Чтение онлайн

– Ей… «чудится излом холодной пустоты». «Не видя дороги, ты кинешься в горестный путь…» Помнишь эти строки?

– Еще бы!

– Какие у Генки глаза были чудные! Цвета насыщенной морской волны. И характером он был мягок и добр. Что же произошло с ним?

Катя поморщилась:

– Мать Генки Веру заела. Все не по ней было. Пока отец его жив был (чудный человек!) и защищал ее, она еще терпела издевательства, потому что они поддерживали друг друга. А как он умер – в пятьдесят лет, несправедливо-ранний уход из жизни!– забрала она дочь и прости-прощай гадкая семейка. Так и живет Генка со своей престарелой больной мамашей, никому больше ненужный. Я даже на пределе ума не могу его понять.

– Насколько я знаю, она у них всю жизнь «умирала». Такие в войну за чужие спины прятались и паек себе дополнительный «выбивали», зубами вырывали, пока другие голодными вкалывали, не жалея сил, а их дети в детдома попадали, – зло пробурчала я.

– Говорят, Генка был тайно верующим, – заметила Катя.

– И где это ты слышала, чтобы религия сдерживала похоть мужскую или укрепляла слабость характера? – выдержав эффектную паузу, безжалостно спросила я подругу.

– Какой девчонке жизнь сгубил своим слабоволием, телок мокрогубый! Все «мамочка» да «мамочка», а что дочь отца не знала – ему было наплевать. За это с них обоих сурово взыщется, – тихо сказала Катя. – Трудно Вера жила, комнату снимала – платить «за постой» всегда было дорого, – но алименты не требовала. Сама Вареньку вырастила, выучила, замуж отдала. В этом она видела свое высшее назначение, свою вершину. В прошлом году умерла. Болезни будто впились в нее. И сердечко не железное, устало пахать. Тяжело, когда всё в одни руки, но лучше одной, чем с таким: без ласки, без уважения, без любви, под градом издевательств и унижений. Дочка сказала: «Мамы уже нет здесь. Ей теперь хорошо».

– А на свадьбе, я слышала, Генкина мамаша ласковой овечкой прикидывалась, чтобы невестка не распознала ее стервозный характер.

– Это тоже тогда насторожило Веру. Но ведь мы всегда хотим видеть в людях лучшее, боимся даже в мыслях оскорбить… А мы, женщины, обязаны просчитывать всевозможные риски и прогнозировать любую ситуацию наперед. В противном случае наши замужества или глупость, или авантюра. И ты тому яркий пример, – грустно-сочувствующе сказала Катя.

– А ты не яркий, – отшутилась я.

5

Мы с Митей оба родились в год петуха. Но в последнее время я стала замечать, что в его понимании он петух, а я мокрая курица, клуша. Живем отдельно от его матери, но я постоянно чувствую ее настойчивое влияние на сына. И как мне переубедить Митю, как доказать что я достойна уважения, если он меня отторгает, боясь уронить себя?

Митя не желает в субботу оставаться с дочерью (я по субботам работаю), а меня заставляет кланяться своей матери, упрашивать, чтобы она посидела с ребенком. И везти ее к ней не хочет. Раз я заболела, и он вынужден был сам отправиться к мамочке. Приехал домой злой как свора собак. Раскричался: «Зачем такую тяжелую сумку собрала, там еды на полк хватит. Еле доволок. На одной руке ребенок, в другой пудовая сума… С ума можно сойти!»

«Сидел бы сам. Невелик труд. Я по твоей «милости» каждую пятницу вожу дочь и не ною. Твоя мама соглашается сидеть с ней только на всем готовом. Даже компот из сухофруктов ей трудно сварить. Сына я на все лето к своей родне в деревню отправляю с одним рюкзаком одежды и обуви. И упрашивать мне их не приходится», – возразила я.

Можно подумать, что мое «обоснование» что-то изменило.

Пришли гости. Поели, попили, потанцевали и разговорами занялись. Наступило время ребенка спать укладывать. Закрыла я дверь в спальню, лежу песенку тихонько напеваю. Дочка трудно засыпает. Наконец глазки стала смежить. Влетает Митя с криком: «Дверь не догадалась закрыть? Лежишь наполовину оголенная». Я расстроена. Проснулся дочь, расплакалась. Шепчу мужу с обидой: «Закрывала я дверь. Она сама открылась. Ты же знаешь, какие у нас сквозняки. Может, кто из гостей заглянул в спальню и плотно дверь не притворил, но я не видела, спиной к ней лежала. А ты сам не мог тихо прикрыть? Ты же не чужой, мы семья. У тебя тоже есть в ней обязанности. Ты способен лишь приказывать и требовать? В семью надо вкладывать положительные эмоции, но ты только черпаешь из нее». Разозлился. На себя или на меня? Дверью грохнул. Значит на меня. Дочка еще пуще заплакала.

