Дневник Кристины
Шрифт:
– Как твой сын?
– Он, - голос предательски сорвался.
– Не очень хорошо. Он напуган, очень переживает. Спасибо, что спросил. А как твоя жена? Это слишком болезненно для нее?
– Ну, - протянул Дэнни.
– Скажем так, ей не нравится внимание прессы.
– Мне жаль, - прошептала я.
– Это не твоя вина!
– неожиданно в его голосе зазвенела сталь, и я поняла, что он очень зол. Зол, но не на меня.
– Кристи, я хочу встретиться и поговорить.
– Я… я даже не знаю, смогу ли.
– Нам нужно многое обсудить, но не по телефону. Пожалуйста, найди такую возможность.
Он ждал моего ответа. Люк отрицательно качал головой, глядя мне в глаза. Мои пальцы судорожно сжали трубку. Секунды растянулись в вечность. Я зажмурилась и сказала:
– Да.
– Отлично!
– обрадовался Дэнни.
– Помнишь место, где мы впервые ужинали? С Энни?
– Да! Я помню!
Люк снова покачал головой, умоляюще глядя на меня, если можно было принять ледяной взгляд этого гиганта за умоляющий. Не делай этого, говорили его глаза, но мой разум уже опьянел от предвкушения встречи.
– Сможешь быть там в течение часа?
– Да!
– Все. Жду тебя там!
Дэнни бросил трубку. Я захлопнула свой мобильный.
– Ты поедешь со мной?
– спросила я Люка.
– Кристина, ты совершаешь ошибку.
– Ты поедешь?
– Ты же знаешь, что репортеры только и ждут этого, сидя в засаде возле вашего дома. Если вас выследят, то ты никогда не отмоешься от грязи. И Дэвид тоже.
Я продолжала смотреть на него вопросительно. Либо с ним, либо одна, но я не отступлю.
– Черт! Куда надо ехать?
Я назвала адрес. Люк достал сотовый.
– Ник. Подгони Мурселаго! Да, сейчас!
– Шутишь?
– удивилась я.- Ты собираешься взять Ламборджини?
– Так по крайней мере нас не догонят, - ухмыльнулся он.
– Только с Брэдом сама будешь разбираться.
Да уж! Брэд любил дорогие спортивные автомобили, это была страсть, которую он мог себе позволить. В нашем гараже, помимо его Мерседеса и моего БМВ, уже стояли Порше Каррера, Ламборджини Дьябло и Феррари Маранелло, но этот автомобиль был абсолютно новым. Брэд убьет нас, если с ним что-то случится. Я уже не так молода и желанна, как тогда, когда была прощена за тот красный Феррари…
Глава 53
Я прижималась к спине Дэнни и не могла дышать. Дело было даже не в ветре, бьющем в лицо, и не в головокружительной скорости, пугающей и непривычной. Дело было в нем. Долгие годы стерлись в одно мгновение, когда я увидела взволнованное лицо любимого возле старого кафе, где мы впервые ужинали.
Люк, которому удалось промчаться на бешеной скорости мимо папарацци и исчезнуть из виду, ничего не сказал, когда я выскочила из машины и бросилась к Дэнни.
– Со мной она будет в безопасности, - произнес Дэнни, пока я садилась сзади на мотоцикл, проклиная свои неудобные сапоги на шпильках.
Мой охранник только кивнул, глядя на меня проницательным холодным взглядом. Через мгновение мы умчались прочь. Я стискивала руками его талию, прижималась щекой к спине, вдыхая аромат холодной черной кожи, и чувствовала себя счастливой и несчастной одновременно. Хотелось смеяться и плакать от того, что это не сон - я с Дэнни. Наконец-то. В те минуты, пока он вез меня в неизвестном направлении, мне было абсолютно наплевать на сплетни, на Брэда, на будущее, которое грозит обрушиться на мою несчастную голову, и даже на детей. Единственный раз за долгие годы мне хотелось подумать о себе. Казалось, все это время существовала только половина меня, а теперь я обрела долгожданную целостность. Пусть даже ненадолго.
