Чтение онлайн

– Именно, – кивнул ворон и, встряхнувшись, добавил: – Мне пора. Я рассказал тебе всё, что сумел узнать. Теперь остаётся только ждать. Но не забывай о капище на болотах. Ищи, думай.

Ворон улетел. Проводив его взглядом, Лёха тяжело вздохнул и, повернувшись к замершим статуями оркам, устало спросил:

– Ну что, отдыхать будем или затылки морщить?

– Ты о чём? – отвлёкшись от своих мыслей, спросил Кержак.

– Да я про двери и твоих дуболомов. На фига было двери сносить? Как теперь тут ночевать?

– Я оставлю тебе охрану. А двери они в сторону уберут, – отмахнулся орк.

По приказу Кержака орки быстро оттащили выбитые створки в сторону, занавесили дверной проём сорванным со стены в коридоре гобеленом и исчезли, оставив парня размышлять.

Новости Лёху не радовали. В противостоянии с Проклятым возникло странное, шаткое равновесие. Что из этого получится, парень даже не пытался прогнозировать. Слишком плохо знал возможности противника. Да и то, что Даяну спрятали в каких-то катакомбах, непонятно каким образом появившихся в степи, не прибавляло оптимизма.

Слушая тихое поскрипывание кожи и позвякивание доспехов в коридоре, Лёха пытался придумать, как найти в болотах капище Проклятого. Уходить в долгое путешествие ему было нельзя. Но и сидеть сложа руки тоже было глупо. По всему выходило, что нужно идти на поклон к драконам. Впрочем, тот же Тсарган с удовольствием совершит пару рейдов к болотам, особенно если ему намекнуть, что рядом с капищем можно наткнуться на поселение хиссов. Вражда между этими двумя расами слишком сильна, чтобы дракон пропустил такое известие мимо ушей.

Но для начала нужно узнать об этих болотах всё, что только можно. Начиная от их расположения и заканчивая обитателями. Эльвар рассказывал, что там очень много ядовитых змей. Но, судя по некоторым отзывам, это не самое опасное, что там водится. Убедившись, что ничего толкового на ум не приходит, Лёха снова улёгся в кровать и неожиданно для себя моментально уснул.

Покачиваясь в седле, десятник Анкутан, мрачно вспоминал события минувшего месяца. Сначала приказ заблокировать урочище каменных троллей получила полная сотня егерей. Потом из столицы пришёл странный приказ, и полусотня была отправлена обратно на границу со степью. Ещё через несколько дней пришёл новый приказ, и три десятка вместе с боевым магом были отправлены на другой рубеж. А ещё через декаду начались неприятности. Чем всё это закончилось, десятник старался не вспоминать.

Из оставшихся у урочища двух десятков выжили только семеро. Все остальные не вынесли магического нападения прорвавшихся степняков. Да и жизнью своей эта семёрка была обязана не выданным из арсенала амулетам, а гнавшимся за степняками первородным. Полученные егерями амулеты слишком долго не заряжались и не сработали. Маг, которого изначально прикомандировали к их сотне, относился к своим обязанностям спустя рукава и, едва получив приказ об отзыве, умчался со стоянки, даже не подумав зарядить амулеты.

Окинув соратников задумчивым взглядом, Анкутан испустил долгий вздох и вернулся к своим воспоминаниям. Теперь, после всего случившегося, у опытного вояки складывалось стойкое убеждение, что их предали. Но кто? А главное – зачем? Неужели те, кто отдавал преступные приказы, не понимают, что добром это не кончится? Предателей никто не любит, а значит, чем бы ни закончилась эта война, их уничтожат. Так на что они надеются? На безбедную жизнь за пределами империи? Но границы страны ещё надо пересечь, а при ведении военных действий это не так просто.

Запутавшись в собственных мыслях и эмоциях, десятник тряхнул поводьями и привычным движением коснулся револьвера. Знакомое ощущение оружия на бедре немного успокоило. Окинув придорожные кусты быстрым взглядом и убедившись, что ничего опасного там нет, Анкутан вернулся к своим размышлениям. Все полученные сотником приказы поступили из столицы, но привёз их молодой незнакомый барон, представившийся гонцом из дворца. Во всяком случае, его форма соответствовала этому званию.

Как бы то ни было, но за потерю людей спросят именно с него. И опытный десятник отлично это понимал. Единственное его спасение заключалось в шести свидетелях и двух десятках первородных, которыми почему-то командовал молодой парень из людей. Зная отношение орков и гномов к роду человеческому, Анкутан отложил в своей памяти этот необычный факт. Парень был странным. Вроде и не маг, а заклятие, уничтожившее засаду, снял именно он. Маг из орков занимался только лечением. Именно этой команде выжившие и обязаны своим спасением.

Но, как ни крути, о такой необычной группе, преследовавшей степняков, десятник просто обязан был доложить своему высшему начальству – Тихому барону, командовавшему всей тайной стражей империи. Егеря, хоть и считались воинским подразделением, но подчинялись именно ему. В мирное время они являлись силовой поддержкой при арестах всяких заговорщиков и отлове контрабандистов и работорговцев, а в военную пору ими затыкали самые опасные дыры в обороне границ. Что ни говори, а по воинской выучке и умению драться егеря были на голову выше всех остальных войск, включая гвардию, куда принимали только дворян, с детства приученных к оружию.

Из-за поворота показалась городская стена, и десятник, в очередной раз вздохнув, мрачно покачал головой. Чем ближе были стены столицы, тем муторнее становилось у него на душе. Старый солдат отлично понимал, что его может ждать, и не питал иллюзий. Старый сослуживец, командир группы следопытов, единственный выживший из своих бойцов, подъехав поближе, тихо спросил:

– Что старина, тяжко?

– А сам как думаешь? – вяло огрызнулся Анкутан. – Всё, кончилась моя карьера. Гибели парней мне не простят.

– Погоди умирать. Тихий вроде не глупец и поймёт, что без мага мы ничего сделать не могли. К тому же у нас и свидетели есть, что степняки магию применили.

– Ты про первородных?

– Угу.

– Это верно, да только, боюсь, не поверят мне. Не бывало такого, чтобы человек первородными командовал.

– Много чего не бывало, да только это правда. Это все видели. Они нам и имена свои назвали. К тому же это мы вечно в какой-нибудь заднице сидим, новостей не знаем, а тут, в столице, про такого человека наверняка уже известно.

– Ну, может, ты и прав. Тем более парень сам сказал, что при докладе я могу на него ссылаться. Мол, его имя во дворце известно, – задумчиво кивнул десятник.

Кавалькада добралась до границы дворцового комплекса, и Анкутан, представившись дежурным бойцам, с удивлением отметил, что охрану дворца несут не гвардейцы, а егеря из соседней сотни. Оставив коней в гостевой конюшне, бойцы молча последовали за слугой, специально присланным за ними. Обойдя дворец сбоку, слуга провёл их подсобными коридорами в дальнее крыло и, осторожно постучавшись в дверь, проскользнул в какую-то комнату, сделав егерям знак подождать. Удивлённо переглянувшись, егеря всё так же молча расселись на стоявшие у стен стулья и приготовились к долгому ожиданию.