Чтение онлайн

Рассказывал Алимамед Мустафаев и другую историю: "В девятнадцатом году, в канун праздника Новруз-байрам, местная интеллигенция - учителя, артисты, музыканты, поты и писатели - устроила торжественный вечер в честь женщин-мусульманок. Возле "Исмаилийе" я и Алиджаббар Оруджалиев, старейший деятель отечественного просвещения, встретили Мухаммеда Хади. Алиджаббар пригласил поэта на меджлис:

"Хади-афенди, завтра состоится собрание, посвящённое нашим женщинам. В школе Бадалбека. Прошу вас пожаловать". Хади спросил: "У вас с собой есть ручка и бумага!" Алиджаббар, удивлённо посмотрев на меня, вытащил из кармана записную книжку, вырвал лист и вместе с "вечной" ручкой протянул её Хади. Тот написал что-то на бумаге и протянул листок Алиджаббару. Прочитайте тот бейт от моего имени на вечере". Бейт был следующего содержания:

Вы, вскормленные молоком женщины,

Её с презрением отгородили от мира.

Мы продолжали упрашивать его прийти на вечер. Он кротко улыбнулся и развел руками: "Как я могу появиться среди образованной публики в столь неприличном наряде! Нет уж, увольте... Прочитаете стихи, того будет достаточно..." Он поседел, выглядел уставшим, изнуренным. Словно могучий дуб, сломленный грозой. Только глаза смотрели на мир столь же гордо и непреклонно. Он был готов погибнуть, но согнуть его не могла никакая сила на свете. Поэт открыто презирает тех, кто теряет свое собственное лицо, кто унижает и забывает о собственном достоинстве ради презренных благ.

Не станет пресмыкаться гордый ради

хлеба,

Ярма не примет благородный ради

хлеба,

Слез не прольёт в мольбе, голодный ради

хлеба,

От истины не отречётся ум свободный ради

хлеба.

Алимамед Мустафаев рассказывал: "В первые дни мая двадцатого года сидели мы с Хади в кафе "Чанах гала". Поели яичницу, выпили кофе. А выйдя из кафе и направившись в сторону Николаевской, повстречались с наркомом юстиции Алигейдаром Караевым. Увидев нас, он замедлил шаг, поздоровался. Хади сказал: "Я рад, что сумел дожить до благословенного часа и увидеть торжество свободы. Агахерим оглы Алигейдар, за всю историю человечества ещё никто и никогда не запрещал вино. А вы, большевики, запретили. Если вы сумеете избавить цивилизацию от той трагедии, от "того бедствия, я первым восславлю вас".
– Он немного помолчал и добавил.
– "Нигде не найдёшь вина. Однако, он сунул руку в карман и извлёк чекушку водки, - однако я нашёл. Приду к себе, выпью и позабуду обо всём на свете. Только не думай, что моя квартира похожа на один из этих величественных дворцов, которые вы экспроприировали у буржуев. Я живу в караван-сарае на Куба-мейданы, в комнатке, похожей на пещеру".

Мы попрощались с Караевым. Мухаммед Хади задумался, а затем стал негромко декламировать:

О ты, счастливец, день грядущий

увидевший,-воспомни нас,

На сей стезе тоской сожжённых

друзей воспомни в светлый час,

Приди на скромную могилу и прах слезою ороси.

И этот стих мой повторяя, печально стоны возноси:

– Восстань, почивший в тьме забвенья!

избавлен от ненастья мир!

Пришла желанная свобода, и воссиял от счастья мир!..

...Первая общественная библиотека-читальня в Баку была учреждена в сентябре 1896-го года по инициативе Наримана Нариманова. С этой целью благотворительное общество даёт в театре Гаджи Зейналабдина Тагиева специальное представление, вырученная сумма в размере 325 рублей передаётся на приобретение книг и инвентаря для библиотеки.

ЖИВОПИСЬ. Художник Амир-афенди Гаджиев рассказывал, как под воздействием общественно-культурной жизни России и Европы зародилось в Баку искусство живописи, появились первые профессиональные художники. Мы уже рассказывали о картинах Алибека Гусейнзаде "Биби-Эйбатская мечеть" и "У родника", которые можно считать одними из первых произведений национальной художественной школы. Однако Алибек Гусейнзаде был художником-любителем. А вот Азим Азимзаде, о котором пойдёт речь, явился первым профессиональным художником Азербайджана, основателем национальной школы карикатуры и шаржа.

