Чтение онлайн

17 февраля

Меня сегодня ночью рвало страшно сильно, и теперь мне нездоровится, ужасно неприятно. Сейчас же мне не очень хорошо, голова кружится и под ложечкой сосет. Дай-то Бог, чтобы я благополучно бы выстоял в церкви, это будет ужасно, если я должен буду сидеть. Тётя уехала в Гатчину. Только что вернулся с прогулки, я брал крепость, которую Боря защищал, и я ее с ужасным трудом все-таки взял. 10 1/2 часов утра.

18 февраля. Гатчина

Вчера исповедовался у Янышева [38] , он очень хорошо исповедует, я совсем не плакал, хотя одну минуту вдруг захотелось. Мария пошла раньше всех, потом я, потом тётя Минни и т. д. Миша вчера был со мной замечательно хорошо, положим, он всегда бывает хорошо, но вчера особенно. Я просил у него прощения и это, кажется, очень его удивило. Мы приехали с тётей Аликс и дядей Ники, потом т. Аликс села в экипаж с Марией, и Ольгой, и Татьяной, а я поехал с д. Ники вдвоём в четырехместных санях, ужасно смешно было. Миша вчера мне подарил новый ножик, такой же, как и тот, который я потерял. Т. Минни совсем не такая грустная, как я бы думал, она имеет очень хороший вид и вчера за обедом смеялась. У меня, слава Богу, живот не болел вчера в церкви, так что я мог довольно сносно стоять в церкви, хотя это неприятное чувство в горле продолжается, но гораздо лучше. Я спал очень хорошо здесь, хотя комнаты очень неуютные, и по этому поводу я вчера сделал гаф, сказавши Мише, который пришёл меня провожать до моих комнат, что они неуютные. Но ведь это Гатчина, так что понятно, что не будут уютные комнаты, и Миша, кажется, был не очень доволен этими словами. Мне велено прийти к Тёте без четверти девять, а теперь ещё только половина, так что есть время. Вчера, так за четверть часа до нашего уезда, в большом дв[орце] мисс Д. мне говорит: «Вы ни одну молитву не прочитали, Дмитрий», — с таким тоном, что было даже немножко смешно. Я сказал «нет» и ушел скорее в ожидании какой-нибудь бури, но, слава Богу, ничего не было. Зато Марии она говорила, что будто ей так жалко, что мы не вместе приобщаемся и что это первый раз, что она в одном месте, а мы в другом в такую минуту, и т. п. вещи. У меня немножко вертится в животе перед причастием, и я боюсь, чтобы не плохо бы кончилось с моим расстройством желудка. Сегодня в половине 12-того мы уезжаем обратно в Царское Село. 8 часов 40 минут утра.

19 февраля. Воскресенье. Царское село

Приезжая сегодня, т. е. уже приехавши, вышел маленький скандал. Несколько минут перед чаем я испугал д. Ники, спрятавшись за дверью, и последний так рассердился, что он меня схватил и стал трясти, причём ущипнул довольно больно за руку. Я вообще никогда не видал его в таком виде. Глаза делались блестящими и большими, и надо сознаться, что я струсил, хотя говорил, что было очень смешно. Тётя говорит, что у меня было такое глупое лицо, когда дядя меня трёс, что ужас. Утром был у меня Джун., который вчера только вернулся из Лифляндии. Он очень интересные вещи мне рассказывал, про то, как он распоряжался там, и как стрелки секли революционеров, ужасно смешно. Я, славу Богу, не поехал встречать батальон вчера, это мне бы пришлось им речь говорить, но д. Ники сказал, что он сам поедет и меня возьмёт с собой. Я очень рад, но когда Тёте я это сказал, она рассердилась и сказала, что это слишком добро со стороны д. Ники, что он меня берет с собой, потому что я слишком ещё маленький. Одним словом, старая история, которая всегда повторяется ею. Такая ужасная скука, что будет обедать в том дворце Андрей, он дежурный, флигель-адъютант, и поэтому его пригласили, такая скука, правда. Как раз последний день, что мы с Тётей будем обедать, и он, дур[ак], тоже обедает. Хотя правду сказать, я его больше люблю, чем Бориса [39] , тогда как Тётя, наоборот, Бориса больше любит. Мне очень жалко, что Тётя уезжает, только я надеюсь, что мы не поедем её провожать, это будет скучно. Хотя кажется, придётся. 7 1/2 часов.

