ЖАНРЫ

Дневник одного путешествия
Шрифт:

Сражаться у стен вековых.

Да, тело - и душу - сожгу я дотла,

Но что мне - ничтожнейшей - в них?

Что вижу я - ад или небо - пойми!

Что встало в глазах вместо слез?

Пахучий туман, городок Домреми,

Над речкой разрушенный мост,

И край небосвода, что поднят, как бровь,

И крест на крутом берегу,

И белый шиповник, и алую кровь

На первом осеннем снегу...

Что - Жанна? Я - Жизнь, без имен, без судьбы.

Я просто живу - чтоб пропасть.

Меня мне - не надо! Но я из борьбы

Не выйду - на то Божья власть.

Так хочет Господь. Так хотела и я -

Хоть, может, уже не хочу -

Одной подниматься к небесным краям

По острому злому лучу.

Пусть будет, что будет. Пусть будет, что есть -

Туман над стеной вековой,

Осада, сраженье, кровь, гибель и честь -

И ветер над юной травой...

А там, на костре, я, предчувствуя гроб,

Взмолюсь о нестыдном конце, -

И ветер наложит ладонь мне на лоб

В пылающем Божьем венце.

Но небо не стану я приступом брать,

Хотя захотела б - смогла, -

Я встану смиренно у ангельских врат,

Свои вспоминая дела.

И, может, разгонится вечный туман

Улыбкой на Божьем лице, -

Как здесь, я в небесный войду Орлеан,

Босая, в рубахе, в венце.

Достоевский на Семё новском плацу

Я жив?

Я жив....

Я жив! Я не расстрелян!

Но сердце, словно поплавок, дрожит.

Плац перейти, когда нет в жизни цели,

Сложнее было мне, чем жизнь прожить.

Я помню дула, осужденных взоры,

Халат и столб, и плац полупустой...

И свет лучей на куполе собора -

Невыносимо яркий, золотой...

И этот свет вошел в меня, нетленный,

И вот коснулся сердца моего,

И сердце стало углем за мгновенье...

Оно алмазом было до того.

Я сердце-уголь выну из груди,

Чтоб углем набросать картину жизни:

Всего того, что было позади,

Всего того, что будет после тризны.

И в этой бесконечной круговерти

Не надо суетиться... Вышел срок.

И неохота рассуждать о смерти,

Когда Бессмертье целит мне в висок!

***

А старость есть религия, не меньше.

Её мы принимаем с неохотой:

Не мы её избрали, нас - она.

Есть заповеди старости, есть подвиг

В том, чтобы жить в круговороте вечном,

Быть косточкой сладчайшего плода,

Которой суждено дать жизнь растенью,

Попав, как в землю, в память... И сквозит

Из будущего ветер... И за скобки

Жизнь вынесена, и внутри нуля,

Внутри кольца, что сомкнуто судьбою,

Ты мечешься, не находя себя...

Но веруешь, как верует зерно,

Что ты с землёю - существо одно.

Песня старика

Всю жизнь свою, пока хватало сил,

Я видел память и любовь с изнанки.

Мгновения откладывал, копил

На чёрный день я в памяти, как в банке.

Но память - кладовая так темна,

В ней моль изгрызла все воспоминанья,

Но иногда откуда-то со дна

Живое поднимается сиянье...

И я не знаю, что это: покой,

Процент на капитал минувшей жизни,

Иль знанье, что я в мире не чужой,

Что на меня не смотрят с укоризной?

Но память у меня теперь банкрот,

Богатство лет присвоено тревогой...

Возьму у Бога отпуск за свой счет--

И в путь на отдых, в долгую дорогу.

* * *

Как будто сквозь соломинку, дыша

Сквозь строгий крест, проросший из могилы,

Что поняла ты, грешная душа,

О жизни, красоте её и силе?

Что нашептал тебе осенний дождь,

Что птицы спели, прошуршали травы?

Что скажешь ты, утратив тела мощь?

Кто -- вы иль мы --

Пред жизнью больше правы?

Молчишь, душа. А из твоей земли

Растет трава, и в ней -- живые соки

Тебя, его, её -- всех, кто прошли

Далекой, неизвестной нам дорогой.

Летит мучительный круговорот

Рождений и смертей... Растёт тревога...

И все ж, чем больше нас в тот путь идёт,

Тем менее протоптана дорога...

* * *

Когда летит комета по просторам,

Сбивая звёзд созревший виноград,

Они встают, к земле направив взоры,

Они идут, не ведая преград -

Отцы и деды, братья, сыновья--

Все те, кого мы в жизни потеряли--

Идут сквозь нас, сквозь холод бытия,

В нас пробуждая смутные печали...

В огромном мире, полном темноты,

В их царствии, в которое не верю,

Оплаканы, быть может, я и ты,

Как их земные горькие потери...

Сгорело время, словно сигарета,

И ум, и дух, и пальцы обожгло...

Они зовут меня. Им тяжело...

Зовут: "Откликнись! Где ты?" Нет ответа...

Лишь я один, увидев эту тень,

Задумаюсь в постели до рассвета:

Быть может, сам я умер в этот день,

Не догадавшись в темноте об этом...

Чтоб кто-то из родных в столе нашел

Простую телеграмму с доброй вестью:

"НЕ БОЙТЕСЬ Я ДОЕХАЛ ХОРОШО

СКУЧАЮ ТЧК В РАЮ ПРОЕЗДОМ"

Смертовоскресение

Поделиться с друзьями: