Чтение онлайн

Но, видимо, Джордж считает, что я достаточно хороша, потому что позвал меня еще раз. Они прислали мне сценарий «Звездных войн», чтобы я потренировалась перед последним прослушиванием. Я помню, как открывала конверт из манильской бумаги, очень осторожно разрезая края по очереди, чтобы достать таинственное содержимое. Сценарий ничем не отличался от других – обложка из картона, а внутри обычная бумага, по которой, словно муравьи, бегут строчки слов. Не знаю почему, но мне хотелось читать этот сценарий вслух.

В этот момент появляется Мигель Феррер. Мигель тоже еще не решил, хочет ли стать актером, прямо как я. Но нам обоим было настолько интересно, что мы решили попробовать. Как и у меня, у него уже был опыт в шоу-бизнесе. Его отец – актер Хосе Феррер, а мать – певица и актриса Розмари Клуни. Мы дружили, поэтому я позвонила ему и попросила порепетировать со мной. Он приехал в новый маленький домик моей матери – маленький, потому что у нее опять были трудности с деньгами из-за второго развода, – и мы поднялись в мою спальню на втором этаже.

Как любой юноша, который хочет стать актером в Голливуде, он заранее прочитал сценарий, и мы оба знали, что нас ждет. Мы уселись на кровать и начали читать. С самой первой страницы, где было написано «Звездные войны: космическая фантастика», картинки и персонажи начали оживать. Не только в нашем воображении, но и на стульях и на другой мебели в комнате. Я преувеличиваю (немножко), но они могли бы выпрыгнуть прямо в комнату, съесть всю мебель и выпить кровь какого-нибудь англичанина, потому что история такая же эпическая, как и любая английская сказка про людоедов.

Мы смотрели в космическое пространство, и мимо нас неслись звезды и планеты. Лею – персонажа, за которого я читала, – похитил злой Дарт Вейдер и подвесил вверх ногами, а космический контрабандист Хан Соло (за которого читал Мигель) и его обезьяноподобный напарник Чубакка спасли меня. По сценарию я висела вверх ногами без сознания с желтыми глазами. Никогда не забуду этот образ. Кому бы ни досталась роль принцессы Леи, ей бы пришлось это сыграть. Может быть, придется мне! Может быть, если повезет, меня спасут Хан и Чубакка (Чуи!), выведут из пещеры, где меня пытали, и Чуи понесет меня на плече, пробираясь в воде глубиной по пояс.

К сожалению, ни одну из этих сцен так и не сняли из-за высокой стоимости реализации и того факта, что Питер Мейхью, который играет Чубакку, не смог бы выполнить этот трюк из-за роста 221 сантиметр. Он не мог быстро вставать и сохранять равновесие, а еще поднимать любой вес. А мой вес, как помнит весь Лукасленд, был и остается по определению «любым».

Но я могу с уверенностью сказать, что у любой девушки, которая получила бы роль Леи, тоже был бы «любой» вес, потому что, как только Питера утвердили на роль, стало ясно, что он не будет никого носить на плече по затопленной водой пещере. А еще я помню, что затопленные водой пещеры довольно дорого построить, а фильм был малобюджетный, поэтому их в фильме тоже нет – остается Лея без сознания с желтыми глазами. Большинство из нас знает, насколько недорого можно изобразить бессознательное состояние, так что это не вопрос бюджета, а только вопрос уместности. Но даже если закрыть глаза на то, что Питер не сможет нести ни одну вздорную принцессу на плече, но принять во внимание, что пещеры с водой не вписываются в рамки бюджета, становится совсем не важно, как ты сыграешь обморок, – все равно этой сцены не будет.

Я обрела Силу (нехирургическим путем), читая сценарий с Мигелем в тот самый день, и с тех пор она всегда пребывает со мной. На прослушивании я читала сценарий с новым актером, которого я никогда раньше не видела, а он ни разу не видел меня. Держу пари, он жалеет о том дне, когда мы вместе пришли на прослушивание, – если человек с такими сильными руками вообще может о чем-то жалеть, – а если кто-то и умеет раскаиваться или добиваться расположения, то это Харрисон Форд. Мы читали сценарий в одном из помещений в том же здании, где я познакомилась с Джорджем и Брайаном де Пальмой. Я так нервничала из-за прослушивания, что почти не помню Харрисона в тот день, а учитывая, как сильно я нервничала из-за самого Харрисона, мне было и вовсе страшно.