20 февраля. Понедельник

Завтракали у д. Ники и т. Аликс, там завтракал Нирод и морской министр [40] . Потом последний, по просьбе Государя, рассказал несколько анекдотов, которые были очень глупые и бессмысленные, хотя д. Ники очень смеялся. Мне ужасно нравится Нирод (конногвардеец), у него, между прочим, великолепные глаза, они лучистые, так странно, правда. Мы с ним говорили о лыжах, он рассказывал о конкуре иппик, который был недавно в С.-Петербурге, очень интересно. После завтрака у нас были два урока, французский и музыка, причём я довольно плохо играл. Потом я приготовлял уроки и играл с Борей, и, когда я играл, Г. М. пришёл меня звать читать «Вешние Воды», будто Мария требует, но я не пошёл, потому что после обеда в 1 [час] будет читать, а потом я и без того мало играю с Борей в солдаты. Обедали мы вчетвером, Г. М., М. Н., Мария и я, причём мы задавали Г. М. вопросы по анатомии, и на некоторые он даже не мог ответить. Потом же мы читали Тургенева. Ах, как это хорошо написано, «Вешние воды», так интересно, что мы и не заметили, как время прошло, хотя читали целый час. Иду спать, поздно. Завтра же трудный день. 9 часов 55 минут.

21 февраля. Вторник

Только что сидел с м. Welter`ом, я показывал ему фокусы с картами и очень неудачно, так что мы много смеялись, да, правда, ужасно смешно было. Я принялся за карты с таким усердием, и так забавно мне было, хотя то, что я хотел, чтобы вышло. Мария уехала на обед с кирасирами, говорят, там ужасно мало офицеров в полку, всего 18 только, кажется, так. Завтракали мы там, т. е. в том дворце, были д. Сергей [41] и Михеев [42] , дежурный флигель-адъютант. Атаманский казак, он, по словам Марии, сидел около Ольги за обедом атаманским. Он ужасно похож на Лихачёва, такие же усы, улыбка, одним словом, Мария даже испугалась в 1-ую минуту, когда видела его на обеде и спросила скорее его фамилию, но успокоилась, узнав, что его зовут Михеевым, т. е., значит, совсем из другой оперы. Д. Сергей только что вернулся из-за границы, куда он ездил, чтобы [по]видать д. Мишу [43] . Он говорит, что первое впечатление, которое он на него сделал, это что он имеет вид гораздо лучше, чем когда он его покинул в последний раз. Хотя вчера д. Сергей получил оттуда телеграмму, что у д. Миши было сильное кровотечение из носа и что он пролежал в постели целый день. Бедный д. Миша, он совсем не стар, хотя, конечно, стар, но не так, чтобы быть в таком виде, как теперь. Уж ещё, когда Тётя была здесь, ходили слухи, что мы уезжаем в конце пасхальной недели, и, кажется, это так и будет. Завтра предстоит адская скука — танц-класс с Константиновичами. Это так скучно, что сказать нельзя.

Г. М. уехал от меня сегодня в половине второго и оставил меня одного (мисс Джун., к великой скорби Марии, приглашена к обеду) на подчинение м. Вельтера, с которым, положим, я провёл очень нескучно время. Я очень плохо ответил на географии сегодня, так что бедный Борис Ионович был в отчаянии. 9 часов 40 минут.

22 февраля. Среда

Завтракали дома, потому что рань[ше] урок окончился, т. е. начался. Чай пил в том дворце, куда я поехал один, у Марии был немецкий урок. После раннего обеда мы поехали в Павловск, Мария говорит, что ей было весело, но мне не очень, хотя не так скучно, как я думал, что будет. Там танцевала тоже Мейндорф, я не знаю почему, но она мне ужасно напомнила Тату. По своей улыбке и потом манере смеяться и поворачиваться в одно и то же время. Ах, между прочим, я не могу не вспомнить, совсем из другой оперы, когда я говорил про Тату, все то, что она мне сказала в тот злополучный вечер. Ах, Тата, Тата, почему это Вы мне сказали. Надо было же мне услышать одно слово, которое Тата сказала Марии. Однако я все расскажу по порядку. Уж за два дня до этого, вечером в лазарете, в Ильинском, я заметил Тату, разговарившую с Марией, я бы не обратил внимание на это, если бы это не продолжалось бы долго, но наконец, когда уж все время они говорили, и на следующий день тоже, то уж это меня заинтересовало. Я спросил, про что они разговаривают. Тата же мне ответила, что это никак нельзя сказать и что все равно рано или поздно я это узнаю. Это не выходило у меня из головы до того дня, вечером, когда после обеда я услышал, как Мария сказала Тате «как пуп». Услышав это, я спросил, что это значит. Тата очень смутилась, покраснела и сказала, что никак нельзя сказать, но, я стал настаивать, до тех пор, пока вечером того же дня в лазарете она мне все сказала. Меня все это так удивило, что я был совсем расстроен, и мне вечером ложась спать, даже хотелось плакать. Но как это ни странно, я с этого дня полюбил Тату, но так, что мне теперь совестно вспомнить. Всё другое я докончу в другой раз. 10 1/4 часов.

