Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Дневник научного работника
Шрифт:

Тогда я решил предложить Мизиновой перейти работать с диска на ленту МЛ141. Для этого я достал специальную карту «Лента 141», но тут вмешался Эдуард, напомнив, что есть ещё на диске числовой материал в очень дальней зоне (в 360-й), а таких зон на ленте нет.

Наконец я понял, как можно быстро исправить ситуацию: надо СП332 оставить в новом виде, но изменить одну команду, где имеется уход на новый дополнительный блок. Так я и сделал: пошёл на машину, вернул в одном месте СП старую команду, отдал операторам «Запись СП» и всё наладил.

Это конечно временный выход из затруднительного положения.

8 августа 1989 года, вторник.

Вчера вечером в 20 час состоялось очередное заседание нашего кружка в полном составе: Рудик с Элей, Владик, Эля с Олей, Кира, Таня, Люся, Римма, я. Плюс мой видео-соратник Олег да Ира с Лилей.

Смотрели третью серию «Поющие в терновнике», а перед началом некоторые успели посмотреть мои новые стереокартинки по Якутии. Третья серия оказалась короткой: полтора часа, - и все растерялись, и никому не хотелось уходить. Кто-то предложил посмотреть сходу последнюю четвёртую серию, но она идёт два часа и кончится в 2330. Тогда я предложил продолжить дискуссию по прежним фильмам, но никто не захотел этого делать. Даже Олег не захотел хоть что-нибудь сказать, тем более, он был раздражён игривым настроением нашей компании во время просмотра вполне серьёзного фильма (то и дело высказывались шутливые реплики, – да и в самом деле, любовные сцены в фильме были слишком слащавые, - типично по-голливудски).

Я переделал СП332 и пытался запустить пример расчёта. Но теперь я стал осторожнее и не стал лезть на системный диск, а только на МЛ141.

Вечером я приступил к ремонту соседского телевизора, у которого пропал звук, а я давал гарантию на два года. Причина неисправности оказалась чрезвычайно простая: один звуковой провод касался шасси.

9 августа 1989 года, среда.

С утра возникло недоразумение. В 930 звонит с БЭСМ-6 Ира Мизинова и спрашивает, не брал ли кто-нибудь её колоды. А я вспомнил, что только что туда ходил Рыбаков и тогда отвечаю: «Обожди минуту, сейчас в коридоре спрошу Рыбакова». Но Рыбакова нигде не видно, а Набиуллин сказал: «Колоды искать не надо. Пусть идёт домой. Колоды арестованы!»

Как это так? У меня нервы крепкие, но меня это возмутило. Я стал выяснять, в чём дело. Оказалось, что Пётр Георгиевич Карклэ, который замещает Соболева, ушедшего в отпуск, не стал подписывать текущие отчёты, которые на днях оформили Мосунов, Набиуллин, Рыбаков и Мизинова по очередному этапу микояновских исследований. Не подписал на том основании, что завод за них не собирается платить. В самом деле, плана нет, и очередной договор не подписан. Карклэ мне сказал: пусть продолжают считать, но отчёт подождёт до Соболева.

Что касается моих орлов, то они решили принять более строгие меры и остановили все заводские расчёты (конфисковали колоды).

Мизинова всё поняла и доложила на завод Назарову, так мол и так, научные работники ЦАГИ объявили забастовку. Ну, насчёт забастовки – это я так первый выразился (дело же не в словах), но Эдуард сильно возмутился таким определением их действий. А чем не забастовка? Ясны и их претензии: им мало оклада 300 руб плюс премия 20% - причём, это гарантировано до 1990г – госзаказ 100%. Я уважаю их претензии, но очень сожалею, что таким действием они нанесут вред нашей научной работе (Рыбаков согласен со мной, Эдуард – нет).

10 августа 1989 года, четверг.

