Чтение онлайн

Мне удалось опомниться и я начал его вопросами донимать, просил мне помочь гусеницу сдвинуть, а он словно в другой комнате - ничего не замечает. Я уже почти отчаялся, думал, что спятил тут. Или газы какие-нибудь галлюцинации вызвали. И тут он заговорил звучным таким голосом:

– Куколка моя. Я нашел тебя. Ждал, выжидал, искал и наблюдал. Хотел прихлопнуть, а ты и сам уже не выдержал да и помер. Не оставил мне удовольствия. Ай-яй-яй. Плохой кукольник. И что же я буду делать? Как ты думаешь. Да, я поищу куколки. Ведь и ты был куколкой, да испугался. А кого? Мог бы улететь, был ведь шанс. Стал подземной дрянью. Но куколки твои мы красивыми сделаем. Будут бабочками. Да, да. А ты тут лежи, да полеживай. Наверняка же знал, что все так закончится, для чего толстел? А?

Я подумал, что он чокнутый. Разговаривает с мертвой гусеницей и все такое. Но мысли мои ушли не далеко. Зонт его вспыхнул сиянием. Где-то я такое уже видел. И он начал кромсать гусеницу. Аккуратными пластиками становилось ее тело. Он делал это с таким удовольствием, с которым шеф повар готовит свое коронное блюдо. Выглядело это странно. И еще его белый костюм весь измазался, ну кто так одевается?

Неожиданно, из-под располосованной гусеницы появилась Алисия, и между ней и человеком завязался разговор. Он оказался охотником. А звали его Лапланик. Где-то я уже слышал это имя. Хотя, неудивительно, ведь охотников у нас не так много. Опасно это... Читатель мой и не знает, что эти охотники делают. Это бизнес их. Они так деньги на жизнь и на роскошь зарабатывают. Добыча ценных трофеев в подземке - вещь прибыльная, но выживают только профессионалы и безумцы. Обычно - это одно и то же лицо. Я потому и подумал, что Лапланик как-то ведет себя странно.

Этот охотник и вывел нас на станцию. Но это оказалась не та станция, которую я ожидал увидеть. Она вот совсем не приглянулась мне. Просто ужасная. Коморка, которую нам выделили - выглядит убогой. Но это лучше, чем на улице в тумане. Гораздо лучше. Теперь нам осталось дождаться здесь, пока туман рассеется. Еще этот хозяин станции угрюмый какой-то. Неудивительно, я бы тоже спятил тут от одиночества.

Я хотел поблагодарить Лапланика, но он даже не обернулся. Проехал на эскалаторе до выхода, открыл дверь и шагнул в густой серый туман... Без комментариев. Объяснить такое иррациональное поведение не в моих силах.

Придурок Генри вышел и разговаривает со стариком. А у меня появилось время насладиться одиночеством. Я уже не могу на этих идиотов злиться. Командант оказался тоже весьма занудным придурком, но конечно же, не таким закоренелым как Генри. И все же. Они все в чем-то схожи. Лапланик странный, пускай катится себе. Наверняка нормальные люди испытывают благодарность за спасение, но я до сих пор отмыться не могу, так что пусть катится. Из-за него я вся в этой гадости!

Команданта зовут Николас Кранч. Он старый, но довольно таки мускулистый. Поэтому и выглядит не таким старым. Думаю, других причин брать на пост Команданта станции метро кроме его мускулов, еще имеющегося рассудка и удаленности самой станции, не было. Хотя... Да, я думаю это так.

Мы днем поспорили с командантом насчет той бурды, что он готовил. Он же меня переспорил! Я чуть не сгорела от ярости. Он все специи знает. А такую гадость нам приготовил! Что тошнило. Но есть-то хочется и пришлось подкрепиться. На обед все уже получше было и я не стала его критиковать сильно, лишь заметила, что петрушки много. А он такое выдал. Говорит, там нет петрушки. А я спросила, что это тогда. А он промолчал, лишь прихихикнул. Психопат! Я уже заволновалась, а может и мясо тоже не мясо. Кто ж его знает...

Я нашла у него много всяких книжек. Они в основном бестолковые, но одна мне понравилась. Она была про Селефаис, про долины, про место, где моя мама родилась. Слышишь папочка? Вот как совпадение-то? Там, правда, слюнявая история про влюбленных. Но я на их месте вас представляла, поэтому мне было интересно читать. А так да, я бы и не стала даже пробовать. Вот как выходит!