23 Февраля. Четверг

Были в Петербурге, завтракали у т. Минулины, причем д. Георгий [44] и Т. все время кричали один на другого. После завтрака пришли Нина [45] и Ксения [46] , обе душки, в особенности Нина, она такая любезная, все показывает, водит по комнатам и отлично говорит по-английски, а по-русски немножко хуже и с английским выговором. Ксения немножко нас боялась, но потом стала тоже показывать свои комнаты и игрушки. Тётя Минни, я это давно заметил, что любит Марию больше, чем меня, да это и понятно, она ей напоминает Мама [47] , но сегодня я заметил, что тётя и меня тоже признает, и даже была со мною очень ласкова, она меня расспрашивала о смерти Дяди, но я не успел ей многого рассказать, потому что надо было ехать к Уоллисону, который мне и Марии ковырял зубы. Мне надо запломбировать 12 и даже, кажется, 13 зубов, это здорово. От Уоллисона мы поехали к матери М. Н., которая нас угощала сладким пирогом и чаем, Марии там примеряли корсет («платье»). Вернувшись домой, мы обедали и поехали в половине 10-го кататься на коньках. Чудная ночь сегодня, но лёд весь в буграх и как бы покрыт сахаром. 10 часов 5 минут.

24 февраля. Четверг, т. е. Пятница

Сегодня ничего интересного не случилось, кроме того, что я плохо учился арифметике, потому что артиллерия, у которой завтра парад, репетировала, и мне ужасно хотелось смотреть на них. Сегодня им обед, Мария поехала, но м. Джун. не приглашена, к великой радости Марии. Масса офицеров сегодня там обедают, кажется, около 80-ти, это здорово. Для этого случая Ольга приехала из Гатчины. Сегодня мой батальон в карауле, так мило, я здоровался с ними сегодня перед чаем. Чай пили мы в том дворце, дяди Ники не было, он уехал в Гатчину охотиться, что я нахожу лишним в такое время. Мария поехала на лекцию в Павловск, куда нас пригласили в воскресенье. Мне ужасно скучно, у бедного д. Кости воспаление слепой кишки, страшно страдает, но теперь лучше, к счастью. Вечером после обеда я стружку пускал, около часу. Погода сегодня весь день отвратительная. 9 3/4 часов.

25 февраля. Суббота

Весь день провели дома, а теперь после обеда в том дворце, где обедал дежур[ный] флигель-адъютант, мы катались в санях с государем и императрицей. Такие холодные руки, что трудно писать, да и поздно, надо идти спать. У меня, кажется, даже ванна. 10 1/2 часов.

26 февраля. Воскресенье

Какие интересные вещи рассказывал вчера за обедом дежур[ный] флигель-адъютант, он кон[но]гвардеец, был на войне, имеет все знаки отличия, кроме Георгия, золотое оружие у него есть. Он рассказывал, какое неприятное чувство делают эти огромные двенадцатидюймовые снаряды. Совершенно ясно видно, как они летят, и кажется, что они обязательно должны попасть в глаз, я не знаю, почему. Потом он рассказывал, как наши солдаты любят драться врукопашную, но это так редко бывает, потому что огонь слишком сильный, но зато уж, когда дело доходит до рукопашной, то солдаты так сердятся, что втыкая штык в тело японца, они ещё вдобавок стреляют, чтобы уж наверное убить японца. Правду сказать, это большая гадость, но что же делать, на войне как на войне. Иду кофе пить, надеюсь ещё сегодня пописaть. 9 часов утра.

27 февраля. Понедельник

Уж завтра расскажу об вчерашнем катании, теперь же нельзя, Г. М. будет сердиться, уже поздно, а завтра трудный день, много уроков. Мария была на обеде сапёр. 10 1/4 часов.

