Чтение онлайн

Чхве Кен Сок позвонил водителю, который спустя десять минут принёс нам упаковку пива в банках. А потом рассказал свою часть событий сегодняшнего сумасшедшего дня.

В тот момент, когда мы утром выезжали на броневике с нашей корпоративной парковки, сотрудникам контрразведки пришло сообщение о возможности теракта, с требованием полной боевой готовности и приказом всем выйти с выходных и отпусков. Об отмене текущих операций речи не шло и нас не остановили.

Когда мы только заехали в порт, пришло сообщение, что в районе Тонхэ прозвучало несколько взрывов южнее границы. После того, как несколько дней назад наши северные соседи взорвали дороги на своей территории, в том районе и так было много военных, разведчиков и наблюдателей, но теперь приказали отправить вообще всех, кого можно. Но про отмену операции опять ничего не сказали.

Мы загрузились взрывчаткой, я получил рюкзак и поехали на таможню. И вот тут пришла команда всё сворачивать и выдвигаться к границе на усиление войскам. Каждому сотруднику лично прилетело распоряжение куда и во сколько прибыть. А на то, что у нас тут уже ничего отменить нельзя, никому дела нет. Чхве Кен Сок сказал, что пытался добиться от руководства отсрочки для задействованных оперативников, но в этот момент мой водитель сообщил, что в рюкзаке вовсе не взрывчатка, а наркотики, которыми должна заниматься полиция. После этого ему сказали, чтобы заканчивал всё сам, а людей забрали на место чэпэ.

Таким образом большинство оперативников отправились по новому назначению, а Чхве Кен Сок через коллег и бывших сотрудников вышел на полковника другого департамента, который, как уже он знал, был со мной знаком и уже однажды принимал участие в моей судьбе. К сожалению, этот поиск контактов занял много времени и, самое главное, отвлёк Чхве Кен Сока. А я в этот момент вдруг куда-то побежал. Вот только что, как он рассказал, я вышел из машины, толстого китайца рядом нет и Чхве Кен Сок предположил, что я буду просто стоять и ждать, опустил взгляд к телефону, написал сообщение, поднял голову, а я куда-то бегу. Без рюкзака. А за мной пара амбалов.

Он с водителем пытались меня догнать, но я быстро свернул на узкую пешеходную улочку. Чхве Кен Сок тем временем достучался до полковника, объяснил ситуацию, напряг техников, чтобы отследили, где находится маячок, приклеенный мне на грудь вместе с прослушкой, и отправил своего водителя пешком вслед за мной. То есть всё сделал, чтобы меня спасти.

К сожалению, водитель почти сразу вернулся, потеряв из виду даже амбалов, а техники в принципе могли меня отслеживать и слушать только в радиусе трёхсот метров от своих машин с оборудованием, на которых они уехали по новому назначению.

Только минут через сорок из группы контроля сообщили, что отследили по камерам приблизительное место финиша моего забега. Поехали туда, опросили свидетелей и узнали, что меня увезли полицейские. Вломились в ближайший участок, поставили всех на уши, но там меня не было. Отправились в соседний, где дежурный, поняв, кто именно его схватил воротник, сразу сдал своих сослуживцев.

Дальше, по мнению Чхве Кен Сока, я должен знать всё сам.

Пока он рассказывал, мы выпили две упаковки пива по шесть банок. И Кен Сок прилично захмелел. А вот я, хотя пил больше, но, кажется, остался абсолютно трезвым. Даже проверял, не безалкогольный ли алкоголь нам принёс водитель, но, похоже, это меня так и не отпустил стресс. Сейчас уже поздно, Чхве Кен Сок давно уехал, я пытался заснуть, но никак не получается. Вспомнил, что недавно использовал дневник в качестве психотерапевта и вот… Вроде помогает… Сейчас ещё схожу в душ, а потом посмотрю фильмец. Надеюсь отпустит…

19 октября, суббота

Хорошо, что выходные. В таком состоянии и в таком виде идти на работу было бы сложно. Первый же патруль, наверное, меня бы принял за бродягу и забрал бы в полицейский участок, а я к ним теперь отношусь с очень большой неприязнью. Лицо сине-красное практически целиком. Бровь и скула были, наверное, рассечены, так как сейчас заклеены пластырем. По всему телу синяки. Но, что странно, ничего не болит. Если не трогать.

