Дневник. Обратная сторона победы
Шрифт:
– Так, стоп! О ком ты сейчас говоришь? Какая жена? Ты в своем уме? – я недоуменно посмотрел на взорвавшегося Рея. Как это какая? Ему только одна девушка подходит, он что, забыл об этом?
– Как это какая? У тебя что, кроме Грейнджер есть кто-то на примете? – озвучил я свои мысли.
Мальсибер рыкнул. Мы немного помолчали, и он, переведя дыхание, начал докладывать о текущем положении дел:
– В общем, мне удалось скормить Лорду байку о покушении Малфоя на сотрудника Отдела Тайн.
– И что же ты ему наплел? – я устало опустился в кресло.
С последствиями глупости Грейнджер будем разбираться по мере их поступления. Все равно ничего с этим сделать уже нельзя. А Поттер-то как расцвел, аки роза. Ему нужно больше кричать на всех углах, что, мол, он, Поттер, не жаждет признания, может кто-то ему и поверит. Что-то в то время, когда его все игнорировали, он не выглядел счастливым. А сейчас Том просто вынужден будет начать шевелиться. Проклятье! Я еле сдержался, чтобы не ударить кулаком по подлокотнику кресла. А Рей, между тем, рассказал мне просто удивительную историю.
– В общем, его темнейшийству доложили, что тот парень, из-за гибели которого Фолт явился лично и напряг Лорда, действительно работал в Отделе Тайн, и что действительно его прикончил Малфой.
– Зачем Люциусу это понадобилось, и что на самом деле произошло с этим Боудом?
– Знаешь, что мне больше всего в тебе не нравится? Ты пытаешься думать одновременно двумя потоками сознания. Для тебя Боуд отдельно, Люциус – отдельно. Не удивительно, что ты вечно все забываешь, - поморщился Мальсибер.
– В прошлый раз моя амнезия была… - я задумался, как бы так сказать, чтобы Рей еще один случай не припомнил?
– В общем, это была плата.
– Плата? – Рей сузил глаза.
– Я же не Бог, Рей. Я просто маг, - я провел пальцем по губам. Вот же, мерлинова привычка. – Да, я довольно сильный маг, но не настолько, чтобы проводить обряды подобные тому, используя только свои собственные силы. А если маг не в силах сотворить чудо, а очень хочется, то он должен заплатить тому, кто ему в этом поможет. В этом случае, платой была моя память о произошедшем. Ведь даже когда я бываю ну очень пьян, я могу с помощью думосбора восстановить последовательность событий. Здесь же была абсолютная пустота. Я даже на секунду испугался, что в меня Поттер вселился.
– А в прошлый раз? Чем ты заплатил в прошлый раз? – Ну зачем ты так зубы сжимаешь, они же так и раскрошиться могут.
– Кровь, в прошлый раз была кровь, - я смотрел на Мальсибера абсолютно честными глазами.
– Точно?
– Конечно, ты хоть помнишь, чудовище, сколько я крови тогда потерял? Мне отлеживаться в Больничном крыле пришлось, - в правдивости моих слов не усомнилась бы даже мама, к тому же я говорил правду, кровь была частью платы. Я помню, Фил, всегда нужно говорить только правду, чтобы не запутаться. – В общем, начни с Боуда. Кто это, и что произошло?
– Банальная история о довольно богатом дядюшке и любящем племяннике. Тебе подробности нужны?
– Нет, все понятно, - я поморщился. – Продолжай. Зачем Малфою, по мнению Лорда, все это было нужно?
– Как это зачем? Он же его преданнейший слуга. – Рей усмехнулся. – Наш Люциус ночами не спит, думает, как бы помочь Лорду Пророчество добыть. Даже дома не появляется. А то мало ли, вдруг его с мысли верной собьют…
– Так ты еще и Цисси успел успокоить? Молодец…
– Вот и придумал, - не обращая на меня внимания, продолжил Рей, - Случайно встретил в Министерстве Боуда…
– Ага. Люц, случайно встретил невыразимца…
– И наложил на того Империус…
– Тоже полагаю, случайно…
– И приказал, Боуду…
– Который под Империусом…
– Попытаться взять Пророчество и вынести его из…
– Ну, конечно, от Малфоя только этого и можно ожидать…
– Ну и потом, когда Боуд попал в больницу…
– Пророчеством впечатлился. Мои сотрудники такие ранимые, такие ранимые…
– Люциус прислал ему эти мерлиновы дьявольские силки…
– В общем, все концы в цветочный горшок…
– Сев, заткнись! Сколько можно?! Ты или слушаешь, или официальный рапорт читаешь! – взорвался Мальсибер.
– Ладно, ладно. Просто, тебе не кажется, что все это настолько… эм… предсказуемо. Неужели Том поверил во всю эту чушь, особенно после визита Фолта.
– Представь себе, поверил. И, если ты соизволишь явиться сегодня на встречу старых друзей, то сам сможешь убедиться.
– Чему посвящено сегодняшнее сборище?
– Всё тому же – Пророчество.
– Одно и то же.
– Может ему нужно выступить перед всей своей публикой? А то только ты остаешься в неведение о его грандиозных планах.
– Когда ему надоест? – я запустил обе руки в волосы.
– Далось же Лорду это Пророчество.
– Когда кто-нибудь его разобьет, не раньше, – равнодушно пожал плечами Рей.
– Люц пойдет?
– Понятия не имею. Это я у тебя должен спрашивать. Кстати, не объяснишь мне, что творится с Меткой?
– А что с ней творится?
– Я её не чувствую. Если бы я не догадался поставить прослушку на мантию Лорда, я бы, как и вы, сейчас делал вид, что упорно пытаюсь решить проблему Лорда, невзирая на боль в руке.
– Ты когда умудрился поставить прослушку? – от удивления у меня челюсть отвисла.
– Когда мантию лобзал, - хмыкнул Мальсибер. – Так что там с Меткой?
– Я не знаю, Рей. Пытался разобраться, но так нихрена не понял.
Я внимательно смотрел на Рея. Я до сих пор не знал, как мне себя с ним вести. Несколько раз я пытался обдумать создавшуюся ситуацию, и каждый раз, плевал на это дело. Так что всё оставалось как есть. Возможно, это самый правильный подход.
Проведя рукой по волосам, я вызвал патронус. Как же мне тяжело работать с ланью, если бы кто знал. Она пытается оспорить любую мою просьбу, абсолютно любую. Каждый раз, глядя на лань, я понимал: насколько же мало в Поттере от Джеймса. Только близорукость и непослушные вихры. А, еще очки. Не завидую его будущей супруге. Характер Лили, вдали от постоянной опасности быстро даст о себе знать, и, ой… Несчастная женщина.
Так, куда-то меня снова не туда понесло. Так вот, с огромным трудом и долгими реверансами, мне, под постоянное хихиканье Мальсибера, удалось убедить свой собственный патронус, что ей просто необходимо позвать Люциуса. Пора бы уже Кругу собраться в полном составе.
Прибыли мы к Лорду уже почти ночью. А все потому, что этот павлин наотрез отказался появиться перед его темнейшейством неотутюженным, невыбритым и не в новой мантии.
Собрались только тогда, когда Рей уже практически зарычал на него.