Утром я собирался на машину, и Рыбаков передал со мной те две злополучных колоды, которые были арестованы накануне. Эта история кончилась тем, что Мизинова сообщила на завод начальнику бригады Назарову, а тот начальнику отдела Померанцеву, который сейчас замещает начальника отделения Баранова. Теперь пошло отражение (эхо): Померанцев позвонил Карклэ, а Карклэ попросил Рыбакова возобновить расчёты. Так кончилась забастовка.

Я между тем мусолю СП332 на ленте МЛ141. Сравниваю результат с контрольными числами: некоторые коэффициенты не сходятся. Тревога! Проверяю весь новый блок, – вижу ошибки: вместо чисел х…- в общем, типичные ошибки на невнимательность.

Пока я это место исправлял, пошёл дождь, так что с машины на обед я шёл под дождём с дежурным зонтиком. И шёл я по лужам босиком, придерживая босоножки под мышкой. Дома я переодел штаны и обувь, и надел плащ. А дождь так и не переставал весь день.

Мой жёлтый портфель со стереокартинками гуляет по всему отделению. Там Буданцева сама знает, кому его передавать дальше.

Вечером пришли гости: Ира Мизинова с дочерью Таней (архитектор) и внуком Артёмкой – посмотреть стереодиапозитивы. Внук им мешал, и они решили один ящик взять с собой.

11 августа 1989 года, пятница.

Все программисты знают, что такое последняя ошибка: - это предпоследняя ошибка. В этом её коварство. И вот я иду на машину, отдаю на отладку колоду, через 15 мин получаю распечатку и, не торопясь, чтобы не вспугнуть удачу, нахожу спокойное место (это у инженеров, где сидит Виктор Родин) и всматриваюсь в результаты…

Из пяти контрольных значений оказываются правильными только четыре: две массы и два момента инерции (рыскания и крена) но вдвое с лишним завышен момент инерции на тангаж.

Пример взят исключительно простой: рама-пластина и наклонный стабилизатор. Две пластины под углом 00, 300 и 900. Двадцать степеней свободы. В качестве контрольных взяты пять твёрдых степеней свободы.

До обеда я анализировал результаты. Потом спокойно пошёл домой и пообедал. После обеда сижу гадаю, в чём дело? А пока мысли нет, заполнил две страницы этого дневника. Сейчас 16 час, я остался один. Только что позвонил Ларькин с упрёком, что я не поехал в совхоз, – и пришлось им с Фаянцевым капусту грузить вдвоём.

12 августа 1989 года, суббота.

Сегодня план-рывок! За полдня сделать ящик для стереодиапозитивов. 100 картинок весят 6 кг (с ящиком). Ящик должен быть прочным. Я их делаю из 10-милиметровой фанеры. Для этого у меня ещё много лет назад сделана выкройка. Внешние размеры ящика равны: 38015485 мм. Ящик собирается полностью на шипах (ласточкины хвосты) без клея. Единственный маленький гвоздик служит замком, чтобы ящик было невозможно разобрать. Выдвижная крышка – из тонкой фанеры.

Я собирался сделать ящик за полдня, но поскольку несколько раз отвлекался на другие дела, то на это дело у меня ушёл весь день. Да и начал я не в 7 час, как полагается для серьёзного дела, а в 9.

Вечером я покрыл ящик лаком НЦ-228, который мне принесли соседские мальчики Саша, Костя, Илюша.

13 августа 1989 года, воскресенье.

В эти выходные дни было по-летнему тепло: +220, а вода +200С. Вчера и сегодня несколько раз ездил к Виктору, и сделал для него полезное дело: переходник от видеомагнитофона «Электроника ВМ-12» к большому японскому телевизору. Виктор от радости предложил за компанию с ним съездить на Генеральское озеро. Так что вчера с 18 час и сегодня с 12 час мы проводили с ним время на пляже. Он взял в автомобиль нашего Ваню, а сегодня ещё и некую Свету с дочкой Аллой. Ире не удавалось съездить на купание из-за больной матери.

Поделиться с друзьями: