Дневники. 1918—1919
Шрифт:
Почему непременно с людьми нужно «соль» есть (пуд), а не сахар? Неужели радостное основание хуже и менее прочно, чем горькое и соленое? Вероятно, люди эти просто неспособны отдаться на один золотник общей радости и потому предпочитают долгую прочность (пуд соли) мгновенному счастью.
Базар — учительский ряд. Родные мои умирают и оставляют после себя мне свои шубы, те старинные шубы, храненные в мороженых сундуках [267] , знаменитые! бывало, с матушкой сколько из-за них разговоров. «Ну, зачем, — скажешь, — вы их храните, слава Богу, у нас имение, дом в городе, в банке деньги, ну, зачем, что в этих шубах, хранить, беспокоиться, пересыпать, перекладывать, проветривать, просушивать, да продайте их, не будет хоть моли в доме!» А она: «Что же это, наши деды глупей нас были, берегли про черный день, банки, банки, а как лопнут? Эх, молоды вы, не видели черного дня!» Что же, правда оказалось, не видели: старая шуба теперь тысяч сорок, пятьдесят...
267
...храненные в мороженых сундуках... — обитые мороженой жестью сундуки считались в конце XIX — начале XX в. фирменными невьянскими, по имени города Невьянска на Урале; секрет «морозки» жести был привезен из Англии и доведен русскими умельцами до совершенства; узор возникает в процессе кристаллизации расплавленной смеси олова и свинца на жести при опрыскивании водяными каплями, причем любое минимальное нарушение размера капель воды, угла их падения или температуры нагрева смеси уничтожает эффект «мороза»; считается, что в настоящее время секрет этого производства утрачен.
19 Декабря. Никола Зимний. Торговал на базаре кофточками Лидии Михайловны, тут же были все учительницы истории и словесности. Как в том сне — тоска сгустилась в свинцовую тяжесть, и к вечеру это уже не тоска, а свинцовое бремя. И я написал завещание.
Вспомнил начало войны, рассказывал, будто старый дед, и потом все этапы войны и революции, моего охотничьего-земледельческого быта, вплоть до торговли кофточками сестры на Елецком базаре.
...Пусть идеи правильные, но через кого они проводятся и какой пример жизни получают люди?
— Вы бросили святыню свою свиньям, и они, обернувшись, растерзали вас!
— По плодам их узнаете их... Ибо Он учил их как власть имеющий, а не как книжник.
— Милости хочу, а не жертвы.
— Могут ли печалиться сыны Чертога брачного, пока с ними жених?
— Царство небесное силою берется.
— Всякое царство, разделившееся в себе, опустеет.
— И если сатана сатану изгоняет, то он разделился сам с собою: как же устоит царство его?
— Не бывает пророк без чести [268] .
268
– Вы бросили святыню свою свиньям... — Мф 22: 39. Мк 12: 31.
— По плодам их узнаете их... — Мф 7:16.
— Милости хочу, а не жертвы. — Мф 9:13; 12: 7 (Осе 6: 6).
— Могут ли печалиться сыны Чертога брачного, пока с ними жених?
– Мк 2:19. Лк 5: 34.
— Царство небесное силою берется. — Мф 11:12.
— Всякое царство, разделившееся в себе, опустеет. — Мк 3: 24.
— И если сатана сатану изгоняет... — Мк 7: 26.
— Не бывает пророк без чести. — Мк 6: 4.
25 Декабря. Спиридон-Солнцеворот. Суд зверей. Ледяная роза с узорами. Культура судит, ставит вопросы, а зверь всю тайну знает, ему нужен только вопрос.
Дело природы — дело отличия, — в этом миссия зверя — его идея, разнообразиться, разделиться, и вот проверка всему: культура-связь.
Смерть моя: навозная дорога на небо, и о. Афанасий влечет, распевая тоненьким голоском: «Со святыми упокой» [269] . У мельника, водворенного на мельницу, вдруг уют и тепло: кусочек дивана, на котором я родился.
269
...«Со святыми упокой». — Кондак последования по исходе души от тела.
Ни в чем себя не винят: что сам в тепле, а поп замерзает, школа не учит и т. д. «Мы не выгоняли». — «А кто?» — «Совет». — «А Совет ваш, вы выбирали». — «Черт его выбирал».
Могила внутри.
Лошадь и человек. Никифор поплакал о сестре: я сказал, что дам ему самовар, — очень обрадовался, докормить до весны лошадь — вот цель.
В воскресенье по морозу с метелью бегом в Хрущево выручать свою рожь... Понедельник — метель в родном доме. Индеец Васька. Мохнатый зверь Архип. Зайцев развелось! В середу возвратился: чуть не погиб в отвершке [270] , спас Демьян Степанов из Хрущева-Ростовцева: закурил, поехал и набрал много картошки. Я сказал, что умерли Яша, Лидия, Коля — все бросились делить их пайки.
