Чтение онлайн

Разложив на столе тетрадки, мы стали рисовать схемы и обсуждать организацию взаимодействия пунктов радиоразведки и пунктов пеленгации. За разговором, время летело незаметно. Уже был выпит чай, когда глянув на часы, я обнаружил, что до начала совещания остается пять минут. Быстро собравшись, мы бегом рванули к штабу. Перед штабом мы остановились, немного отдышались и уже не спеша вошли в сарай и уселись на лавочку, рядом с Котовым, который выразительно посмотрел на часы. Сказать он ничего не успел, так как поднявшийся начальник штаба Васильев, скомандовал:

— Товарищи офицеры!

Все поднялись, а Васильев, повернувшись к Абросимову, доложил:

— Товарищ подполковник! Офицеры и прапорщики дивизиона собраны для проведения совещания. Отсутствующих нет. Начальник штаба дивизиона, майор Васильев.

— Вольно! Садитесь товарищи. Начнем совещание.

Все чувствовали, что это будет не обычное совещание. Хотя мысли о нашей дальнейшей судьбе постоянно крутились в голове, отсутствие полной информации мешало делать окончательные выводы. Мы, как младшие офицеры, многого не знали, поскольку каждый занимался своим делом.

Командование дивизиона наверняка знало больше нас, и я с интересом ждал новой информации. Абросимов начал говорить, все затихли, внимательно его слушая.

— Товарищи, как вы уже сами поняли, произошло невероятное, ничем не объяснимое событие. Мы оказались в 1941 году, попав как раз к началу войны. Это подтверждает окружающая обстановка и местные товарищи, командиры Красной армии, капитан Короткевич и старший лейтенант Горовец.

Короткевич и Горовец встали, представляясь. Я заметил, что Короткевич выглядит несколько растерянно, зато Горовец сиял как новый пятак. Еще бы, он оказался прав, ну или почти прав. В принципе, сами мы провалились во времени, или нас послали, особой роли не играло. У меня появилась мысль, что предложенную Горовцом версию, об отправке нас сюда руководством партии, можно использовать как рабочую легенду.

А что, вполне себе нормально. Партия и правительство послали нас на помощь нашим предкам. Наша задача доставить образцы новейшей техники и вооружения. Технология перемещения еще не до конца отработана. Как бывает, произошел небольшой сбой, и мы вывалились не совсем там, где надо, по времени и месту.

— Наше совещание – продолжал Абросимов, — будет проходить не совсем обычно. В старые времена, наши предки, ходившие на парусных кораблях, в случае возникновения сложных ситуаций обсуждали положение подобным образом. Суть заключается в том, что первыми свои варианты решения возникших проблем, высказывают офицеры, самые младшие по званию, что бы мнение старших офицеров не довлело над ними. Но есть одно отличие. На корабле, все находятся на ограниченном пространстве, и поэтому хорошо знают суть проблемы. Многие же наши младшие офицеры выполняли свои задачи в отрыве от основных сил дивизиона, и не имеют полной информации. Поэтому сейчас, начальник штаба доведет до вас общую обстановку в районе действия нашего дивизиона.

Поднявшись со своего места, Васильев начал доклад.

— В общем, не вдаваясь в подробности, вырисовывается следующая картина. Владимир-Волынский укрепрайон и части 87-й стрелковой дивизии, здорово потрепали наступающие на них немецкую 44-ю пехотную и 14-ю танковую дивизии. И сейчас сковывают их продвижение к Луцку, ведя бои с немцами в условиях полного окружения. Части 229-й пехотной и 13-й танковой дивизии, выдвинутые немцами в сторону Луцка, вероятно и попали в засаду нашего дивизиона.

Все это позволило нашим войскам закрепиться, и удерживать оборону в районе Луцка. Хуже обстоят дела южнее. 168-я и 75-я дивизии немцев окружили части нашей 124-й стрелковой дивизии. Найдя слабое место в нашей обороне, немцы ввели в прорыв 111-ю пехотную дивизию и развивают наступление в направлении Дубно. В настоящий момент уже захвачены Горохов и Берестечко. К вечеру сегодняшнего дня вероятен выход немцев к Дубно, что создает серьезную угрозу удара в южный фланг и последующего окружения наших войск в районе Луцка.

Дивизион оказался в сложном положении, но мы считаем, что нашей основной задачей является передача командованию Красной Армии вооружения и техники дивизиона, и исключение возможности попадания ее в руки немцев. В настоящий момент, с учетом обнаруженных боеприпасов и топлива, мы имеем по три БК на орудие и по две заправки на единицу техники. Весь личный состав вооружен стрелковым оружием этого времени, боеприпасов к которому пока в достатке. Хорошей новостью стало обнаружение на складе тяжелого стрелкового вооружения, патронов к ПТР, калибром 14,5 мм, которые подходят к нашим КПВТ, жаль только, что этих патронов не так много.

Потерь личного состава в дивизионе нет, имеются пятеро легко раненых. Кроме того, из освобожденных военнопленных сформирован батальон, в количестве пятьсот сорока человек, командовать которым назначен капитан Короткевич, а из собранных отступающих, сводный отряд численностью двухсот семидесяти человек, с батареей семидесятишестимиллиметровых пушек, командовать которым назначен капитан Котов. К сожалению, не удалось найти боеприпасов к "Шилкам", поэтому зенитные установки будут вести огонь в крайнем случае и в экономичном режиме, короткими очередями.

Слушая Васильева, я подумал, что как ни жаль, но найденные склады придется бросить, а я ведь даже не знаю, что там находится! Наш склад и то я осмотрел очень бегло. Поэтому, когда Васильев закончил доклад и спросил, есть ли вопросы, я поднял руку и спросил.

— А можно узнать подробнее, что находится на других складах, ведь кроме патронов к КПВТ, там наверняка есть масса интересных и полезных вещей.

— Кроме обнаруженного вами склада, найдены еще три. Вещевой, ГСМ и тяжелого стрелкового вооружения, который, как я понял, вас больше всего и интересует.

Порывшись в своих бумагах, Васильев достал листок, и стал зачитывать.

— Имеется тридцать крупнокалиберных пулеметов ДШК на универсальных станках Колесникова, сорок пять станковых пулеметов ДС-39 и пятьдесят пулеметов "Максим". Боеприпасы, калибра 12,7 мм, около ста тысяч патронов и калибра 7,62, почти полмиллиона патронов. Есть тридцать однозарядных противотанковых ружей, типа ПТРД, калибра 14.5мм, и шесть тысяч патронов к ним. Кроме того, имеются шестьдесят штук 50-мм минометов и такое же количество 82-мм минометов. Мин, по три тысячи, каждого калибра. Вот такое богатство. Еще вопросы есть?

У меня, да видно и у других, вопросов больше не было.

— Раз вопросов больше нет, начнем обсуждение ситуации и послушаем, что нам скажет командир хозяйственного взвода, прапорщик Мисюра, приготовиться лейтенанту Гелевере.

Вот досада! Я упустил из виду, что из младших офицеров, иду первый по алфавиту. Так что, пока Мисюра будет говорить, мне нужно привести в порядок свои мысли и набросать хотя бы примерный план своего выступления, а ведь так хотелось внимательно послушать, что скажет наш "зам по тылу".