Чтение онлайн

Я не Тебя средь мрака привечал.

Но - объясни, как это получилось?

Я верил в правду больше, чем в Тебя,

И небеса на гнев сменили милость,

И я ослеп, свет солнечный любя.

Да, я - в аду. Горят душа и тело,

Пронизан болью остов бытия.

Но кажется, что нету мне предела,

Что я велик, как боль и смерть моя!

Я боль вселенной в сердце ощущаю,

И, может быть, Тебя - сквозь эту боль?

Лежит сквозь ад земной дорога к раю,

И в этом суть, земли и неба соль!

* * *

Мне надоело в чьей-то чуждой роли

Скользить весь век по острию ножа...

Что понял я из мук душевной боли?

Пожалуй, только то, что есть душа.

* * *

Я вырастаю из земного горя,

Как деревце живое из земли.

Ветвями вверх тянусь, с ветрами споря,

Но корни в горе накрепко вросли...

* * *

Не знаю, был ли щедр иль очень скуп я,

Но все утратил, кроме лишь греха.

И снова я с души снимаю струпья

Кроваво-острым черепком стиха...

* * *

Я на словах грешил, а не на деле,

Но получил я горестный урок:

Везде Господь - в стихе, в душе и в теле -

Горит, как незалеченный ожог.

Последняя молитва

О мой Господь, прости меня за всё!

Душа болит, она - Твоя рабыня;

Я мучаюсь, не ведая, что ныне

Последний дар Тебе преподнесен:

Я отдал всё, чем жил, на Твой алтарь:

Любовь, печаль, волненья, вдохновенье,

Но и грехи, и скорби, и сомненья -

Всему теперь хозяин Ты и Царь.

Все отмети, что чуждо здесь Тебе,

Но не отринь мою живую душу!...

И я Твоих велений не нарушу,

Когда скажу, что рос с собой в борьбе.

С собою я боролся, не с Тобой,

И лишь свою терзал и мучил низость;

Себе бросал безумный, гордый вызов,

Себя - врага - сражал, бросаясь в бой.

Весь этот ад борьбы, что жил во мне,

Да будет людям отдан в назиданье,

Чтоб все - и озаренья, и страданье -

Несчастным пользу принесло вполне.

Молитвенный распев произнесён.

Но я хочу сказать еще, Сладчайший,

Что я к Тебе прильну, как к жизни чаше.

О мой Господь, прости меня за всё!...

* * *

Родиться человеком так легко,

Ведь это просто легкая случайность.

Сбежало небо, словно молоко,

И чернота меж звезд необычайна.

Не брось меня, - пусть ты и далеко,

Дари мне свет, - пусть это невозможно...

Родиться человеком так легко,

А человеком умереть так сложно...

* * *

– Земная жизнь - прозренья, смех и слёзы,

Дороги без начала и конца,

Любовь, беда, весны бессмертной грозы

И нежный свет любимого лица -

Кровоточат, как сердце птицы пленной,

Как боль души, прикованной к вселенной,

И в небе пустоту находит взор,

И падает звезда в немой простор.

– Да, это всё - не ложь. Проходят вёсны,

Душа не видит родственных сердец.

Но смерть, как жизнь, сметётся силой грозной,

Небытию, как жизни, есть конец.

И разум, беспристрастный и глубокий,

Отметит всё и всё благословит -

И боль, и свет, и звук строки высокой,

И ветвь, и плод, и пепел, и гранит.

– - Дневники ада

Круг первый. Город

Взгляд из окна

За окошком, узорным с мороза,

Еле-еле сегодня видна

Нашей жизни привычная проза:

Двор, дорога--в квадрате окна.

Двор пустует. Дорога безлюдна.

Грязен мокрый истоптанный снег.

Мусор, прах... Так невзрачно и трудно

В этом мире живёт человек!

Стены дома грязны. И печальны

Даже ветви кустов... Тишина.

И навязчиво, грубо, нахально

Вписан хаос в квадраты окна.

Мир в квадрате. В какую же степень

Возвести надо мысль или речь,

Чтоб не жить так бессмысленно слепо,

Чтобы корень из мира извлечь?

Улыбка старой Евы

Я не ищу сюжета для напевов.

Подумается вдруг: как жизнь добра!-

И взглянет вслед с улыбкой старой Евы

Старушка из соседнего двора.

Ее печаль взлелеяна веками.

Была когда-то детками горда.

Но старший смотрит зло, как будто Каин,

Глотая жадно пиво из горла.

Тысячелетья не оставят мету

На вечности, напевом сжатой в час...

На чёрном небе Авель плачет светом,

Лучи роняя вниз из звёздных глаз.

Дворник

Весна пришла. Снега повсюду тают.

Весь мир в порядок привести пора!

И дворник вновь Россию подметает

И зиму выметает со двора.

А если взглянет вверх среди работы,

Увидит в грязных тучах небосвод,

То на метле он, как на самолете,

Взлетит и наше небо подметет!

Но, вопреки надежде и тревоге,

К земле придавлен тяжестью труда,

Он смотрит чаще вниз, под наши ноги...

Но, если вверх он взглянет иногда!...

Ребё нок в приюте