270
...чуть не погиб в отвершке... — отвершек, отверх оврага, балки, одна из вершин (местн.).
Наст как риза лежал по верхам, и верх был, как могилы, одетые в ризы блестящие с белыми цветами, по ним легкой метелочкой шила метелица свои новые узоры. И сердцем скорбел о милых умерших, втайне радуясь сердцем, что сам остался в живых [271] .
А главная мысль моя была об Иисусе, я вглядывался в Его лик без улыбки, с мыслью строгой и волей неколебимой. «А батюшка наш, — думал я, — о. Афанасий, идет правильно по стопам Христа, его мыслью живет и всегда улыбается застенчиво: улыбается, потому что ему, человеку, невозможно быть строгим, как Бог».
271
...втайне радуясь сердцем, что сам остался в живых.
– Перифраз из «Одиссеи» Гомера (перевод В. А. Жуковского). В «Одиссее»: «Далее поплыли мы в сокрушенье великом о милых / Мертвых, но радуясь в сердце, что сами спаслися от смерти».
— Разве я не властен в своем делать, что хочу? Или глаз твой завистлив от того, что я добр? [272]
26 Декабря. И по причине умножения беззакония во многих охладеет любовь.
Кроткий лик Христа (Нагорная проповедь [273] ), гневный (горе вам, книжники! [274] ), трагический (чувство конца: ...но и это еще не конец! [275] ).
272
Или глаз твой завистлив от того, что я добр? — Мф 20:15.
273
...(Нагорная проповедь)... — Мф 5.
274
...(горе вам, книжники!)... — Мф 23:13–15.
275
...(...но и это еще не конец!). — Мф 24: 6
Обманывают предчувствия, но похоже на смерть близкую: вспоминаю Сашу: «А умирать я приеду к тебе» [276] , — значит, тут, в чувстве смерти, хранится его лучшее: когда умирать буду, то сознаю твое первенство и возвращусь к тебе.
Иисус и отец Афанасий: наш крестьянский поп как конечное жизни нашей, что остается после всего: метелочка метели, вычищающей лед на верхах, украшающей блестящую ледяную поверхность могилы белыми пушистыми цветами...
Я еще думал о зверях и различиях между зверями, что зверь (и человек-зверь, и просто зверь) таит в себе весь ответ на весь вопрос: он живет без вопроса, и жизнь его — всё, и это всё его сказывается в отличиях (в разнообразии форм).
276
...вспоминаю Сашу: «А умирать я приеду к тебе»... — Драма Александра Михайловича Пришвина — следствие его неудовлетворенности семьей и, возможно, профессией («Саша — какой-то артист по природе своей, которого нравственная Дуничка сделала доктором») — проявилась после встречи с женщиной-медсестрой, которую в семье Александра прозвали Марухой (см. примеч. к с. 188).
...По дорогам, занесенным метелью, не пройти человеку, я иду по верхам, где ветер сдувает снега, где покров ледяной в разукрашенных метелицей белых цветах, и чувство жизни среди этой братской могилы природы, как радость, охватывает меня. Я думаю: «Вы воскреснете все, когда явится весна, звери, птицы, люди-человеки! заклинаю вас, когда встанете, отвечайте мне, я ставлю вопрос свой».
Чувство радости жизни охватило меня, и так мне представилось, будто вот все кругом растаяло, на лугах трава и цветы, деревья оделись, птицы поют, голубое небо и зеленая земля обнялись на горизонте. И ответ мне был дан: радость жизни в разнообразии... и птица пищит, и зверь рычит, всё во всем, в каждом звуке весь ответ на вопрос.
Я спрашиваю и соединяю всё во всем, мой вопрос — ваше соединение, я вас всех связываю и спрашиваю — для чего вы живете, и вы все вместе отвечаете мне.
Злоба дня: за чаем задать уроки, пойти к Любовь Александровне за прислугой, к Петру Петровичу за маслом, в отдел здоровья-санитарии, в Отделе напечатать копии протоколов и мандатов на владение наделом, добыть дрова, к Меркуловым за ведрами, на Бабий базар поторговать и к Юдину с предложением шубу купить, после обеда за чаем проверить Леву и Олю, сходить за Сосну к Пряховым (с предложением кофты), к Матвееву (насчет Сосны), к Петру Петровичу за салом.
На рассвете выхожу на перекресток нашей улицы, рассвет малиновый: за Сосной восход. Догорает дом, оставленный солдатами, возле большое дерево, где спят все галки. Они пробуждаются, с криком пролетают и садятся на церковь и, сговорившись, разлетаются в разные стороны добывать себе корм. Люди идут уже с салазками добывать дрова и разное продовольствие. Мальчишка стоит и целится на угли сгоревшего дома; когда солдат отойдет, он себе что-нибудь схватит.
28 Декабря. Поют за Сосной: