Дневник отчаявшейся или Наложница некроманта
Шрифт:
Проблема тогда в том, что эта магия направлена не на меня.
Желая проверить сразу обе теории, я, одернув руку, обошла его и поцеловала. Прямо на глазах у некроманта.
Я представляла себе, как вытянулось лицо «Господина» за моей спиной. Но было не до того. Закрыв глаза, я погрузилась полностью в ощущения, только в ощущения.
Его губы были мягкие и теплые. Сначала осторожно, медленно, а потом все больше увлекаясь, я касалась его шеи, путалась пальцами в его шелковых волосах, ладонью забиралась под неприятную ткань ворота его балахона, чтобы гладить его спину. И мне хотелось именно этого. Было ощущение, что нас с ним разлучили на долгое время и, вот, только сейчас, спустя огромное количество времени, я снова могу быть рядом.
— Аннет, — я не поняла, в какой именно момент, но вдруг почувствовала, как Артур уже сам отвечает мне взаимностью, прижимая мое тело к своему. — Аннет, — он забылся всего на секунду, но тут же пришел в себя и мягко отстранил меня.
— Получилось, — не веря самой себе, я ошарашенно смотрела на то, как он, теперь стоя на двух ногах, выпрямился и смотрит поверх моего плеча, на некроманта.
— Не делай того, о чем потом пожалеешь, — я обернулась и увидела, как Ноэл, следивший за моими попытками с усмешкой и ленивым любопытством кота, загнавшего мышку в ловушку, теперь посерьезнел. В руках у него все еще был тот самый шприц, соприкосновения с которым я так отчаянно хотела избежать.
— Я хотел бы предупредить тебя о том же, Господин, — одной рукой он подтолкнул меня к себе за спину. Меня просить дважды не нужно было.
— Артур, — «Господин» качнул головой, но больше не пытался его околдовать. Видимо, понимал, что пока я рядом, этот фокус у него не пройдет. Слуга некроманта пятился к двери, я держалась позади него на всякий случай. Сам некромант тем временем не сводил с нас взгляда. Он отложил в сторону шприц. — Не верь ее чарам, — сказал он. За все время диалога на его лице не дрогнул ни один мускул.
— Я всего лишь отведу ее в свою комнату, Господин, — Артур взял меня за руку, а другую протянул к рукояти двери.
— Прежде, чем ты это сделаешь, взгляни на это, — мужчина достал из-за пазухи два серых дневника. Издалека они казались совершенно одинаковыми. — Ничего не напоминает? — Артур замер, так и не коснувшись ручки двери, а я буквально почувствовала, как казавшаяся такой близкой свобода ускользает.
— Откуда… — «юноша» открыл и закрыл рот, так и не закончив фразу.
— Этот, — некромант положил на поверхность «стола» одну из книжек, — я нашел в тот день. А этот, — второй идентичный дневник лег рядом. — Этот я забрал вчера вечером из покоев «Аннет», — выложив на стол все свои «козыри», он скрестил руки на груди. Видимо, он считал, что все остальное должно быть и так понятно.
Мне вот после этого, например, стало понятно, что дневника было два. Один Аннет написала вместе с Артуром, а второй написала сама и действительно подкинула некроманту, судя по всему.
— Не верь ему, — без особой надежды попыталась я, понимая, что сама бы на месте Артура поверила бы.
— Артур, когда я с тебе последний раз врал? — Ноэл снова взял в руки злосчастный шприц.
— На прошлой неделе, — ответил ему слуга.
А что произошло дальше я не поняла. Вот я сжимала ладонь «юноши», а он смотрел при этом на некроманта. И вдруг Артур уже стоит за моей спиной, держа мои руки так, что я не могу и дернуться.
— Артур, — пробормотала я, тщетно пытаясь вырваться из его «объятий».
— Прости, — прошептал мне на ухо он, и это было последним, что я услышала перед тем, как игла, огромная по моим меркам, вошла мне под кожу.
Я видела, как светящаяся зеленая жидкость, бывшая в емкости шприца, жжется, но все больше и больше смешивается с моей кровью, разносясь по венам по всему моему организму. И это жжение, чувствуемое только в месте укола, распространялось сначала по руке, а потом и по всему телу, охватывая его непреодолимой агонией. И я кричала. Мне хотелось проклинать всё и всех, но я не могла выдавить из себя ничего внятного. Я горела желанием вырываться, бежать, сбежать от боли, но, слабо трепыхаясь, я осела бы на пол, если бы Артур не подхватил меня.
— Она справится, — постарался обнадежить некромант. Не меня, конечно. Своего слугу.
— Надеюсь, — ответил тот. Я почувствовала, как меня положили на холодную поверхность, с которой я неудачно пыталась сбежать.
— Я последую за ней, — «Господин» коснулся моего плеча своей холодной рукой, и этот холод хоть немного, но давал облегчение.
— Я с тобой, Господин, — другого моего плеча коснулась теплая рука Артура.
Я не видела, глаза держать открытыми казалось мне непосильной задачей, но, наверное, некромант согласился, чтобы слуга тоже последовал за ним. Но куда?
Едва я, немного привыкнув к этому жжению, задала сама себе этот вопрос, как меня накрыла новая волна боли. Настолько сильная, что, помимо моего осознанного желания, меня прошила судорога, изогнувшая мое тело. В глазах моих была только темнота, звон в ушах перекрыл тихий разговор некроманта со своим слугой.
— Мама! — детский. Этот голос был определенно детским. Я открыла глаза, чувствуя, что боль отступила, и пошатнулась. — Мама? — я опустила взгляд. Я определенно стою, и я в джинсах. Так. — Мама! — голосок не отставал.
Я огляделась, но здесь никого… И ничего не было. Вокруг только темнота, как в том коридоре портала. Я же тогда думала, но так и не разобралась, как он работает.
— Где я? — прошептала я, тщетно озираясь по сторонам в поисках хоть какой-то подсказки.
— Мама! — мне не удавалось нащупать никаких стен, сколько я не шарила руками в пустоте. — Мама! — голосок раздавался откуда-то справа, и я, не имея никаких альтернативных вариантов, последовала на зов. — Мама! — я шла, но голос этот не приближался, да и пейзаж вокруг меня не менялся ни на йоту.
Если я сама не понимаю, где я нахожусь, то как я могу помочь этому неведомому ребенку? Где мне искать его неведомую мать? Да и кто вообще может бросить ребенка в этой абсолютной пустоте! Что это за мать такая?!
— Иду! — я решила, что не помогу, так хоть успокою. Кажется, что злость придала мне сил, и вот уже голос, как и сам ребенок, казалось, стал ближе.
Где Артур и «зомби»? Их не было. Вроде ведь они хотели последовать за мной. Или мне так показалось только, пока я была в бреду? Да и черт бы с ними, если честно.
— Мама! — моей ладони коснулись маленькие пальчики.
— Мама… — повторила за малюткой я шепотом. Теперь придавая этим словам другой смысл. — Я ведь твоя мама, правда? — я села, почти упала на колени, по моим щекам текли слезы. Я не понимала, откуда они взялись, эти слезы. Передо мной была девочка, маленькая, и я откуда-то точно знала, что ей три года и два месяца. Ее светлые волосы были заправлены за уши, в голубых ее глазах стояли капельки слез, а чуть вздернутый носик морщился. Еще немного, и она заплачет.