Я не помню, как мы оказались в небольшой уютной квартирке, наполненной мягким светом. Помню только запах пыли и краски. И горячие губы Дэнни. И наши нетерпеливые руки, лихорадочно срывающие одежду. Он целовал меня, и мои слезы смешивались с его, оставляя соленый вкус во рту. Я снова превратилась в принцессу. А Дэнни снова стал моим.
– Чья это студия?
– спросила я через час, разглядывая зачехленные картины у стены и пятна засохшей краски, разбросанные по комнате тут и там.
Мы лежали на широкой кровати, украшенной тяжелым балдахином из алого бархата, в облаке пылинок, танцующих в лучах вечернего солнца.
– Моего друга, - ответил Дэнни, поглаживая мои холодные пальцы.
– Он художник. Уехал на днях на выставку, а мне оставил ключи.
– Дэнни… - начала я несмело.
– О чем ты хотел со мной поговорить?
Он встал и, подобрав с пола джинсы, порылся в кармане. Достал сигареты, зажигалку и закурил. Я протянула руку в молчаливой просьбе.
– И давно ты куришь?
– Давно, - я пожала плечами.
– Время от времени.
Дэнни протянул мне свою сигарету, а себе достал новую. Было что-то невыразимо приятное в этом жесте. Казалась бы, ничего необычного, но прикасаться губами к фильтру, к которому только что прикасались его губы… Еще один маленький знак близости, вспыхнувшей между нами.
– Я хотел извиниться.
– За что?
– Я был не прав, - он затянулся и закрыл глаза, выпуская облачко дыма.
– Моя жизнь превратилась в дерьмо после нашего развода, принцесса. Я не мог поверить, что ты переспала с ним и все разрушила. Бросила ради денег этого ублюдка.
Сердце неприятно кольнуло. Почему-то не хотелось, чтобы кто-нибудь оскорблял моего мужа. Пусть даже Дэнни. Пусть даже в ситуации, когда мы оба в чужой квартире, обнаженные, на чужой постели среди разбросанной одежды. И между нами нет никаких преград, кроме пляшущих в сизом дыме пылинок. Вся моя жизнь была сосредоточена на двух мужчинах, которые ненавидели друг друга, а я любила обоих. Ирония судьбы.
– Я думал, что смогу забыть тебя, думал, что начну жить заново, - казалось, его уже не остановить.
– Но ничего не вышло. Мне было больно видеть твою улыбку со страниц газет. Я ненавидел тебя! А потом ты пришла и все испортила! Почему, Кристи? Почему ты не сказала мне тогда?
– Я пыталась.
– Кристи, неужели это правда? То, что пишут в газетах? Про шантаж? Про то, что он чудовище? Про твои попытки сбежать?
Я поежилась и натянула на себя покрывало. Почему ты спрашиваешь об этом так поздно, Дэнни, - захотелось прокричать мне. Почему ты не удержал меня? Почему не увез на край света, пока еще было не поздно?
– Почти все, что пишут в газетах - правда, Дэнни.
Он обнял меня и прижал к себе. Какое-то время мы молчали. Что я могла сказать ему после стольких потерянных лет? Несмотря на то, что моя жизнь сильно изменилась за эти годы, в душе я все еще оставалась той наивной девчонкой. Принцессой. И рядом с Дэнни это ощущалось сильнее всего.
– Скажи, - начал он тихо.
– Дэвид мой сын?
Ох! Неужели он ломал голову над этим вопросом?
– Нет, что ты! Его отец Брэд.
Дэнни внимательно посмотрел мне в лицо, ища признаки лжи, а потом вдруг сел и потянул за руку, вынуждая принять вертикальное положение. В его сапфировых глазах появился какой-то лихорадочный огонь.