворачивается, одаривая меня одной из своих широких улыбок, и подбегает, чтобы заключить меня в объятия.
— Удачи тебе сегодня, Си. — шепчет она мне на ухо.
Положив руки мне на плечи, она откидывается назад, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Оставайся сильной. Ты пережила все это без него. Я так горжусь тобой. — Ее глаза блестят, когда она говорит.
Я слегка киваю ей. — Спасибо, Мэдди. Я бы не справилась без тебя.
Я быстро чмокаю ее в щеку и ухожу.
Энцо быстро наступает мне на хвост, когда я выхожу из здания. Я резко поворачиваю голову и хмурюсь — наше обычное взаимодействие на данном этапе.
Он не хочет нянчиться со мной так же сильно, как и я не хочу, чтобы со мной нянчились. Но никому из нас сейчас не хочется спорить с Лукой и Келлером, поэтому мы продолжаем. Он всегда такой джентльмен. Он открывает пассажирскую дверь и кивает, когда я проскальзываю внутрь, затем запрыгивает на водительское сиденье.
Я поворачиваю шею, чтобы посмотреть на него, и открываю рот, чтобы заговорить, но слова не приходят.
Его бровь приподнимается, когда он включает зажигание джипа.
— Я слышал, у тебя зуд, который нужно «почесать», Сиенна. — говорит он со своим сильным итальянским акцентом.
Не поймите меня неправильно, он полностью в моем вкусе. Высокий и мускулистый, с иссиня-черными волосами, взъерошенными в жесткой прическе на макушке. Как и у меня, у него пронзительные голубые глаза, но они идеально контрастируют с его оливковой кожей. Когда он расплывается в улыбке, обнажаются его белые зубы. В первый раз, когда я вижу, как мужчина улыбается, я думаю, ему следует делать это почаще.