Качаю ее на руках, а сама думаю: «Ну как мне ему объяснить, что он должен был все сделать, чтобы не потревожить засыпающего ребенка и не заставить жену нервничать, что он муж, отец и у него есть не только право предъявлять претензии…»

Еду с рынка. Грудной ребенок на руках, огромный рюкзак за спиной. Сын в брюки вцепился где-то на уровне колена. Еле влезла в автобус. Мне стыдно, что толкаю людей рюкзаком, но снять его не могу. Боюсь, не получится снова надеть. Люди «вдохнули», потеснились, и я пристроилась в ближнем от входа углу задней площадки. Стою, согнувшись, и грущу: «Мите не приходит в голову, что надо бы мне помочь. Ему нельзя тяжело поднимать? Так мог бы с детьми посидеть. И этого не хочет. А когда-то обещал, говорил, что дети любят его. А он их?»

Веду детей из садика, в руках две сумки полные продуктов. Повезло по пути вне плана помидоров дешевых прикупить. Подлетает Митя, бросает мне тяжелый дипломат и говорит: «Мне тут к другу забежать надо. Готовь ужин, я скоро». И мгновенно умчался. Я обалдело развожу руками. Не заметил, что я нагружена до предела? Мне в зубах нести его дипломат? «Челноком» кое-как всё перетащила домой, а после ужина попросила мужа быть внимательнее. Похоже, мимо ушей пропустил. Человек, не знавший трудностей, не может понять того, кому тяжело?

Вспомнила слова подруги Тамары: «Мужчины, отдыхая, отключают мыслительную деятельность, а женщинам наоборот во время отдыха хочется поговорить, пообщаться». А Митя дома все время отключенный?

Иду с детьми из детского сада. Сумки в руках, рюкзак за спиной. Повезло по пути домой в овощном магазине дешевых огурчиков на засолку купить. Давали по пять килограммов. Детки тоже получили по норме и горды этим. Помощники! Смотрю, муж прогуливается с важным видом с сотрудницей. Великие проблемы решает. Я подхожу, здороваюсь, надеюсь, что поможет. Он недоволен, что его прервали. Скривив лицо, бросает вскользь: «Мне еще час необходим, чтобы закончить». «Значит, через два-три часа заявится», – подумала я, безнадежно вздохнув. Скоро как у обезьяны руки растянутся ниже колен и спина ссутулится. Оставить бы эти сумки ему, пусть бы походил с ними. Так нет же, воспитание не позволяет… Напомнила вечером про его невнимательность. Так раскричался. А к концу истерики уже забыл, что стало ее причиной. Орал уже не поймешь о чем. И тут я впервые вспомнила его первую при мне ссору с отцом. Я тогда тоже никак не могла понять, почему они кричали друг на друга, и о чем спорили? Со временем я убедилась, что люди много говорят и кричат, когда хотят завуалировать истинный смысл своих высказываний.

Митины сотрудницы доложились мне:

– Похвалился перед нами ваш супруг: «Жене телек для кухни купил». А мы все решили, что совсем он вас на кухне запер, чтобы дальше ни шагу».

– Нет, – вступилась я за мужа, – я сама попросила купить. Он в зале фильмы смотрит, а мне обидно.

Только Митя меня не защитил, когда они сделали ему замечание, что его жена с рынка идет, согнувшись под тяжестью сумок. Да еще мне дома недовольство выразил:

– Тебе что, другой дороги нет, кроме как ходить мимо окон здания, где я работаю?

Не понял, что не мне, а ему женщины сделали упрек, чтобы помогал. Ну как же, он белый и пушистый! Это я всегда во всем виновата.

– Я на зиму заготовки делаю. По двадцать пять килограмм почти каждый день таскаю: то абрикосы, то помидоры с огурцами. Мне тяжело, а это самая короткая дорога к автобусной остановке, – возразила я.

– Так съезди два раза! Неужели трудно сообразить?

Я глазами луп-луп:

– А детей кто из садика заберет? Ты, что ли? От тебя дождешься…

Вот те на! Я для семьи стараюсь, а он не помогает, грубит, да еще глупой обзывает, чтобы не впутывала в свои проблемы и заботы. Вот так и живу… образцово несчастливо. Он сам по себе, я с детьми сама по себе. Редкий день обходился без слез.

Анекдот вспомнила: «Нормальный мужчина никогда не сделает замечание женщине, несущей шпалу». А мой и тут…

Если я пытаюсь втянуть мужа в круг семейных забот, мне же за это и достается. Чтобы неповадно было. Заставить его что-то сделать требует неимоверно огромных нервных затрат. Даже с моим терпением это не по силам. Проще все самой выполнчть. Говорят, кто больше любит, тот больше вкладывает. Не о деньгах речь, о душе, о внимании и заботе. Да… надо следовать своему сердцу. А если оно пустое или не развитое? Пыталась уходить, но сын…