Чтение онлайн

– «Алехандро Санчес», – прочел он чуть дрогнувшим голосом.

– Здесь есть еще что-нибудь, кроме имени?

– Да. Тут написано «лекарь».

Джейни переместилась к соседней могиле.

– Это его жена?

Алекс присел рядом и прочел по слогам:

– «Фи-ло-ме-на». Да, видимо, это ее могила.

Джейни склонила голову, как бы в молитве. Алекс положил руку ей на плечо и не столько услышал, сколько почувствовал, что она плачет.

Потом она начала подниматься, с некоторым трудом; Алекс быстро вскочил и помог ей.

– Спасибо. Колени у меня уже не те.

– Ты знаешь, что можешь заменить их в любой момент, как пожелаешь.

– Знаю. Но это означало бы, что я старая, а я продолжаю твердить себе, что нет.

– Иногда это помогает, однако чаще нет.

Джейни опустила взгляд на могилы и снова посмотрела на сына.

– Хотелось бы знать, как она выглядела.

– Зачем?

– Ну, я знаю, как выглядел он, знаю, как выглядит твоя жена, так что…

– Вероятнее всего, Сара совсем на нее не похожа. И уж моя Кэт точно не похожа на свой оригинал.

– Откуда тебе знать?

– По правде говоря, меня это совсем не занимает.

– Я просто любопытная, вот и все.

– Как и он, – с улыбкой сказал Алекс. – Из-за чего имел очень много неприятностей.

Из Нанта в Авиньон они ехали в поезде на воздушной подушке; плавное движение состава успокаивало и расслабляло.

– Я рада, что мы сумели выбраться, – сказала Джейни. – Знаю, тебе пришлось выкраивать время, но это правильно.

– Пару недель «МедГлоб» может обойтись и без меня. По-моему, в конце концов я научился передоверять другим часть работы. Больше мне не кажется, что необходимо за всем надзирать лично. Там есть прекрасные работники, которые присмотрят за делами в мое отсутствие.

– Хорошо. Невозможно все делать самому. Когда ты только начинал, твоя одержимость вызывала у меня беспокойство. Мне никогда не приходилось видеть человека, который так горел бы на работе.

– Тогда отдельные ячейки «Коалиции» все еще продолжали существовать. Я должен был спасать мир, мама. – Алекс засмеялся и нежно сжал ее руку. – Это у меня в крови, помнишь? В самых разных смыслах.

– Как я могу забыть?

Глядя в окно на проносящийся мимо пейзаж, Джейни вспоминала, как Алекс шаг за шагом продвигался по пути своего прототипа. Нынешний мир стал гораздо безопаснее, потому что люди, воплощающие в жизнь его идею – конкретно «МедГлоб», – отслеживали все всплывающие микробы и безжалостно преследовали тех, кто разрабатывал какую-либо пакость.

– Ты скучаешь по Ги и Кэт? – спросила она.

– О, да. Однако у Сары все под контролем. Они, скорее всего, не скучают по мне.

Донесшийся из громкоговорителя синтезированный голос сделал объявление на нескольких языках:

– Следующая остановка Монпелье.

Как будто вырванное из сердца древнего города, чопорное здание с подчеркнуто острыми углами, в котором размещалась университетская библиотека, выглядело нелепо. Мать и сын по очереди приложили ладони к считывающему устройству; ворота открылись.

– «Хирургия» Ги де Шальяка, – сказал Алекс библиотекарше.

– Наверху, – ответила женщина.

Они поднялись на эскалаторе на второй этаж и, следуя указателям, нашли отдел исторических рукописей. Мягкий свет падал на витрину, в которой была выставлена интересующая их рукопись. Табличка под ней сообщала, что это копия, обнаруженная в Нанте, в пятнадцатом столетии. Некоторое время они стояли перед витриной, просто читая название манускрипта.

– Хотелось бы мне прикоснуться к ней, – сказал Алекс.

– Ты это уже делал, – ответила Джейни.

– Нет, мама, это был он, – сказал ее сын с широкой улыбкой, и Джейни подхватила в унисон:

– Это был он.

– Все в точности, как он описывал. Я рад, что мы не смотрели никаких фотографий, прежде чем пришли сюда.

– Смотри, он белый.

– Так у него и сказано.

Он поднял взгляд и пальцем пересчитал башни. После папского дворца они прошли по узким улочкам с маленькими домами, где когда-то размещалось еврейское гетто.

– Бог мой, эти люди, похоже, были настоящими карликами, – заметил Алекс, стоя перед средневековым храмом.

Он прижал руку к символу святости на дверной раме и, наклонившись под притолокой, вошел внутрь. Перед возвышением, на котором стоял маленький аналой, тянулись ряды сидений. В небольшой комнате было тихо, спокойно; свет проникал через узкое окно над дверью. Пол был посыпан песком, и, глянув на свои ноги, Алекс спросил себя, какие ботинки были у человека, семьсот лет назад переступившего через этот порог.

Изучив карту Парижа, Джейни нашла нужное место.

– Площадь Пенлеве. Это здесь.

Особняк де Шальяка находился на расстоянии всего нескольких домов от музея де Клюни.

В камень внешней стены над воротами была врезана маленькая табличка.

– Музей де Шальяка, – прочел Алекс.

Вход во внутренний двор преграждали железные ворота, которые оказались заперты. Джейни позвонила в колокольчик; они подождали несколько минут, но никто не вышел.

Они обогнули двор и вышли на соседнюю улицу, совсем узкую, как большинство улиц в древних кварталах Парижа.

Поперек нее торчали металлические столбы, преграждающие въезд машинам. Джейни взяла сына за руку, повела его по улице и развернула таким образом, что прямо над ними оказалось слуховое окно.

– Наверно, на этом самом месте стояли Кэт и Гильом Каль. Он писал, что выглядывал из комнаты со слуховым окном. Это единственное, которое выходит на улицу.

«„Чаннел“ [17] или судно?

Судно, конечно. Он путешествовал морем, значит, и нам нужно так же».

Однако их поездка из Кале – опять на судне на воздушной подушке, – протекавшая спокойно и быстро, мало походила на мучительную одиссею, которую пришлось пережить Алехандро. В Дувре они пересели на другой корабль и поплыли по Темзе мимо Кентербери. Когда они сошли на транзитном пирсе, их отвели на таможенный пост, через который обязаны были проходить все путешественники.

Они стояли, дожидаясь своей очереди. Джейни оглянулась.

– Здесь гораздо больше народу, чем в Хитроу.

Один за другим люди проходили в дверь с надписью «Считывающее устройство». Увидев ее, Джейни усмехнулась.