Чтение онлайн

Вероникой овладевало некое странное ощущение двойственности. С одной стороны, ей хотелось тщательно обдумать произошедшее, прокрутить в голове каждую деталь и, конечно, как же без этого, окунутся в омут самоуничижения в лучших традициях благородных барышень этого времени. Но, с другой стороны, своего статуса благородной барышни она уже благополучно лишилась, и даже как-то внутренне успела породниться с новым положением предательницы. В таком случае – не лучше ли отвлечься от этих назойливых мыслей хоть на что-нибудь? Даже разговор с раздражающей персоной напротив оказался бы неплохой альтернативой пустым страданиям. В итоге как-то само собой вышло, что Вероника решила перенести планы по самобичеванию на потом.

– Денис, куда мы направляемся?

– Хм? О, уже пришла в себя. Мы на пути в Феевку.

Молодой человек почти удивился. По правде сказать, он скорее ожидал от Вероники несколько пассивно-агрессивных выражений в свой адрес. Откровенно агрессивные нападки оказались бы также в пределах его ожиданий. Но настолько спокойный вопрос был весьма неожиданным.

– Та самая Феевка? – девушка резко оторвалась от рассматривания повязки и взглянула в лицо собеседнику.

– Она самая. Других нет, – Дениса позабавила ее реакция. – С недавних пор имение полностью в моем распоряжении, поэтому в нем смог обосноваться наш небольшой Отряд целиком. Это наш дом и, как видишь, теперь он также станет и твоим домом.

Вероника слегка сощурилась, но не стала возмущаться впустую. Ей нужно было продолжать разговор, чтобы отвлечься от назойливых мыслей. К сожалению, на ум почему-то приходили одни ругательства. Для собственного успокоения она решила вернуться к разглядыванию кривых бинтов. На поверхности уже начинало просачиваться кровавое пятно. «Что же, наверное, шрама никак не избежать».

– Касаемо клейма – оно есть у каждого в двух Тайных Отрядах. Будь спокойна – его несложно спрятать под одеждой.

Похоже, Денис вновь по-своему истолковал поведение девушки. Для большей убедительности своих слов он закатал правый рукав рубашки. На том же месте, где у Вероники были наложены бинты, у него виднелся «капкан предателя». Шрам был неровным, но символ явно угадывался в его очертаниях.

Девушка лишь внутренне вздохнула: с этого дня ей придется носить либо одежду с рукавом, либо длинные перчатки. Так себе перспектива.

– Ты все упоминаешь эти Тайные Отряды, будто я понимаю, о чем идет речь. Что они собой представляют? – Вероника наконец отыскала подходящий вопрос.

– Ах, точно, я же не объяснил. Впрочем, ты могла бы и догадаться, все-таки Гордеевы не первый век служат тайными советниками. Кхм, то есть служили, – Денис увернулся от гневного взгляда девушки. – Напомни, какое значение у «тайны» в этом звании?

– «Тайный» – то же, что «относящийся ко двору». Хочешь сказать, Тайные Отряды занимаются чем-то, связанным с дворянами? Это имеет смысл, учитывая, что не так давно вы убили моего отца.

Что же, Вероника, в любом случае, не могла бы сдерживаться вечно, так что капля пассивно-агрессивного яда все же просочилась в ее речь.

– М-м-м, ты права. Но у нас есть некоторое разделение, поэтому существует два Тайных Отряда. Все дело в разных… компетенциях. Первый Тайный Отряд – дворяне, наблюдающие за настроениями в светском обществе. Они вербуют наших потенциальных сторонников. Их работа относительно чистая. Касаемо Второго Отряда, мы отвечаем за грязную сторону вопроса и осторожно подчищаем свет, если так можно выразиться. Честно говоря, я думал отправить тебя в Первый, но наш Командир решил иначе.

Несмотря на то, что в данной ситуации это было совершенно неуместно, Денис отчего-то рассмеялся. Для себя Вероника уже точно решила, что когда-нибудь одарит его такой мощной пощечиной, что звон в его ушах будет как минимум в два раза сильнее ярости, что кипела в ней в тот момент.