1 марта. Среда

Только что играл в японскую войну с Г. М. и жестоко поссорились, но я сто раз прав, да, сто раз! Сегодня именины м. Джун., я ей подарил огромное количество бумаги с её шифром. Она, кажется, была очень довольна. Мария же после того, что провела три часа ночью за вышиванием туфель для м. Джун., подарила их с напёрстком, это, правда, очень трогательно, она сама была собой тронута. Таак миило!!! Г. М., наверное, сердится на меня и придет меня укладывать спать со страшно сердитым лицом, одн[им] слов[ом], так, как я его не люблю. Завтракал я сегодня дома, потому что была рано арифметика, которая, кажется, очень удачная сегодня. Вчера вышел скандал с Б. Ион. за географию. Я страшно плохо учился, так что он мне сказал, что я отвратительно занимаюсь. Пил чай я у т. Аликс, причем я взял мой водяной револьвер, которым я поливал детей, которые радовались и просили ещё, и мне даже досталось из револьвера от д. Ники, который отобрал у меня и начал меня поливать. Очень поздно, надо идти спать. 10 1/4 часов.

2 марта. Четверг

У меня какое-то неприятное чувство в спине. Бог его знает, я думаю, что это от того, что, возившись с Г. М., Мария упала мне на спину. Сегодня мой батальон в карауле, я проезжал, когда ехал один (Мария поехала в Петербург утром, чтобы смотреть общину Св. Евгении) к завтраку мимо караула. И я поздоровался. Так мило! Мария поехала в общину, я не понимаю, какое это удовольствие, ездить в лазареты, гошпиталя, больницы и т. п., ужасно скучно. Я никогда не знаю, что говорить, и стоишь перед больными как дурак, не зная, что спросить и что сказать. Ещё с ранеными солдатами туда-сюда, с офицерами уже хуже, а с такими городскими больными это совсем плохо. За завтраком был дежур[ный] флигель-адъютант, совсем незнакомый, так что не было очень весело. Хотя мне вдруг страшно захотелось смеяться, потому что д. Ники чуть-чуть не сказал про тётю Аликс при адъютанте, что она чувствует себя довольно рамоли, и только в последнюю минуту он спохватился, было так смешно. Фу! Как спина болит.

Чай пил и обедал дома, с Г. М. все ладно. Я надеюсь, что мои боли после сегодняшней ванны пройдут. 10 часов 10 минут.

3 марта. Пятница

Слава Богу, наконец, я могу не спеша пописaть, ещё только 3/4 десятого. Мария поехала на обед конногренадер. Я уже совершенно помирился с тем, что я не езжу обедать. К счастью, меня не спрашивают причину, и этих вопросов я больше всего боялся. Что отвечать, не то, что меня не берут оттого, что я маленький, а я бы ответил, что уроки, поэтому нужно рано вставать, и что нельзя, если поздно ложишься. Сегодня катался с м. Вельтером на коньках. Чудный был лёд, хотя тепло, но холоднее, чем вчера, когда я катался без пальто. Это такое забавное чувство, когда катаешься в одной блузе. Мы с м. Вельтером дрались на кинжалах (простые палки короткие) ужасно весело, но иногда очень больно, как, напр[имер], вчера я получил удар в грудь и, упавши, очень больно ушиб локоть. Так что даже сегодня ещё неприятно. Завтракали мы дома, потому что арифметика рано (она довольно удачная была) сегодня. Я ездил один вечером и два раза чуть-чуть не свалился, прыгая через барьер. Но это позволительно, после 3-х лет, что я не прыгал. Хотя в Ильинском и прыгал, но только канавы, а не барьер, а это две вещи разные. Сначала мне не очень хотелось ехать на верховую езду, но потом мне стало весело и приятно, в особенности, когда внесли барьер. Но надо сознаться, что у меня очень сильно в животе вертелось, и когда я очутился на шее у лошади, то я маленько струсил. После чаю в том дворце со мною произошел скандал. Когда я вернулся от чаю, то я пошел к Г. М., где сидели два (мне показалось, что было четыре) офицера конногренадерского полка. Я открыл дверь и увидал их, страшно испугался, закрыл дверь и пошел домой, а Мария, дура, мне закричала «трус!». Потом м. Джун. пришла ко мне увещевать, но я всё-таки не пошел. 10 часов.