Чтение онлайн

Ну как не будешь проклинать Гитлера.

Ощущение пустоты на душе.

Удивил Васильев, который убежал с пилоточки (*заточки пил для пилорамы), после упавшей бомбы.

Когда немного утих пожар, я поднялась к себе в кабинет, и прямо удивилась, как я осталась жива.

Ночевать пошла в плановый отдел, спать хочу неимоверно.

Устала или что, но не знаю, придётся или нет уснуть.

Вот записываю в этот дневник, а где-то бьют дальнобойные, а мне кажется, что бомбят.

Оказывается, Саша, твои нервы начинают шалить.

Ну что же, будешь делать завтра.

Ну, уберёшь территорию, а дальше что, что тебя ожидает, лучше уйти на фронт.

Да, больше ничего не остаётся делать.

Подстричь волосы, одеть русские сапоги, и будет из тебя боец.

Забрала своего котёнка, и легла спать.

23/IX. Всю ночь спала как убитая, не взирая ни на что, хотя так била артиллерия, что дрожали стены.

Спала в плановом отделе на столе, со своим неизменным другом – котёнком.

Пробудилась в 6 час. с Информбюро: бои по всему фронту.

За 22/IX сбито 100 самолётов.

Сегодня я чувствую себя, как 60-ти летняя старуха, всё болит, и ноги, и голова, и всё тело разбитое.

Руки где-то все изрезаны, но нежиться некогда, так как в 7:30 придут рабочие, надо дать работу – уборку после разрухи, и пожара.

Вот, спешу записать этот дневник.

Да, Саша, за вчерашний день можно поседеть:

1) Киев;

2) общежитие на Песочной;

3) бомбёжка;

4) годовщина смерти мамы.

Но сейчас некогда думать, печалиться, надо работать, и работать, ты руководитель, теряться, и нос вешать, некогда.

Погода сегодня ясная, день будет, наверное, опять неприятный.

Самолёты уже жужжат в воздухе.

Что меня ожидает по работе в будущем – не знаю.

Может быть, пойдёшь на фронт.

Прошёл день, но какой был день, больше бы таких не было.

Во-первых, встала я в 6 утра.

С 7 утра, и вот уже 8:20 вечера, а я всё ещё на ногах, и, можно сказать, не жравши.

Столовая не работает, хлеб чёрный-чёрный, кипятку нигде нет.

К 4-м часам мы нашли электрочайник, вскипятили, и напились крепкого чаю.

Весь день был в тревогах.

За день было 9 тревог, не успеешь прийти, уже «В.Т.».

Я большинство сидела в щелях.

Днём занималась разборкой цеха по частям.

Ноги болят, не сгибаются, не могу ходить, но ничего не поделаешь, не подаю даже вида.

Эх, чёрт бы побрал с современной жизнью, но ничего не поделаешь, надо работать, хотя беспокоят тревоги и нет цеха.

Попов велев приготовить списки на 12 человек, на оборонные работы.

Да, как складывается жизнь.

Живёшь сегодня, не знаешь, что ожидает завтра.

Куда же после войны будут собираться мои знакомые!

Русских лежит в Госпитале, даже некогда навестить.

Рыбушкина не было весь день, не знаю, что с ним, и даже некогда было сходить.

Хожу, как чёрт, грязная, наверное, в голове даже завелись букашки, а сходить под душ, боишься «В.Т.».

Только разденешься, и вдруг «В.Т.».

Мои валенки так очертенели, не знаю зачем.

Ходят все голодные.

Вечером угостили винегретом, ну, и слава богу.

Ну ладно, Саша, крепись, все переживём, только бы не ступила в Ленинград фашистская нога.

Вчера была на волоске от смерти, осталась жива, а больше ничего не надо.

Надеюсь, что в будущем, будем жить и, кому-нибудь, читая вот этот дневник, будешь дополнять рассказом, ведь всего не запишешь сюда.

Хотя у тебя нет детей, но у тебя много племянников, есть кому рассказать.

Я нисколько не жалею, что в это тяжёлое время нахожусь в Ленинграде.

Но что будет впереди – не знаю.

Сколько ты еще пробудешь в Ленинграде, тоже не знаешь.

Ну, ладно, Саша, спокойной ночи, на новом месте – жених невесте (*Фразеологизм: если незамужняя девушка ложится спать там, где еще не приходилось, то у нее есть шанс хоть одним глазком взглянуть на будущего супруга).

24/IX. Только пожелала спокойной ночи, и хотела уснуть, как раздается «В.Т.».

К тому времени я сварила пшенную кашу, такая приятная, идёт парок, не пришлось покушать.

Тревога длилась 1:45.

Опять, сволочь, натворил в городе как зажигательными, так и фугасными бомбами, на Лиговке, у Московского вокзала.

Всю ночь раздавалась артиллерийская канонада.

Утром пробудилась вместе с Информбюро – и звуки нашей артиллерийской канонады, били так, что дрожали здания и окна.

Бои по всему фронту.

Ноги болят не переставая, едва сгибаются, в особенности по лестницам.

С утра погода была ясная, но часам к 7 утра небо покрылось облачностью.

Наши самолёты все время жужжат в воздухе.

Где-то били зенитки, но «В.Т.» пока нет.

Сегодня составила списки на 32 человек.

Да…

Это всё из-за, сволочи, Гитлера, распадается моя дружная семья.

15 час., собралась ехать домой.

Погода сегодня пасмурная, может быть, отдохну от всей этой сутолоки.

Сижу, пишу, а самолёты жужжат точно пчёлы.

Домой придётся идти, наверное, пешком, но не знаю, дойдут ли мои ноги, совершенно не ходят.

Дальнобойные бьют во всю, но не разбираюсь, наши, или по нам.

Говорят, у Мельницы Ленина разбило трамвайную линию, от обстрела дальнобойными.

Слышится арт. канонада, и звук зениток.

В общем, время горячее, Ленинград – фронт.

Всё переживем, лишь бы не топтал проспектов Ленинграда фашистский сапог.

Убираю вокруг цеха, думается, что ещё буду пилить.

Да, состояньице.

Сегодня Дипельман ушёл в Армию.

Вечером уехала домой, и благополучно, без «В.Т.».