Чтение онлайн

– Вы не представляете, как я счастлив, что все вы нашли свое место в жизни, – сказал Атлас. – Максим чувствовал себя здесь как в заточении… Адепту тоже пришлось нелегко, ведь он с детства сталкивался со смертью и общался с умершими…

Атлас ласково взглянул на воспитанников и вытер увлажнившиеся глаза.

– Друзья, ни о чем не волнуйтесь. Здесь отдыхают люди и тени, им здесь хорошо и спокойно… Чтобы дерево пустило в землю крепкие корни, требуется время. Как в лес без предупреждения приходит зима, так в наши души без предупреждения приходит боль. И в первый раз никто к этому не готов. А потому не жалейте слишком уж сильно тех, кто оказался в пещере. Время их вылечит, так устроена жизнь.

Слова Атласа порадовали Пенни. Теперь ей было проще уйти, оставив постоянных клиентов «Магазина снов».

И Максим, выросший в этих туннелях, и Адепт и Доутра, излечившиеся здесь, нашли свое место в жизни. А значит, и у тех, кто сейчас отдыхает в пещере, все будет хорошо.

Пока они разговаривали, несколько ночных теней спустились с потолка и теперь шныряли по уголкам прачечной, будто любопытные ночные зверьки. Пенни наблюдала за ними с симпатией – она больше не боялась несмышленых проказников.

На смену жаре пришла приятная прохлада, и наконец наступило первое утро пижамной вечеринки.

Последние приготовления были закончены, и сотрудники магазина с порозовевшими от волнения лицами ждали начала праздника.

– Как только я распахну дверь, вечеринка считается открытой! Один, два, три! – провозгласила Везер и толкнула входную дверь.

Работники магазина, собравшиеся на первом этаже, ахнули от восхищения.

Пенни, стоявшую среди коллег, переполняла радость. Последние несколько месяцев они трудились на славу, и результаты поистине впечатляли. Со всех уголков страны прибыли фургоны со вкусной едой, главная улица была живописно украшена и заставлена кроватями и красочными торговыми павильонами.

На улице уже было множество людей в ночных носках и шлепанцах. Пенни не видела ни одного человека в обычной одежде – все облачились в пижамы и ночные рубашки. Участники фестиваля смущенно и весело приветствовали друг друга и поглядывали на кровати, все еще не решаясь на них забраться. Сигнал к действию подали озорные школьники, первыми вскочившие на огромную белоснежную кровать и начавшие бой подушками. Вслед за ними стали занимать места и все остальные.

Пенни не терпелось переодеться в новую пижаму, которая лежала у нее в сумке.

– Никогда еще время не шло так медленно! Поскорей бы скинуть рабочий фартук, переодеться в пижаму и присоединиться к празднику! – роптала Пенни за центральной стойкой.

– Я тоже хочу поскорее закончить и веселиться вместе с семьей… Знаешь, о чем я подумала? Почему бы вам с Мотэлем не проверить, все ли в порядке в па- вильонах?

– Правда?! О Везер, большое спасибо!

Везер рассмеялась и окликнула Мотэля, который последние десять минут, как приклеенный, пялился в окно первого этажа:

– Мотэль! Хватит бездельничать, проверь вместе с Пенни, все ли в порядке на улице. Надеюсь, еще ничего не успели сломать, но, если что-то заметите, сразу же сообщите. И посмотрите, что происходит в торговых павильонах.

– Лучшее задание в моей жизни! Спасибо, Везер, вы уберегли меня от побега!

Они начали с того, что медленно прошлись по главной улице, внимательно посматривая по сторонам.

Больше всех радовались празднику дети. Сегодня им дозволялись любые шалости, можно было даже разлечься посреди дороги. А кроме того, они знали, что их не отправят домой с наступлением темноты.

Некоторые гости прибыли из других городов. Их можно было опознать по маскам для сна, пока что поднятым на лоб, как поднимают защитные очки спортсмены.

– А не прокатиться ли? – вдруг еще больше оживился Мотэль.

Он достал из кармана свернутые ночные носки, натянул их и заскользил по натертому до блеска настилу, заложив руки за спину, как конькобежец.

– Пенни, догоняй! – крикнул он.

– Осторожнее, не упади! – с беспокойством ответила она, ускоряя шаг.

– Не волнуйся! Если упаду, то только на кровать или одеяло!

Так они добрались до павильонов, где продавались тематические сны.

Прежде всего Пенни и Мотэль подошли к розовой постройке. Романтическое оформление павильона подсказывало, кого из создателей снов они здесь встретят.

– Добро пожаловать, – добродушно приветствовал их Лобзаний Привада. – Наш павильон сразу привлекает внимание, правда?

Оказалось, он был не один: вместе с Лобзанием в павильоне находились Сирена Глюк и Задрых Дэйли. Пенни вспомнила, что при создании сновидений все трое отдают предпочтение осязательному воздействию.

– Вы все-таки сделали совместный сон, – произнес Мотэль, беря с прилавка одну из коробок. – А какие воспоминания он вызывает? И как вы смогли совместить жанры, в которых работаете?

Коробка была упакована в светло-розовую, почти прозрачную оберточную бумагу. В этом павильоне все, включая негромкую лирическую мелодию, навевало романтическое настроение.

– Это специальный выпуск для фестиваля. Называется «Воспоминания о первой любви».

– И никаких инопланетян, взрывов и перестрелок? – изумился Мотэль. – Сирена, как вы на это согласились?

– За меня не волнуйся, – фыркнула Сирена Глюк, поправляя рукав розовой рубашки. – Мои интересы тоже учтены. В заключительной части вставлены экшен-сцены. К тому же мы решили все-таки усилить ощущения из воспоминаний, и я много над этим работала. Теперь никто не отличит сновидение от реальности, пока не проснется.

Пенни еще раз позавидовала уверенности Сирены.

Пока шел разговор, у павильона собрались покупатели, и создатели снов переключились на них.

– Не будем вас отвлекать, – сказала Пенни, прощаясь. – Пройдемся по другим павильонам. Если вам понадобится помощь, в любое время обращайтесь в «Магазин снов».

– Спасибо, – с улыбкой сердцееда ответил Задрых Дэйли. – Если покупателей будет слишком много, лишние руки не помешают.

Как только Пенни и Мотэль отошли от прилавка, мужчина лет за тридцать спросил Задрыха Дэйли, указывая на «Воспоминания о первой любви»:

– Я действительно увижу во сне свою первую любовь?

– Разумеется. Вы словно перенесетесь в прошлое, и все случится как в первый раз.

Мужчина без дальнейших раздумий прижал коробку к груди. Через несколько минут он погрузился в более глубокий сон.