Чтение онлайн

…За жизнь М., командира «Эгоза», вели отчаянную борьбу врачи. Часть времени он был под наркозом и на искусственной вентиляции легких, прошел серию сложных операций.

— Это — медицинское чудо, — сказали его семье врачи, когда он пришел в себя.

М. не остался дома, чтобы пройти весь процесс реабилитации, — он решил вернуться к своей командирской должности.

«Команда Зисера», названная в честь его командира Илая Зисера, была первой, которая появилась в Кфар-Аза. В кибуце горели дома, уже были убитые и похищенные, вокруг бесчинствовали террористы. Им противостояли девять спецназовцев.

Илай Зисер и его бойцы геройски вступили в ближний бой. Террористы стреляли из окон домов и с крыш. Перед боем Илай сказал своим бойцам:

— Это будет тяжело, но мы должны спасти людей.

Это напутствие было его последними словами. Он возглавил атаку и погиб. Вместе с ним пали майор Таль Коэн, капитан Адар Кама и капитан Амир Цур.

Томер, жена Илая, оперативный офицер-резервист, была призвана в то же утро. У нее было тяжелое предчувствие — она знала, что ее муж сражается в самом опасном месте. Она попросила своего комбата отпустить ее домой пораньше. Вернулась — и вскоре услышала стук в дверь…

В их доме есть свадебная фотография. На ней Илай сидит на плечах своего друга, капитана Адара Кама. Они вместе погибли, как герои, в том бою…

Майор-резервист Ицхар Хофман был ротным командиром в спецназе «Шальдаг». 7 октября он и его бойцы были отправлены в кибуц Беэри.

Ицхар повел в атаку своих бойцов. Им удалось прорваться к домам и сообщить кибуцникам: «ЦАХАЛ пришел».

Впоследствии он рассказывал, как опасались люди в «мамадах», как расспрашивали их, чтобы поверить, что это в самом деле «свои». И какими счастливыми были объятия спасенных и спасителей.

Ицхар Хофман стал легендой кибуца.

В конце октября он приехал в гостиницу на Мертвом море встретиться с проживающими там кибуцниками. Его принимали с восторгом и со слезами. Но майор попросил у них прощения за то, что он и его друзья не сумели спасти всех. Кибуцнице Пэрах он сказал:

— Мы искали вас несколько часов, мне жаль, что не смогли попасть к вам раньше. Мы делали все, что могли, но я прошу извинить нас.

Когда начались наземные бои в Газе, он был ранен, но через несколько дней снова вернулся в бой.

Майор Ицхар Хофман пал в бою на севере сектора Газа. Его друг, Амит Сэгаль, расплакался в эфире, когда говорил о нем.

Суббота 7 октября должна была стать последним днем службы майора Роя Чапелла, двадцатипятилетнего командира спецназа «Орев». Назавтра он должен был выйти на гражданку и исполнить свою мечту — отправиться в путешествие в Австралию. В то утро он выехал в патрульный рейд на бронированном джипе с двумя своими сослуживцами — Рони Изиагуевым и Томером Мизрахи. По дороге они увидели проломы в пограничном заборе. Грохот ракетного обстрела стал слышен еще до воя сирены.

Рота «Орев» в тот день была в уменьшенном составе. Большую часть спецназа перебросили в Иудею и Самарию еще за два дня до событий. В армии опасались вспышек насилия на территориях.

Рой стал одним из первых, кто увидел бреши в заборе, и тут же сообщил об этом РАВШАЦам тех кибуцев, что были в зоне его ответственности: Суфа, Нир Ицхак и Холит. Вовремя полученная информация многим спасла жизни.