На следующей неделе мне позвонил мой агент Уилт Мелник, который раньше был агентом моей мамы.

– Кэрри? – спросил он.

Я знаю свое имя. Так что я дала ему понять, что знаю.

– Да, – сказала я очень «своим» голосом. Своим, но в то же время отстраненным, потому что у меня в животе все опустилось.

– Они звонили, – сказал он.

Отлично, потому что это все, что я хотела знать. Если они звонили, то важно только то, что они звонили, а не то, что они сказали.

– Тебя утвердили, – договорил он.

Молчание.

– Правда? То есть серьезно?

Он засмеялся, потом я засмеялась, уронила телефон и выбежала во двор, а оттуда на улицу. Шел дождь. В Лос-Анджелесе никогда не было дождя. А сейчас в Лос-Анджелесе дождь, а я принцесса Лея. Раньше я никогда не была принцессой Леей, а теперь останусь ею навсегда. Не могло случиться так, чтобы я не стала принцессой Леей. Я тогда понятия не имела, насколько это верно и что значит «навсегда».

Они мне ничего не заплатят и купят мне билеты в экономкласс, и моей маме это не будет давать покоя еще несколько месяцев, но я – принцесса Лея, и только это важно. Я – Лея и могу жить хоть на дереве, но этого у меня не отнять.

Я никогда не думала, что может настать такой день, когда я, может быть, буду надеяться, чтобы у меня это отняли.

Харрисон Форд болтает с Кэрри Фишер в перерыве на съемках специального выпуска передачи «Выходные со «Звездными войнами» на Си-би-эс.

Фото предоставлено «APImages»/Джорджем Бричем.

Фильм снимали в Англии, так что я могла прогуливать колледж, не покидая места преступления. Мой друг Риггс одолжил мне свою квартиру в Кенсингтоне за универмагом «Баркерс», там я и жила все три месяца съемок.

Я помню, как приехала на площадку в самый первый съемочный день, пытаясь казаться как можно более скромной. Студия находилась в Борхэмвуде – в сорока пяти минутах езды от Лондона, – и там с меня сняли мерки для костюмов и сделали пробный макияж и прическу. (В команде были почти одни мужчины. Так было и так есть и сейчас. Это мужской мир, а шоу-бизнес – это то, что мужчины едят на обед, а женщины рассыпаны по нему, как излишне квалифицированная приправа.)

Выбранная прическа повлияет на то, как каждый человек в мире, который смотрит кино, будет воспринимать меня всю мою оставшуюся жизнь. (А может, и дольше – трудно представить какой-нибудь телевизионный некролог без фотографии той юной неопытной круглолицей девушки с двумя пучками по бокам.) Жизнь начинается, поехали. И я переступаю ее порог в длинном невинном белом платье с прической голландской школьной матроны семнадцатого века.

Мне дали роль в «Звездных войнах» с нелестным условием, что я похудею на пять килограммов, так что у меня в мыслях было не «Ура! Я получила работу!», а скорее «Я получила работу и потянула лодыжку». 10 процентов гонорара я должна была отдать агенту, которому не надо было худеть.

И я отправилась в санаторий для тучных. В Техасе. Неужели не было такого санатория поблизости от Лос-Анджелеса? Единственные ответы, которые пришли мне на ум, это 1) нет, потому что в Лос-Анджелесе все и так были худые и 2) нет, потому что это был 1976 год, и пройдет еще немало лет, пока люди заболеют фитнесом, культом тела и понастроят такие санатории повсюду. Единственным гуру фитнеса тогда был Ричард Симмонс – яркое пушистое существо, которое отдаленно напоминало клоуна Бозо, только еще гей, а для клоуна это было бы уже чересчур, хотя я, слава богу, не знала этого клоуна лично, так что не берусь судить.