Чтение онлайн

Знаменитый посёлок Апрелевск (бывший Надеждинский). Здесь стоит монумент – памятник рабочим, расстрелянным 4 апреля 1912г. В другом месте братская могила на 270 человек. Демонстрация рабочих была расстреляна по приказу ротмистра Терещенко. Царское правительство наказало виновных, Терещенко был разжалован в солдаты и убит на войне в 1915г.

В посёлке есть магазины, и туристы кинулись туда. Мыло по 19 коп банное – свободно, но очередь … из наших туристов! Я не стал стоять, хотя из дома есть заказ на мыло.

После долгой езды (70 + 70км) по плохой дороге, мы, не успев посмотреть Бодайбо, отплыли. Утром я размышлял, почему нас не пустили в город... и понял! Нельзя допускать ни одного лишнего человека в Бодайбо! Представьте себе, что у кого-то имеется самородок золота и владелец его готов расстаться с ним за бесценок, скажем по 3 руб за грамм. Заодно я понял, что милицейская Волга, идущая впереди вереницы туристских автобусов, охраняла не столько нас, сколько золото Бодайбо. Я поделился своей догадкой с Владиком, и он полностью согласился со мной, хотя обычно он спорит. Тем более в Бодайбо к нему приставал подозрительный тип.

10 июня 1989 года, суббота.

Вниз по полноводному Витиму мы пошли втрое быстрее. С 6 до 1030 доплыли до Мамы. Капитан согласился Бодайбо возместить Мамой, и все гуляли по Маме с 1130 до 1330. Посёлок аккуратный, люди спокойные. Все туристы пошли по магазинам – основное развлечение в любом новом городе и посёлке. Магазины –это зеркало благосостояния. Владик купил фотоаппарат «Киев-15» за 150 руб. Я мог бы купить велосипед за 122 руб для Хламиды, да тяжело везти его до Москвы, и ограничился набором напильников и круглогубцев, на что склонил также и Рудика. Кира накупила книг, в том числе и стихи Северянина. Некоторые покупали 6-литровые бидоны.

В 14ч пообедали и поплыли дальше. Потеплело и появилось солнце. На вершинах прибрежных сопок засверкал свежевыпавший снег. Берега изумрудно зеленеют только что распустившимися берёзками. Здесь лето начинается на месяц позже. Только что расцвела черёмуха. На минуту на фоне прозрачного солнечного тумана блеснули нити слепого дождика. По радио объявили тихий час, а в 17 час пригласили на очередную лекцию – продолжение беседы Киры Ивановны, - на этот раз о Франции. Кира говорила 2 1/2 часа и сорвала голос, потому что в салоне хоть и слабо, но доносился гул дизелей.

Весь вечер сияло солнце, и было тепло. Все туристы вышли на палубу.

Я занялся стереосъёмкой. Снимать со штатива невозможно из-за вибраций. Приходится снимать с рук, для телеобъектива «Зонар-180» - это почти верная неудача, и половина кадров будет смазана. Да к тому же я прозевал очень хороший вид: в контражуре яркая зелень берёз на низком затопленном островке, и на переднем плане искрящаяся на солнце вода. Видно я расслабился, а фотосъёмка требует ещё больше внимания, чем расчёты. Владик теперь снимает двумя аппаратами.

11 июня 1989 года, воскресенье. Плывём седьмой день.

Теплоход вниз по реке идёт быстрее почти в три раза. Так вчера от Бодайбо до устья Витима мы прошли всего за 12 ходовых часов, что приближается к 25 км/час, а сегодня в 530 мы уже пришвартовались у причала города Ленска.

Подъём объявили на час позже, т. е. в 8 час, но мы с Владиком проснулись раньше и пошли читать газеты в салон. «Правда» от 7 июня наполнена выступлениями на съезде по национальному вопросу. Я выразил солидарность с этими выступлениями (НКАО, Эстония), но Владик меня раскритиковал. Политические диспуты впятером идут у нас каждый день. Сильное влияние на меня оказывает Владик. Как оказалось, я мыслю штампами. Например, я полагал, что формула «Либо рынок, либо план» конструктивна, но теперь я понял, что допустима и другая формула: «Ни рынок, ни план». Я подумал даже о неизбежности экономического краха в ближайшем будущем, но доказать и обосновать это никто не может. Это гипотеза.

