Чтение онлайн

— Но Ваше Величество, риск чрезвычайно велик.

— Знаю. Посему полечу на дирижабле, а предварительно сяду в литерный и выйду через другую дверь. В поезде останется только мой «двойник» из команды Кравченко, он немного похож, а в парике так его и не сразу отличить, возможно. Ваша задача будет оцепить весь район, выловить всех злодеев и хорошенько их «потрусить», простых исполнителей в «плен» можно не брать. Живыми захватывать только «шишек» или «бугров», если вам так больше нравиться. Параллельно запустите «Бредень» и по новым «питомцам», хватит им здесь болтаться и ваших сотрудников от серьёзных дел отвлекать.

— Ваше Величество, хорошо бы новый бронированный вагон использовать, на тренировках мы выяснили, что обычный вагон пуля практически насквозь прошивает, а все варианты не предусмотреть.

— Конечно дорогой граф, и вагон и новое вооружение. Да, а как вам понравились вагоны с бутафорскими и нарисованными прямо по броне окнами?

— Чудесное изделие. Издали его не отличить от обычного вагона, а о том что внутри почти два взвода находиться, вообще догадаться не возможно.

— Как отработана связь со вторым составом?

— Там воспитанники Вашего брата, у них радиотелеграф и сигнальные ракеты, на всякий случай.

— Хорошо! — Не жалейте ничего используйте полностью ваш арсенал, берегите только сотрудников их мы к сожалению, не всегда можем «отремонтировать». — Помните, что платформа, которая пойдёт впереди поезда, это не панацея. Осильте охрану мостов, заставьте наших «друзей» использовать те участки дороги, которые мы с Мельниковым вам показывали, так можно лишних потерь избежать.

— Это уже сделано Ваше Величество, охрана всех мостов утроена и в местных газетах об этом прописано. Слухи из «надёжных источников» о маршруте следования Вашего поезда «развешены» во всех модных салонах.

— Ну, вот и отлично. Сколько Вам ещё надо времени, для полной готовности к операции?

— Да мы собственно готовы. Даже сходни аппарели и аутригеры успели несколько раз проверить, под реальной нагрузкой. Ждём только Вашего объявления даты отъезда на Варшаву.

— Выезжаем послезавтра. Тогда же я вылечу из Гатчины, для полёта будет использован АСМ-011.

— Ваше Величество, но это же боевой аппарат, там нет салона.

— Ничего страшного, зато там есть связь, и места для экипажа достаточно. Мои казаки и я с ними, надеюсь, грузоподъёмности дирижабля не превысим.

Эта операция «ловли на живца», ничем не отличалась от классики, за исключением того что живцом должен был послужить Е.И.В., точнее слух о том что он находиться в литерном поезде.

В воскресенье на Гатчинском вокзале было более чем многолюдно. Играл оркестр, дамы демонстрировали модные наряды от Льва Иванова, везде мелькали зонтики обтянутые и украшенные умопомрачительными тканями от Третьяковых, мужчины были в парадных мундирах, казацкие разъезды патрулировали улицы подъездные пути и привокзальную площадь. Наконец из большого Гатчинского дворца показалась вереница авто, в одном из которых находился император. Толпа на площади у вокзала всколыхнулась и затаила дыхание. Вот открылась дверца автомобиля, и показался….

Нет, не император, а казак императорской охраны. Осмотревшись и разглядев условные знаки своих друзей, засевших на крышах со снайперскими винтовками, телохранитель что-то негромко произнёс и перед скоплением публики показался государь. Он принял рапорт командующего гарнизоном, взял предназначенный ему букет цветов и поцеловал дарительницу. Затем прошёл на перрон, на минутку остановился у вагона, что бы представители прессы смогли запечатлеть этот миг, и зашёл в вагон. Литерный поезд Его Императорского Величества, по прошествии нескольких минут зашипел воздушными тормозами и неспешно тронулся в путь. В окне, почему-то оказавшимся закрытым, все увидели характерную фигуру, которая совершала колебательные движения ладонью правой руки.

