Чтение онлайн

О ревности первых христиан к общественному богослужению в праздничные дни свидетельствуют древние писатели II века: святой мученик Иустин, Тертуллиан и даже Плиний – язычник, живший в I веке. Иустин говорит, что «в день недельный, или воскресный, бывает у нас собрание в одно место всех живущих по городам и селам» [21] .

Благочестивой ревности древних христиан быть в праздники на богослужении не силен был ослабить даже страх гонений. Если днем не могли они без опасности сходиться для общественного богослужения, то собирались ночью. Только тяжкая болезнь, тюремное заключение, ссылка или другая подобная крайность удерживала их от участия в общественном богослужении. Но и в таком случае они не лишались вовсе духовного общения с верными, бывшими в храме Божием. Оставаясь дома или находясь в другом месте, удаленном от места христианских собраний, они проводили часы, назначенные для богослужения, в молитвах. Если можно было, они получали от Церкви Святые Дары, над которыми во время богослужения было совершено благодарение. Таким образом, в древности все христиане духовно соединялись в праздники – и бывшие, и не бывшие на общественном богослужении.

В древности пример христианского поведения в праздничные дни подавали верующим благочестивые цари – и собой, и своими законами. Так, равноапостольный Константин Великий, по свидетельству Евсевия, «в самих чертогах своих устроил нечто вроде церкви Божией и личным усердием подавал пример вступавшим в нее. Он брал в руки священные книги, читал и размышлял о богодухновенных истинах, потом со всем своим собранием совершал установленные молитвословия.

Лучшим временем для богослужения он считал спасительный день воскресения, как истинно Господний и первый. Тогда являлись в собрание церкви диаконы и пресвитеры, посвященные на служение Богу и украшенные непорочностью жизни и всякой добродетелью. Копьеносцы и телохранители, вооруженные преданностью и верностью, самого царя имея учителем благочестия, также чтили день воскресный и спасительный не меньше него и в этот день совершали угодные царю молитвы.

Совершать это блаженный царь побуждал и прочих подданных, молитвенно выражая свое желание мало-помалу сделать всех людей благочестивыми. Для этого всем, находившимся под властью римлян, внушал он усердие прекращать в дни Господни свои занятия.

К ревностному хранению этих дней он располагал и всех своих воинов. Тем из них, которые стали причастниками Божественной веры, он давал в дни Господни свободу от службы, чтобы они беспрепятственно бодрствовали в церкви Божией и чтобы никто не мешал им совершать свои молитвы в эти дни. Прочим же, которые еще не приняли Божественного учения, предписал он в воскресные дни собираться на открытых площадях, в предместии города, и там, по данному знаку, всем вместе возносить к Богу предварительно выученную молитву.

“Воинам, – говорил император, – необходимо надеяться не на копья, не на вооружение, не на силу телесную. Тверже всего им надо знать, что податель всякого блага и самой победы есть Бог, Которому, следовательно, и должны они возносить узаконенные молитвы, воздевая руки горб к небу, а очи ума вознося еще выше – к Небесному Царю, и Его-то, Подателя победы, Спасителя, Хранителя и Помощника, умоляя о помощи”.

Константин Великий и сам святил, и подданных своих наставлял святить не только еженедельный день воскресный, но также праздник Пасхи, дни мучеников и другие христианские праздники» [22] .

Древние христиане святили праздничные дни не одним участием в богослужении, но и делами христианского благотворения и милосердия. Как по своему усердию и силам все члены Церкви Христовой порознь, так и само правительство своими благотворениями меньшей братии Христовой подавало верующим высокий образец евангельской любви, особенно приличной священным дням. Христианские государи, вообще запрещая отправлять в праздники дела судебные, от этого запрещения исключали судопроизводство по делам благотворения и милосердия к ближним.

Константин Великий первым из государей постановил, чтобы в судах его империи в праздничные дни не производились судебные дела, кроме дел христианской любви, например отпущение рабов на волю. «Насколько недостойно, – говорил равноапостольный царь, – в день солнца, всеми чтимый, заниматься тяжбами и спорами, настолько же приятно и утешительно в этот день исполнять особенно то, что должно быть посвящено Богу. Итак, пусть все в праздничный день пользуются правом одни – приобретать себе свободу, а другие – давать. Кроме же этих дел, других не совершать в праздник».

Даже само провозглашение отпущения рабов на волю, как дело богоугодное, совершалось и освящалось в древности в Церкви.

Императоры Валентиниан I (364–375) и Валент (364–378) строгость хранения святых праздников простерли до того, что не позволяли в них, под угрозой наказания, взыскание никакого долга, ни казенного, ни частного. Гонорий (395–423) и Феодосий II (408–450), предписывая долг христианского человеколюбия, дозволяли еще в праздники судопроизводство по делам морских грабителей, расхищавших жизненные припасы, привозимые из Африки в Рим, потому что такое расхищение было весьма гибельно для благосостояния целого Рима и с преследованием хищников нельзя было медлить.

Гонорий и Феодосий II предписывали судьям, чтобы они в праздничные дни посещали узников и выведывали у них, оказывают ли им темничные стражи предписанный законами долг человеколюбия. Также предписывали водить узников в праздники под верной стражей в бани и снабжать их, как и других, не имевших насущного хлеба, необходимым пропитанием, выдавая тем и другим деньги на ежедневное необходимое содержание. За неисполнение этих священных обязанностей милосердия и человеколюбия к узникам и нищим судьи подвергались денежному взысканию.

В кодексе Феодосия и Юстиниана было постановлено: «Судопроизводство прекращать в священные дни Пасхи (в недели Страстную и Светлую), которые седмичным числом ей предшествуют и последуют; также в дни Рождества Христова и Богоявления; в дни воспоминания святых апостолов, страдания которых назидают христиан. В эти святейшие дни не дозволять и зрелищ. Для подобного хранения причислить и дни солнца, еженедельно возвращающиеся, которые предки справедливо назвали Господними. В эти дни всем необходимо иметь одинаковое благоговение так, чтобы во время их не было разбирательства тяжб у стряпчих, определенных судьями и добровольно избираемых; также и в дни нашего рождения и восшествия на престол. В продолжение пятнадцати дней Пасхи прекращать и подвоз годовых съестных припасов, и взыскание общественных и частных долгов».

К особенному христианскому долгу человеколюбия в праздничные дни Церковь в древности обязывала и епископов, побуждая их в эти дни посещать узников лично или наведываться о них через диаконов и своими увещаниями и посильной помощью облегчать их участь [23] .

Согласно с постановлениями Вселенской Церкви, наш отечественный гражданский закон предписывает всем нам посвящать известные праздничные дни, церковные и гражданские, «отдохновению от трудов и набожному благоговению» [24] .

Запрещая в праздники наши обыкновенные труды, полезные для временной жизни, Церковь тем более, и даже с еще большей ясностью и строгостью, запрещает в праздники нескромные и соблазнительные увеселения, которые поселяют в наших уме и сердце мысли и чувствования, несовместимые с христианским благоговением, которое подобает священному празднованию Церкви Христовой. Запрещение мирских забав и веселостей в праздники можно видеть частью в отеческих поучениях и Соборных правилах, частью в императорских постановлениях.