Чтение онлайн

Провожатый вел их по длинным извилистым коридорам, мимо закрытых а, иногда, и заложенных тяжелыми засовами дверей, а Стас машинально считал повороты и выстраивал в голове варианты выхода. После очередного поворота он усмехнулся — ай-ай-ай, зачем же так с ними. Заговор, наложенный на этот поворот, был изящен, он лишь слегка смещал направление, даже не путал, а сбивал с толку, но если человек пытается уйти от опасности, то и этого достаточно. Таких заговоренных поворотов им попалось три, и Стас почувствовал, как подобрался Иван. Друг такие вещи чувствовал еще острее, и сейчас исподволь копил силу на всякий случай.

Судя по всему, разговора не получится, подумал Стас, но виду, конечно, не подал.

Человек в халате ввёл их в обширный, теряющийся в полутьме зал, полностью застеленный коврами, плавным жестом показал на низенький столик с разложенными вокруг подушками и подушечками, и ушел прошелестев, что достопочтенный Хасан уже спешит к гостям.

Стас осторожно ощупал зал — Иван делал то же самое, они почувствовали друг друга и одновременно усмехнулись.

И сам зал, и все здание были полны тяжёлым, густым, как запах восточных масляных духов, колдовством. Сейчас вокруг ощущалось не менее трех сильных колдунов, вполне способных доставить неприятности, да еще около десятка настороженных, ждущих команды бойцов.

Интересно, с чего это такая боевая готовность? — подумал Стас. Неужто они и полицию так встречали?

Не может быть, кем-кем, а дураком Песчаник никогда не был. Понимал же, что даже обычный дознаватель сюда придет в сопровождении верхогляда, способного прощупать здание и понять, что их ждёт внутри.

И тут он похолодел… Посмотрел на Ивана и наткнулся на настороженный взгляд друга. Тот тоже понял.

Что-то такое было сейчас здесь серьёзное. Чего не было раньше, во время визита полиции.

Что-то, или кто-то.

Вот это везение, матушку его так и разэтак, — обматерил шуточки мироздания Стас, и в это время чуть слышно зашелестела невидимая завеса.

Казалось, Хасан плывет над коврами, не касаясь их ногами в мягких туфлях с острыми загнутыми мысами. Сегодня он весь, от туфель, до чалмы с золотой застежкой, был восточным волшебником из древних сказок. Что ж, имеет право.

— Присаживайтесь, дорогие гости, и позвольте мне, недостойному, оказать вам гостеприимство, какого заслуживают величайшие и храбрейшие мудрецы, почтившие своим присутствием моё жалкое жилище, — Хасан поклонился и показал рукой на мягкие подушки.

Вежливо поклонившись, друзья сели.

Хасан сам разлил чай по стаканчикам, с расходящимися кверху горлышками, подробно описал превосходные качества розового рахат-лукума, нежнейшего щербета и множества других яств, уместившихся на чайном столике.

Стас слушал журчание его речи и старался не заснуть. Да ну, неужели он пытается опутать меня таким простецким способом. Да не с каждым торговцем этот прием пройдёт, а уж с нами и подавно.

Да он просто боится выдать себя, понял ведун. Попробуй он применить что-нибудь существенное, и мы сразу сообразим, что тут что-то серьезное творится. А ему надо усыпить нашу бдительность и выпроводить. Он же не знает точно, зачем мы явились и боится, что мы учуем что-то, чего нам чуять не следует.

Или не нас он боится? Мы-то что, нас и закопать можно так, что концов не сыщешь. И тут же про себя хмыкнул, ну, как, не сыщешь, искать будут, и найдут обязательно, Старшой своих не бросает, у него бывших не бывает. Но думать так Песчаник может, это в его натуре. Значит, есть вероятность, что опасается он кого-то другого, и вот это совсем интересно, поскольку покровителей Хасан имел на самом верху, и трогать лишний раз его опасалась даже Служба Безопасности Державного, не говоря уже о городской полиции.

— Благодарю за гостеприимство, — улыбнулся Иван, и Стас отметил, что глаза у старого друга холодные и очень внимательные. Значит, заметит это и Хасан, и это хорошо.

Стас незаметно разгонял себя, вводил в режим боевой собранной гибкости. В этом состоянии человек для взгляда со стороны обманчиво расслаблен, и лишь боец высочайшего класса по немногим признакам может распознать, что вальяжность эта — всего лишь маскировка.

Хромой полулёг на подушки, подпер рукой голову и сделал крохотный глоток вкуснейшего чая. Приподнял стаканчик, всем лицом показывая восхищение и почтение хозяину. Хасан благодарно поклонился, сложив руки перед грудью.

— Так что же привело столь почтенных гостей в моё скромное жилище, да будет к нему милостив Аллах великий и милосердный.

Стас глянул по сторонам, оценил шевеление теней в углах зала, и решил, что вести витиеватые беседы бессмысленно.

— Хасан, ты уж извини, но из тебя правоверный хуже, чем из нас прихожане храма Казанской Божьей Матери, — хмыкнул он и поставил стаканчик на стол, — хотя чай действительно хорош, кстати.

Маг уже нехорошо сузил глаза, но Стас поднял руку в предупреждающем жесте,

— Мы тебе просто вопросы зададим, а ты нам честно ответишь. Только, честно, договорились?

— Иначе мы очень сильно расстроимся, — почти шепотом добавил Иван.

— Угрожать гостеприимному хозяину в его доме — очень нехорошо, совсем плохо, — прошипел Песчаник. Он откровенно злился, нервничал, и от этого его акцент, обычно едва заметный, стал явным и грубым.

— А почему ты решил, что мы тебе угрожаем, Хасан? — Стас был само благодушие. Те, кого Хромой, бывало, допрашивал, не сразу понимали, что именно значит это благодушие. Потом, правда, осознание приходило, но было поздно.

— Мы к тебе за советом пришли, почтенный Хасан, — столь же кротко обратился к магу Иван, — к кому, как не к тебе идти, если нужно узнать, как попал в Москву стрелок высочайшего уровня, внешности определенно восточной, да еще прикрытый силами Нижнего Мира и чарами джиннов?

Про джиннов Иван не знал ничего, бросил, что называется, наугад, и увидел, как едва заметно дернулся уголок рта их гостеприимного хозяина.

— Увы, ничем не могу помочь вам, почтенные, — расплылся в сладчайшей улыбке Хасан. — И господам из полиции я сказал точно то же самое. А почему вас-то это интересует, если это не огромная и страшная тайна, конечно?

Он даже подался вперед и стал похож на большую хищную птицу с тонкой шеей, нечеловечески гибко выдвинувшейся из ворота халата.

Нет, не на птицу, на змею, подумал Иван. Да уж, не получается у нас разговор, а ведь так хотелось все решить миром, всего-то задать мудрому восточному человеку пару вопросов… Может, еще выйдёт? И он примирительно прижал ладонь к сердцу:

— Хасан, ты же знаешь, что мы никогда не делали друг другу зла и не переходили дорогу, — да-да, как ты у нас заказ на бранзулетки для княжеской невесты увёл, я тебе ещё припомню. — И мы со всей возможной искренностью хотели приникнуть к бездонному океану твоей мудрости и спросить, не поможешь ли ты нам в поисках, которые мы ведем для одного человека, предпочитающего сохранять своё имя в тайне.