Я думал просидеть дома весь день, но зашёл господин Ли Ю Ген и объяснил, что надо пользоваться хорошей погодой и выходить на свежий воздух. Так что до обеда опять играли с ним в го в сквере за домом. Попутно я рассказал ему о вчерашних «приключениях». Да, сегодня мне как-то проще вспоминать. Спросил совета, как отблагодарить его друга полковника, ведь за такую помощь, наверное, полагается, как минимум, подарок или даже конверт с деньгами, но господин Ли пообещал этим заняться лично, а мне достаточно при встрече проявить признательность на словах.

А вот что делать с запланированным походом на концерт, я не знаю. То есть, как только Хе Рин мне напомнила, я сразу созвонился с Ми Ша, объяснил ему куда, во сколько и зачем требуется явиться, предупредил, что моя подруга будет не одна и попросил прощения, что забыл ему рассказать об этом раньше. Он сказал, что рад предложению. А вот как я в таком виде куда-то появлюсь? Сейчас разогрею рамен, пообедаю и буду решать.

20 октября, воскресенье

Всё оказалось проще, чем я думал. Я хотел отказаться и отправил Хе Рин фото своей сине-красной морды, рассчитывая, что такой внешний вид будет достаточным оправданием моего прогула. Ошибался! Хе Рин тут же перезвонила, пыталась выяснить, что со мной случилось и угрожала приехать. Сначала я ей рассказывал, что неудачно упал и ударился об пол, а потом «признался», что подрался с хулиганами. А вот от приезда ко мне отговорить её не смог. Она в процессе разговора со мной умудрилась собраться, сесть в машину и проехать большую часть пути. В какой-то момент он сказала, что уже в моём районе, и спросила, куда поворачивать, где парковаться и в какой подъезд заходить. Пришлось о-о-очень экстренно наводить хотя бы подобие порядка, бегая по квартире, собирая носки, отмывая вчерашние тарелки и скатывая матрас с постелью.

В общем, Хе Рин, почти принцесса почти чеболя впервые пришла в мой малогабаритный сарай. Хорошо, что вчера хотя бы в нашем районе не воняло. Хотя, надо заметить, что она ни словом, ни намёком не показала, что ей тут не нравится. Вот что значит воспитание и учёба в Европе! С другой стороны, ей было немного не до того, чтобы по сторонам смотреть – пришла Хё Рин испуганная и с глазами на половину лица. Она умудрилась во дворе задавить какого-то старичка. Ну, потом я узнал, что не «задавила», а лишь коснулась бампером своего красного ягуара, и не «старичка», а моего соседа господина Ли, который, по его словам, сам ходил тут куда попало не глядя по сторонам. Но это я узнал уже когда мы уходили, а поначалу мне пришлось побыть психотерапевтом для подруги. Выслушал её. Объяснил, что раз старичок не ругался и не упал, значит ничего страшного с ним не случилось.

Когда Хе Рин пришла в себя и вспомнила, зачем приехала, о чём ей напомнила расцветка моего фасадного органа, мы принялись приводить меня в порядок. Не в тот порядок, когда ничего не болит и выглядит идеально, а в тот, при котором все повреждения на месте, но посторонние ничего подозрительно не видят. На меня надели медицинскую маску, тёмные очки и высокий модный шарф. А те места, что остались видны, закрасили каким-то тональным кремом.

Да, я стал поход на шпиона, но в таком виде прохожие хотя бы пугаться не будут. Хе Рин сказала, что так одеваются многие знаменитости, которые хотят отдохнуть от внимания поклонников. Действительно, потом на концерте я ловил на себе взгляды папарацци, пытающихся угадать, что за айдол пришёл инкогнито.

Когда мы с Хе Рин спустились на улицу, она опять стала охать, ахать и просить прощения у старичка, которого сбила машиной. А «старичок» господин Ли на это реагировал весело, рассказывал, что его сбивали не только машинами, но и бульдозерами, автобусами, а однажды даже самолётом и, вообще, он совсем не пострадал. Когда я их представил друг другу, мой сосед окончательно повеселел, а подруга, наоборот, ещё больше расстроилась, что въехала в моего знакомого. Господин Ли, видя это, показал мне как именно, где и насколько серьёзно пострадал, подтвердив, что мы ничего не видим именно потому, что никаких повреждений и нет. Потом попросил Хе Рин передать привет её деду, попросил нас поторапливаться, чтобы не опоздать, куда бы мы ни направлялись, и веселясь ушёл домой. Хе Рин при этом зависла ещё на моменте «передай привет деду» и мне пришлось сажать её в машину чуть ли не силой.