Генри же целый день проболтал со стариком. Они сидели снаружи, на перроне и болтали. Нашли друг друга. Влюбленная парочка. Да им так интересно было, что они совсем обо мне забыли. Заходили лишь перекусить. Я даже не выдержала и вышла к ним, хотела разорвать их тесные узы. Думаю, сейчас им покажу как нужно вести дискуссию. И услышала, что они про слизняков разговаривают. Меня тут и прорвало!

– Вы не могли найти более мерзкую тему для разговора?

– Алисия...
– Генри попытался меня усмирить.

– Заткнись! Я задала вопрос…

– Деточка, что ты так завелась. Присядь-ка с нами. К чему эти все эмоции или ты не равнодушна к ним?
– Начал Командант успокаивающим тоном.

– Я думаю, не стоит говорить на эту тему...
– посоветовал Николасу Генри.

– А что в ней не так?

– Заткнитесь вы оба! Я не знаю, что вы тут затеяли. Но хочу заметить, что слизни... Они... Они... Заслуживают смерти! Вот. Я...
– Сама от себя не ожидала, стою, а сказать нечего. Вернее есть чего. Да не хотела с ними обсуждать мою маму. Как будто делишься самым дорогим. Грустно стало.

Командант встал и своими ручищами меня к себе прижал. Знаете, как знал ведь! Взял и прижал, я, было, подумала вырваться, да кто бы смог! Несмотря на то, что он старый довольно. Бугрились руки у него прилично! Вот он прижал меня к себе, стою, дышу ему в грудь, а он и говорит, - "ты главное держись. Тут стесняться нечего. Ты не первая у кого в подземке родные пропадают". Я не знаю, что тут произошло. Вспомнила маму и эти объятия еще, вспомнила тебя папа... и завопила! Так захотелось побыть беспомощной и слабой... вот. Стояла и рыдала просто, несколько минут. Я ведь даже когда маму потеряла - не плакала. А тут просто стояла и ныла... а он меня по голове гладил и говорил, что все хорошо будет.

– Ты не злись на них, Алисия. Слизни тут не причем. Они и мухи не обидят. Они любят нас по-своему. Я точно знаю, что они даже бы попытались спасти, нежели убежать... Они по природе добродушные создания.

– Откуда вы знаете...
– спросила я сквозь слезы.

– Я живу тут десять лет, неужели я бы не завел себе друзей здесь среди местных жителей? И внешний вид не всегда говорит о порядочности и наоборот. Здесь всякие живут... И слизни одни из самых порядочных моих соседей.

Я проплакалась, потом поглядела на мокрую рубашку Николаса и удивилась себе, сколько же я выплакала? А еще подумала, умерла бы я от обезвоживания, если бы выплакала еще бы столько же. Мне запомнились эти квадратики на рубашке. И еще это чувство, словно меня освободили... Я уже не злилась на слизней, но все равно не простила того, кто похитил мою мамочку...

На ужин я взяла инициативу и приготовила НОРМАЛЬНУЮ еду! Придурок Генри все восторгался моими кулинарными способностями. Лучше бы и не старался, лесть не идет к его лицу. Я лишь кивала, а потом Командант взял мой зонт. Он еще не доел, но взял его и с подозрением указал на ручку и спросил:

– А ты знаешь, откуда этот зонт?

– Нет... а что в нем не так?

Я перед сном уже успела поразмышлять над словами Лапланика. Поэтому мне стало интересно, что же не так с моим зонтом.

– Ты читала книжку. Зонт сделан в Селефаисе. Ты знаешь, что это значит?

– Нет...

– Селефаис знаменит своими штучками и фокусами с Синептикой. Наверняка вы проходили уже начальный курс в школе?

– Нет… не проходили. Дак что с ним не то?

– Это оружие, Алисия. Я не знаю, как оно работает, но то, что с сюрпризом внутри - я тебе обещаю.

Как я не упрашивала, Николас отказывался мне рассказывать что-то еще о зонте. Говорил, что больше ничего не знает. Но я ведь видела, что он лукавит. Ну, сначала я видела интерес у него. А потом он сделал вид, что ему уже все равно. Вот старый наглец!