Майор и его соратники стали первыми, кто начал сражаться с террористами, направлявшимися к заставе Суфа и соседнему с ней кибуцу. Он принял решение ехать на помощь заставе, которую обороняли спецназовцы НАХАЛа. По дороге он получил сообщение от наблюдательниц: «Экраны видеокамер погасли, система «вижу-стреляю» отключилась». Он велел им срочно бежать в укрытия. У входа на заставу уже были десятки боевиков, примчавшихся на пикапах. Спецназовцы вступили в бой, задержав тем самым их прорыв внутрь баз.

Рой выпустил снаряд из РПГ в пикап, полный террористов, машина взлетела на воздух вместе с теми, кто в ней был. Уцелевшие бандиты бежали в панике, но вскоре вернулись с подкреплением и открыли огонь из РПГ по Рою и его бойцам. Рой погиб на месте. Томер Мизрахи, связной, бросился ему на помощь и тоже погиб. Последним остался Рони Изиагуев — раненый в ногу, он остановил хлещущую кровь жгутом. На заставе Суфа, частично захваченной ХАМАСом, уцелевшие солдаты заперлись в бетонированной столовой. Их освободили силы морского десанта. Рони Изиагуев был вывезен через восемь часов вертолетом в больницу Хадаса, где врачи вынуждены были ампутировать ему голень.

Рой считался одним из лучших ротных командиров в бригаде НАХАЛ. Его настойчиво уговаривали остаться в армии и делать военную карьеру, но он мечтал о гражданской жизни.

Подразделение морских десантников вызвали в кибуц Беэри 7 октября. Бойцы под огнем прорывались от дома к дому, укладывая террористов и спасая кибуцников. Офек, единственный парамедик, переходил от одного раненого к другому под огнем боевиков, стрелявших с крыш.

Он подбежал к раненому, чтобы остановить кровотечение. Защитил его своим телом и погиб.

Около сотни боевиков Нухбы атаковали в субботу в 7.00 утра кибуц Нахаль-Оз и соседнюю заставу, на которой были бойцы Голани и десятки наблюдательниц. В кибуце террористов встретили члены отряда самообороны во главе с РАВШАЦем Иланом Фиорентино.

Илан один из первых пал в бою, но героическим своим сопротивлением выиграл драгоценное время, позволившее жителям спрятаться в убежища.

— Когда мы укрылись, Илан вышел к ним из дома, — рассказал Амир Тибон, член кибуца.

За мгновение перед смертью Илан успел позвонить своему заместителю Нисану де-Кало и велел взять бронированную машину. Нисан вместе с еще одним членом отряда самообороны, Иланом Меировичем, воевали на этой машине и во многом предупредили ужасную резню в Нахаль-Оз. На их счастье, группа пограничников была дислоцирована в кибуце за несколько дней до нападения из опасения беспорядков у пограничного забора. 11 бойцов, задержавшие террористов и спасшие десятки семей до того, как пришла армия.

Одними из первых прибыли на помощь кибуцу спецназовцы «Маглан» во главе с Хеном Бухрисом, замкомандира подразделения. При въезде в кибуц они попали в засаду. Капитан Ифтах Явец, штабной офицер подразделения, погиб на месте. Хен Бухрис был тяжело ранен. Парамедик спецназа, Офек Розенталь, рванулся ему на помощь и был убит автоматной очередью. Не выжил и Бухрис — его рана оказалась смертельной. В бою погиб капитан Амит Гуэта.

Родителям Ифтаха Явеца передали письмо, найденное в его личных вещах. Он написал его перед началом операций в Иудее и Самарии: «Еще немного, и я выйду на последний инструктаж. Я ясно осознаю, что мы идем на операцию, из которой не все вернутся… Я пытаюсь представить себе часы боя. Быть во главе его, быть первым там, где труднее всего. Это именно так, как вы воспитывали меня. Мысли немного разбегаются: почему мы, почему сейчас, но вдруг ответ становится очень ясен. Воевать за страну, вести это подразделение — это не высший героизм. Это — норма. И если бы я должен был лепить свою жизнь заново, то не изменил бы ничего. Люблю вас».