Чтение онлайн

Да там еще и РПГ! Точно!

Майор на ходу достал из кармана мобилу, ткнул быстрый номер.

– Дежурного!..

– Минутку.

Бардак, блин! Дежурный должен сразу брать трубку.

В этот момент майор просто потерял контроль над ситуацией. Он не мог одновременно обращать внимание на телефон и на то, что творится в лесопарке. Вдобавок перед ним вывернулась какая-то компашка. Как назло, все во флектарне, с шарфами киевского «Динамо». Болелы!

Один из них лениво посмотрел на трех мужиков, идущих незнамо куда. Потом его взгляд сфокусировался. Он осознал, кого именно видит перед собой.

– Менты! – выкрикнул этот тип.

Уж болелы-то умели определять ментов с первого взгляда. Ненависть к стражам порядка была у них в крови…

Для тех, кто здесь собрался, крик «менты!» был подобен крови, капнувшей в лагуну, полную акул.

Печник, шедший последним, повернулся и бросился бежать. У него, кстати, был шанс. Он как раз находился напротив дома и мог бы нырнуть в подъезд, во двор. Короче, у капитана имелись две-три секунды на то, чтобы сориентироваться и мгновенно исчезнуть из поля зрения.

Ты работаешь в таком городе, как Киев. На дворе март две тысячи шестнадцатого года. Это значит, что, даже просто идя по улице, ты должен в любой момент знать, куда метнешься, если все пойдет плохо. Подъезд, проходной двор, торговый центр, магазин, подземный переход, маршрутка, стоянка такси. У тебя в голове всегда должен быть план действий на тот случай, если все пойдет кувырком. Но они не были спецами, и ничего подобного у них не имелось.

А человек, бегущий по улице, всегда привлекает нежелательное внимание.

От микроавтобуса рванулись трое. Еще один метнулся через дорогу, но неудачно, глупо. Он напоролся на машину, стоящую в пробке, и потерял темп. Водила возмущенно загудел.

Наперерез уже бежали. Сам майор знал, что с ним может случиться, если он попадет в руки правосеков. Письменник выронил телефон и полез за пистолетом. Но обращаться с оружием он толком не умел. Весь его опыт ограничивался несколькими посещениями ведомственного тира.

На него налетели, навалились. Кто-то ударил по голове. Несколько человек против одного, тут уж без вариантов. В месиве из снега и грязи сиротливо тонул телефон, подавал сигнал SOS горящим экранчиком.

Может, он сгинул бы навеки, но один из болел выхватил его, поднес к уху и услышал:

– Дежурный, полковник Грабко. Представьтесь…

– Точняк менты! – проорал он по-русски.

Болелы начали куражиться. В кои-то веки им наконец-то довелось оторваться на менте за весь омоновский дубинал. Но со стороны лесопарковой зоны уже бежали ребята покруче. У одного из них был короткоствольный автомат.

– Майор Письменник Борис Дмитриевич.

Коротко стриженный, какого-то скупого вида человек лет сорока держал в руках удостоверения ментов, основательно помятых, но не избитых до полусмерти. Они стояли на коленях, окруженные отборными боевиками, буквально сочащимися тестостероном. У всех на рукавах желтые повязки, на них – «волчий крюк».

Знак СС.

– Капитан Печник Игорь Иванович. Капитан Малюк Никита Игоревич.

Исследование документов пленных ментов закончилось.

– Мобилы их где?

Один из боевиков похлопал по мешку, висящему у него на поясе. Эта штука именовалась сбросником и использовалась как часть экипировки стрелка, для быстрого удаления пустых магазинов. Но в него можно и складывать все то ценное, что под руку попалось, чтобы потом переложить в рюкзак.

– Здесь. Отрубили, СИМ-карты вынули.

Человек кивнул. Мол, все правильно. Майор понял, что этот фрукт тут главный и все прочие слушаются его беспрекословно. Обычный мужик лет сорока, выше среднего роста, темные волосы, скупые, ничем не примечательные черты лица. Чем-то похож на уголовника, но не на громилу, а на вора, опытного и опасного. Может, таковым он и был. Ведь из-за больших потерь в АТО в карательные батальоны вербовались теперь прямо в зонах. Одет он был так же, как и все остальные, во флектарн без знаков различия, на поясе – пистолет. Скорее всего, не травматический.

– Откуда?..

– Шевченковский РОВД, – выдал майор легенду, придуманную на ходу. – Нас послали проверить сигнал.

– Майора послали проверить сигнал? Ножками? – издевательски спросил мужик.

Опытный, гад.

– Давайте их прямо тут и закопаем! – крикнул кто-то.

Дядечка коротко глянул на него, и тот вмиг заткнулся.

– Ну что ж, нам тут скрывать нечего. Хотели посмотреть – сейчас все увидите.

Через несколько минут толпа, скопившаяся перед российским посольством, встретила их свистом, улюлюканьем, криками. Майора и двух капитанов вели через живой коридор. Они буквально физически ощущали ту ненависть, которую испытывал народ к тем, кто должен был его охранять.

Если бы не охрана из боевиков-неонацистов, то их прямо тут втоптали бы в асфальт, разорвали бы на куски, отомстили бы этим троим за весь тот беспредел, явный и мнимый, который творила милиция по отношению к народу. Да и не только она, но и вся власть, от имени которой с народом чаще всего контактирует милиция, и не при самых лучших жизненных обстоятельствах.

Офицеров провели через живой коридор и приковали их же наручниками к решетке рядом со входом в захваченное посольство. Потом сделали из картонных коробок и веревок плакаты, написали на них «Мусор» и повесили на шеи. Точно так же как в средневековой Европе писали «Вор» и выставляли человека к позорному столбу. Тут это почетное место заняли стражи порядка.

Потом появились корреспонденты, кажется, с Общественного телевидения. Вскоре все уже потеряли особый интерес к пленникам. Они стали частью антуража, декорациями спектакля, пережили первый, критически важный час. Теперь шансы заложников выжить намного выросли.

Тут-то к ним и подошла какая-то весьма решительно настроенная старуха.

– Креста на вас нет! Везде милиция с народом, а вы… тьфу! – сказала она и плюнула майору Письменнику в лицо.

Антон Иванович Герчук был депутатом ВРУ, то есть Верховной рады Украины. Да, врать он любил, делал это помногу и с удовольствием.

Сейчас народный избранник сильно возмущался тем, что его дернули из теплого кабинета в промозглую сырость. В кабинете хорошо, документы на столе, телефон звонит, печка автономная работает, Леночка чай-кофе приносит, посетителей ненужных отбивает. Дай знак, она и себя принесет, на стол положит. В приемной охранники тусуются, рыбки в аквариуме плавают. А тут на тебе, подрывайся и езжай. Но делать нечего.

Антон Иванович прошел в Верховную раду от пропрезидентского блока, поэтому имел кое-какие обязательства. Если позвонили с Банковой, то собирайся и езжай. И никого не волнует, чем ты сейчас занят.