Чтение онлайн

Кроме того, Жанна вместе со своим русским другом Евгением вынашивала планы возможной мести всем солдатам. Никто не собирался забывать происшедшее. Тем более трое из их товарищей получили серьезные увечья, а уж дыма и тумаков накушались абсолютно все.

Жанна не могла забыть, как она бежала, бежала, хватая ртом воздух и надеясь не вырубиться, но, к ее собственному позору, все-таки сознание от дымов химиков помутилось, и она выключилась на виду у своих подчиненных, встретив на пути дерево.

Это очень вредно - показывать собственное бессилие. Необходимо предпринять нечто необычное и в то же время дерзкое. Больше всего она мечтала о том, чтобы во время учений именно с солдатами случился какой-нибудь конфуз, который бы опозорил всех вояк, строевых дубов, не дающих цивилизации жить спокойно.

Комбат сидел вечером с женой и пялился в телевизор. Шли новости. На Дальнем Востоке разбился вертолет. В Сибири очередное наводнение, потому что реки выходят из берегов и затапливают поселки. На Юге России полчища саранчи надвигаются из казахстанских степей. А в Самаре непонятным образом исчез целый зверинец. Вот толстая морда директора передвижного зоопарка пытается поделиться горем с телезрителями. После того как в программе новостей было рассказано обо всем отвратительном и отрицательном, что случилось сегодня за сутки, дикторша пожелала зрителям всего доброго, после чего началась реклама, а рука Стойлохрякова непроизвольно легла на женину грудь. В честь праздника.

Валетов сидел на крыльце медсанчасти и покуривал. А вокруг него стояли пятеро сослуживцев, пытавшихся разузнать подробности сожительства Валетова и некоей девушки. Солдаты точно не знали, живет ли Фрол во время службы с женщиной, но слишком уж была велика интрига, и молчать никто не мог.

–  Фрол, ну какая она? Большая или маленькая?

Валетов отмалчивался. Он не говорил про Глашку ничего. Той оставалось пробыть в санчасти всего-навсего один день, и после она согласно распоряжению Стойлохрякова должна вернуться в тот город, из которого приехала, а именно - в Москву, к обеспеченным и порядочным родителям.

Валетов вертелся, словно уж под вилами, но так толком ни на один из прозвучавших вопросов по поводу девушки не ответил. Но и не отрицал того факта, что кто-то там в лазарете провел пару ночей вместе с ним.

К великой радости Фрола, появился Резинкин, одетый в новенький камуфляж.

–  А где цветы?
– не понял Фрол.
– Я же больной. Ты ко мне навещать пришел или просто так, сигаретку стрельнуть?

–  Собирайся, - Витек как-то хитро улыбался, что не могло нравиться Фролу, чующему за версту всякую гадость.

–  Куда это?
– запротестовал мелкий.
– Мне тут еще три дня лежать.

–  Кто тебе сказал, сынулька?
– продолжал улыбаться Резинкин. Обняв Фрола за плечи, он поднял его на ноги, сам вытащил изо рта сигарету и аккуратно выбросил ее в урну.
– Комбат приказал доставить тебя в лагерь через полчаса. Я на машине.

–  А я в пижаме. Ты видишь?
– Валетов обвел себя руками сверху вниз.
– Куда я в таком виде?

–  Сейчас получишь у медсестры форму, переоденешься и галопом, галопом… Тыдык-тыдык, тыдык-тыдык.

Фрол поглядел на лыбящихся солдат, расспрашивавших его минутой ранее о Глаше и о спокойной жизни. Ни одно из лиц не сочувствовало ему. Наоборот, скорее, все злорадствовали по поводу быстрого возвращения Валетова в строй и прекращения его кайфообразного образа жизни по соседству с ежедневно напрягающимся в выполнении различных задач под отцами-командирами батальонов.

Фрол вошел в лазарет с забранными со склада вещами. Глаша, увидев, что он одевается, кинулась к нему:

–  Ты куда?

–  Служба продолжается, - бурчал Фрол, натягивая на себя штаны.
– Все, я ухожу. Меня вызывают…

Он говорил так, будто занимал важный пост в армии и без него ни одна мало-мальски существенная задача разрешиться не может.

–  Ну как же, я же рассчитывала еще два денька здесь побыть.

–  Тебя отправят обратно в Москву. Если нет денег… дадут. Все закончилось.

Глашка встала с кровати, подошла к нему. Глаза ее были влажными.

–  Слушай, ну так нельзя.

–  Я сам привыкнуть никак не могу, - признался Валетов.
– В армии никто никогда не говорит тебе, куда ты должен пойти и зачем. Тебя берут, словно вещь, и переставляют с места на место, не спрашивая о том, согласен ты или нет.

Фрол вместе с Резинкиным, как и было им предписано, через тридцать минут стояли перед старшим лейтенантом Бекетовым. Фрол, недовольный тем, что его турпоездку прервали, понуро ковырял носком сапога дерн, в то время как командир разведвзвода вталкивал новую задачу. Необходимо, мол, пользуясь картой и компасом, пробежать ни много ни мало двадцать пять километров и через каждые два с половиной километра обнаружить контрольный пункт, забрать сувенир - ручку со своим флажком - и бежать дальше. Спортивное ориентирование - ни больше ни меньше.

–  Но на это у нас Простаков есть, - нашелся Валетов, и в глазах его засветился огонек.

–  Нет, нет, - коверкая слово «нет», подошел англичанин Стив Ватерспун и посмотрел, улыбаясь, на Валетова.
– Мистер Простаков отдыхает. Мистер Валетов бегает.

Бекетов тут же добавил:

–  Лейтенант Ватерспун прав, на данное соревнование идет альтернативный отбор. Французы, англичане и немцы, посовещавшись, выбрали именно тебя в качестве кандидата на соревнование. Ну, естественно, мы тоже в коалиции решали, кого бы назначить из англичан, французов и немцев. Вон стоят трое.

Фрол поглядел на его ровесников, и ему стало плохо: все высокие, поджарые, ну явно же, сюда отбирали не каждого, чтоб свою страну представлять. А он чего, он переводчиком записался, он вообще не должен физические упражнения никакие выполнять и уж тем более так много бегать. Еще и автомат дадут. Странную такую тяжелую железку.

Совсем уж погрустнел Валетов, когда на него повязывали номер с цифрой четыре во всю грудь.

–  Оружия никакого не будет, побежите налегке, только карты и компас. И не забывай на каждом КП срывать ручку со своим флажком.

Валетов заскулил:

–  Товарищ старший лейтенант, я не выдержу… да я никогда столько не бегал… Я не смогу… я подведу… Найдите кого-нибудь другого…

–  Не спорь, Валетов.
– Похлопывал лейтенант Фрола по спине.
– Соберись с силами. Ты ведь несколько дней в санчасти провалялся, пока мы тут отрабатывали.

Фрол заметил вдалеке здоровую фигуру Простакова, который на пальцах общался с таким же, под стать ему, здоровым немцем. Чего-то они там вроде бы как выменивали. Вот где сноровка Валетова пригодилась бы! Он бы обязательно договорился так, чтобы не остаться в проигрыше.