Вечером вышли из Ленска. На реке тихо. Слабая облачность. Вечером обещали зелёную стоянку. Массовик Наташа на этот раз затеяла шахматный турнир. Он не получился, но на трёх досках наигрались досыта. Я тоже поиграл немного, но против 2-разрядника не потянул.

В 16час причалили недалеко от устья реки Уры прямо к низкому берегу. Зелёная стоянка. Экскурсия на кругозор над рекой Урой. Туда поднимались полтора часа, а спускались вдвое быстрее. Изумительный вид открывается с высокого утёса на долину извилистой речки Уры, окружённой лесистыми сопками! Я снял семь стереопар. На спуске всех прихватил дождь, а я как всегда в одной рубашке. Но ничего! – не холодно. А тот босой, Геннадий Николаевич, коллекционер антиквариата, вообще шёл босой и в майке.

Наша Жуковская группа затеяла банкет, а я как член общества трезвости не пошёл и отсиделся в каюте над дневником.

12 июня 1989 года, понедельник.

С 6 до 17 час стояли в Олёкминске. Подъём в 800 , завтрак в 900 – всё на час позже. По плану экскурсия начинается в 12 час, но поскольку мы прибыли раньше расписания, то с 10 до 12 образовалось лишнее время, и мы пошли бродить по городу, который весь можно обойти за час. Дома в основном деревянные, и многие из них покосились под действием вечной мерзлоты. Несколько каменных зданий – те стоят на сваях. Универмаг затянул нас как магнитом. Выбор товаров чуть беднее, чем в Маме, но всё равно все накупили охапками сувениры и понесли в свои каюты. Владик купил алмазное сверло для сверления бетона, и женщины тут же заявили: « И я такую же хочу!»

За сверлом собрались идти после обеда, но, к сожалению, теплоход временно отошёл на средину реки, чтобы дать место у причала другому теплоходу «Красноярск». Я на экскурсию не пошёл, так как это всё написано в путеводителе: развитое сельское хозяйство, памятник революционерам и т. п. Зато я потратил это время на стереосъёмки. Особенно мне запомнилась одна улица: аккуратные домики со штабелями дров и грязными лужами вместо дороги. Проходящий мимо человек рассказал мне, что эта улочка 30 лет назад зеленела травой, но рядом возникло приподнятое шоссе, и улочка превратилась в болото.

С аппаратурой приключилась очередная беда: порвался тросик, и из двух камер одна перестала снимать. Я пошёл посоветоваться к Олегу, который коротко рекомендовал: «Пришить». У Киры нашлись тонкие нитки и иголки, а Таня пришила. Авария ликвидирована.

Весь день полным ходом шли к Ленским столбам, и к утру будем там.

Небо облачное. Один раз солнце на миг осветило яркую двойную радугу, но я прозевал, т. е. пока доставал аппаратуру, всё исчезло. Прав был Нессонов, когда говорил, что дежурить на палубе надо непрерывно. Хорошие кадры возникают на миг один раз за целый вечер. Берега уносятся, солнце исчезает.

13 июня 1989 года, вторник. Ленские столбы. Чудо природы.

Зелёная стоянка у Ленских столбов рассчитана на весь день с 10 до 21ч. В 10 час все туристы, кроме школьников начали подниматься на столбы. Для школьников это опасно, и им было предписано оставаться в долине маленькой речки. Ленские столбы простираются вдоль правого обрывистого, местами отвесного берега Лены. Они сложены кембрийскими известняками, похожими на мрамор. Утёсы напоминают башни, колоннады, арки, минареты, достигающие сто метров в высоту, а всего от уровня реки они возвышаются до двухсот метров. Столбы тянутся вдоль реки на 180 км. Теплоходы останавливаются в самом живописном месте. Для туристов промаркированы тропы, по которым можно взобраться на самые вершины утёсов (с пологой обратной стороны). Находиться на самом краю столбов страшно. Река виднеется далеко внизу в просветах между гигантских башен, столбов и «чёртовых» мостов. На наше счастье день выдался светлый и тихий, с небольшой облачностью, так что фотоаппараты щёлкали непрерывно. Я тоже снял полторы пары плёнок. В 1330 все вернулись на теплоход, и я успел до обеда два раза искупаться. Кроме меня купался тот самый босой Гена, он оказался не чудаком, а обычным моржом. Температура воды примерно 100, а может и меньше, так как она обжигает кожу, а кое-что ломит от холода.