– Мне действительно интересно, я буду жить в одном доме с убийцей отца? Или, может, обезглавливанием занимался лично Рогов? – в ее саркастичном тоне явно скрежетнул металл.

– Я лучше воздержусь от ответа. У тебя, знаешь ли, довольно страшное выражение лица сейчас. Ха-ха-ха, прости, прости, молчу.

Как уже упоминалось, Вероника давно знала Дениса. Она также прекрасно помнила его характер. Всегда веселый, легкомысленный и невозмутимый – таким он был человеком. Когда девушка впервые увидела его спустя столько лет, она даже успела обрадоваться. Встретить именно этого человека – такая удача для нее, тряпки, которую вместо моли изъедало одиночество. Тем более что он совсем не изменился! Позитивные люди же всегда привносят какой-то кусочек своей радости в жизнь окружающих, не так ли?

«Но, черт возьми, почему он совсем не изменился? Любой бы поменялся, оказавшись в этой грязной среде убийц и предателей. Опуская вопрос о том, как он вообще оказался в этой среде, можно ли сказать, что он сумасшедший? Более того – всегда был сумасшедшим. Одним из тех психопатов, которые вечерами с улыбкой расчленяют детей, чтобы отварить их кости; которые на самом деле не чувствуют ничего, и любая их эмоция – лишь имитация; для которых раскаяние – не более чем лишенное всякого личного смысла слово из девяти букв… Наверное, стоит приостановиться. Да, это кое-что объясняет, но я, кажется, слишком увлеклась».

Девушка все еще путалась в собственных мыслях. Некоторые события прошедшего дня так ярко горели в сознании, что затмевали даже очевидное – тот факт, что она осталась в живых лишь благодаря ему. Кроме того, нельзя было забывать и о произошедшем четыре года назад. Кстати, касаемо последнего:

– К этому вопросу мы еще вернемся. Но ты мне так и не сказал, что случилось с Пашей.

– Насчет этого не волнуйся. Он сейчас с одним из наших. Ты увидишь его, как только они вернутся со своего дела. Не удивляйся, но он ужасно полезен в нашей деятельности. Я должен поблагодарить тебя за это, – и снова улыбка.

– Как ты помнишь, это был всего лишь эксперимент. Я спросила из любопытства, и только. Если бы что-то действительно пошло не так, это было бы исключительно твоей проблемой, – нахмурила брови Вероника.

– Да, да, конечно, я понимаю, – Денис лукаво взглянул девушке в глаза. – Впрочем, сейчас ты ведь наконец сможешь возобновить свои исследования, не так ли?

– Ты слишком много себе позволяешь.

Вероника постаралась, чтобы ее голос прозвучал грозно, и даже нагнала немного соответствующей атмосферы, выдержав паузу перед тем как ответить. Все потому, что молодой человек подступился к крайне щекотливой теме. Щекотливой в том отношении, что он был прав, но признать это – означало согласиться с той циничной частью своей натуры, которую девушка искренне презирала. Что же, его выражение буквально подразумевало: «Признайся, в том, что твой отец умер, есть и положительные стороны». Согласись она с ним… Нет, конечно, она была совершенно не согласна, но чисто гипотетически она бы признала, что в ее чувствах и в помине не было того, что должна была бы испытывать любящая дочь к любимому отцу. А это гнусно и неправильно.

Пока в карете царила тишина, Денис вернулся к созерцанию видов за окном. Не то чтобы это доставляло дискомфорт или раздражало, но определенно вызывало некоторые вопросы. «Неужели так выглядит его способ уйти от разговора, или он действительно увлечен этими однообразными мрачными пейзажами? Все те же поля, грязь и серость».

Краем глаза молодой человек заметил движения Вероники. Она с немым вопросом взглянула на горизонт, потом бросила взгляд на него, затем опять в окно. И все это время так недоверчиво и с таким сомнением хмурилась, что без смеха на это действо глядеть было ну просто невозможно. Тем более что он был не из тех, кто стал бы сдерживаться.