Ещё во время учёбы в русско-татарской школе, Азим Азимзаде проявлял большую склонность к рисованию. Вскоре судьба улыбнулась ему. Работая курьером на мельнице миллионера Агвбалы Кулиева, он познакомился с художником Дуровым, которому был поручен интерьер роскошного особняка миллионера. Он строил его в центре города - на углу Персидской, Карантинной и Гимназической.

Агабала Кулиев, кстати, также происходил из бедной семьи. В детстве продавал на городских улицах и пристанях кутабы, которые пекла его мать. А когда подрос, открыл своё собственное дело: занялся куплей-продажей муки и зерна. Через несколько лет выстроил мельницу.

Дела придприимчивого купца всё время шли в гору, и вскоре он уже владел мельницами по всему Кавказу и Средней Азии. Это он основал акционерное общество нефтепровода "Баку - Батуми".

В соответствии со вкусом и запросами клиента, Дуров украшал особняк видами Стамбула, сценами из арабской жизни, древним национальным орнаментом. Азим впервые встретился с мастером, работавшим масляными красками. Дуров по достоинству оценил способности парня и согласился быть его учителем. В свою очередь, Азим помогал художнику постичь древние традиции Востока, особенно азербайджанской этнографии, богатейшего прикладного искусства.

Всю жизнь посвятил Азим Азимзаде любимому делу. Более всего он тяготел к жанру политической сатиры - карикатуры, шаржа. Активно сотрудничал с журналом "Молла Насреддин", безбоязненно бичуя художественными средствами отрицательные стороны действительности, создавая незабываемую галерею сатирических типов. Азим последовательно выступает в печати. Его рисунки и карикатуры появляются на страницах журналов "Зенбур" ("Пчела"), "Барабан", "Межели" ("Потешник"), "Бабаи-эмир" и других сатирических органов печати. Порой ему приходилось создавать до 10 - 15 рисунков в неделю. Некоторые карикатуры Азим подписывал псевдонимами, - ведь меткие стрелы художника часто жалили "сильных мира сего".

Азим Азимзаде преподавал в школах, работал над созданием картин в историческом жанре, писал портреты. Ему принадлежат многочисленные иллюстрации в журналах, книгах, сборниках. Так, первые рисунки к "Хоп-хоп-намэ"", избранным произведениям великого поэта Сабира, создал Азим Азимзаде.

В 1919 - 1926 годах он ведёт большую пропагандистско-просветительскую работу, создаёт плакаты, карикатуры, шаржи, оформляет концерты и спектакли.

ПАМЯТНИКИ АРХИТЕКТУРЫ. С развитием промышленности, науки, культуры, увеличением численности городского населения в Баку появлялись киносалоны, залы для проведения концертов, спектаклей и, наконец, театры.

Здание первого национального театра в Азербайджане построил в 1883-м году Г.З.Тагиев. Автором проекта был архитектор Когновицкий.

Женщины не ходили в театр, партер и ложи занимали мужчины в папахах. Лишь двадцать три года спустя, в 1906-м году, в театре были созданы специальные ложи для мусульманок. Газета "Баку" 30 ноября 1906-го года поместила специальное объявление по "тому поводу: "Вскоре ложи тагиевского театра смогут посещать женщины-мусульманки. Мусульманская драматическая труппа стремится создать в театре Тагиева благоприятные условия для посещения мусульманками спектаклей на татарском (азербайджанском - М.С.) языке. С "той целью ложи по бокам и спереди драпируются занавесями".

Следует заметить, что в большинстве случаев представления и концерты в театре давались на русском языке. Вот, к примеру, какие злоключения претерпела постановка произведения Нариманова "Надир-шах", которое драматург создал ещё в 1899-м году. Пьесу семь лет запрещала цензура, и лишь в 1905-м году, под воздействием революционных событий, бакинский губернатор разрешил поставить произведение Наримана Нариманова на родном языке. Кружок любителей с увлечением принялся репетировать, но сыграть пьесу на азербайджанском языке тогда так и не удалось. Наступил траурный месяц магеррам. Все представления и зрелищные мероприятия пришлось отложить. Чтобы не упустить возможности увидеть своё детище на сцене (цензура могла передумать), Нариманов в кратчайший срок переводит пьесу на русский язык, а режиссёр-любитель ставит "Надир-шаха" на сцене театра в феврале 1906 года. Эта постановка имела большой успех.