Никто не обратил внимания на казака охраны, который выглянул из противоположных дверей салон-вагона, вскочил в седло подведённого коня, и очередная группа всадников неспешно отъехала от императорского поезда, в сторону организации со странным названием «Комиссия по применению к военным целям воздухоплавания, голубиной почты и сторожевых вышек».

Когда мы, наконец, добрались до ангара, я изрядно взмок. Лето, а на голове парик, это почти как зимняя шапка, но зато гарантия, что добрались неузнанными. Выслушав рапорт командира АСМ-011, мы направились к дирижаблю, который уже был готов к отлёту. Это не пассажирский «Гинденбург» с его рестораном, ванными комнатами и отдельными каютами с курительным салоном. Новый аппарат, недавно завершивший испытания и принятый в состав Воздушного флота России, по сути, бомбардировщик, способный взять на борт более шестнадцати тонн бомбовой нагрузки, доставить её в район боевых действий со скоростью почти 90 км/час и в несколько приёмов сбросить на головы врагов.

Весь полёт предполагалось совершить на высоте двух, двух с половиной тысяч метров, с крейсерской скоростью, но не кратчайшим маршрутом, а некоей извилистой кривой, чтобы с высоты посмотреть на наши «непотопляемые» Эзель, Даго, Моон и на линию укреплений возводимых уже пятый год и пожирающую значительные силы и средства. Специалист по аэрофотосъёмке заранее установил свои камеры снабжённые телеобъективами и только ждал команды начать работать.

Поезд шёл к цели, со скоростью 40 км/час на Юго-запад, а наше воздушное судно со скоростью 90 км/час почти строго на Запад. Когда пролетали над укрепрайоном «Петра Великого», начали аэрофотосъёмку. После её завершения дирижабль лёг на новый курс, теперь до следующих объектов надо было лететь ещё несколько сот километров. Такой маршрут я заказал не из вредности и самодурства, необходимо было самому убедиться в состоянии строящихся и построенных объектов и пора было их изображения зафиксировать на фотобумаге.

Вот, наконец, и долгожданные острова, наши «непотопляемые авианосцы» Моон, Даго и Эзель, сколько раз я собирался съездить туда, но за прошедшее время так и не удосужился, всё времени не мог выкроить. Сейчас специалист их запечатлеет для истории, а потом и картографы отредактируют свои изделия. Реперные маяки установлены, облачность ноль, видимость чудесная. ВЗПП на Эзеле смотрится как иллюстрация в учебнике, красота! Слабовата маскировка береговых батарей, недавно установленные новые двенадцати дюймовые орудия, были все-таки заметны с воздуха, а значит и с формарсов «любопытных торгашей» видны будут. Ничего это мы поправим, производство маскировочных сетей уже налаживается, скоро они будут на всех объектах. Одновременно начнётся их поставка в инженерные войска.

Съёмка закончена и сигара нашего аппарата ложиться на новый курс, летим на Варшаву, не на город, а несколько в сторону, восточнее его, там причальная мачта и там же рядом «Потешный плац», где будут проходить «Потешные манёвры»!

— Ваше Императорское Величество, не желаете ли перекусить.

— С удовольствием господа, что-то я действительно проголодался.

(Комплекс зданий Уайт-Холл, Лондон, 1869 г. Реконструкция событий)

В большом зале заседаний Адмиралтейского комитета всё было по-прежнему, как десять, двадцать, и пятьдесят лет назад. Сменился только фасон одежды участников. Мода, более динамична и менее консервативна. Тема совещания и его «дух», а так же настроение Лордов-заседателей полностью соответствовали крылатой фразе о постоянстве «Британских интересов…».

Комитет Адмиралтейства состоял из Морских лордов, то есть действующих адмиралов (Naval Lords или Sea Lords) и Гражданских лордов, то есть политиков (Civil Lords), причём Морские лорды обычно были в большинстве. Начиная с 1831 года, Адмиралтейству подчинялся также административный орган — Военно-морской комитет (Navy Board), с его подкомитетами.