Чтение онлайн

Немцы не дали бы нам этой недели, если бы мы не разнесли с воздуха несколько крупных железнодородных и автомобильных мостов. Воздушное прикрытие на них было не на всех, да и те, увидев свои самолеты, лишь удивлялись чего это они заходят на мост, тренируются что ли. А потом начинали падать бомбы и становилось слишком поздно. Движение в Западной Белоруссии встало. Успела проскочить лишь танковая рота фрицев, но полегла, не дойдя до Барановичей, хотя и нам крови попортила немало - разменялись с фрицами танками один-к-одному, что для нас неприемлемо. Хорошо хоть все танки остались нам, так что две трети и наших и немецких снова введем в строй. Да и танкистов смогли вытащить почти всех, правда, некоторым предстоит долгое лечение, но выжившим немцам все-равно хуже - они-то в плену.

Из нашей же первоначальной июльской команды было убито треть, ранены почти все, но эти оставшиеся стали командирами или помощниками командиров новых подразделений и стали обучать пополнение уже по новой методике. Она еще не устоялась и постоянно совершенствовалась, но общие принципы были понятны и эффективны, поэтому все тренировки подразмевались как само собой разумеющееся.

Мост в Бресте мы также разбомбили, но вернулись лишь два бомбардировщика из семи, да и те можно было считать бомбардировщиками условно. Немцы уже прослышали про бомбежки на своих же самолетах и успели подтянуть туда кучу зениток и истребителей. Летели ночью, поэтому хоть кто-то смог вернуться.

Из наших и трофейных истребителей сформировали истребительный полк из тридцати четырех самолетов - немецких и наших И-15, И-16, пары МиГов, и она весь конец августа постояно моталась на отражение воздушных атак. Сразу же, еще до "получения" самолетов, мы перестроили схему взаимодействия - перешли на двойки. Радиофицировали все самолеты нашими радиостанциями для оперативного взаимодейтсвия в бою, а машины ведущих - более мощными станциями для связи с землей. Вылетали только полным составом, поэтому наши потери были один к трем-четырем фрицам - мы их просто задавливали массой - одна группа завязывала бой и тут же с замаскированных аэродромов подтягивались еще мелкие группки, которые плотно вцеплялись в немцев и рвали их по кусочкам. Но их все-равно было больше, так что надолго нас не хватит - продержимся хотя бы неделю - уже хорошо. Еще было пять самолетов дневной разведки на базе трофейных хорьхов - немцы по ним не стреляли, потому что думали что свои, а вот наши иногда постреливали. Договорились что не будут стрелять по хорьхам вообще, точнее - будут стрелять после того, как не отзовется по оговоренному каналу. Десяток По-2 применяли как транспортники - вся десятка за один рейс могла доставить полторы тонны груза - немало. Конечно, всем десятком они никогда не использовались, но закинуть корректировщиков или снайперов, боеприпасы для ДРГ, перевезти раненного, доставить куда-то связного - эта работа была для них в самый раз. Ну и тренировка летчиков.

С танками тоже пошли по проверенной схеме - ставили противотанковое орудие на легкий танк, снимая с него башню и превращая в самоходку, крепили толстую лобовую броню из бутерброда сталь-бетон-сталь, усиливали подвеску. Это будут средства борьбы с танками. Средние танки оставляли как есть - будут средствами зачистки от пехоты. На часть легких танков ставили автоматческие пушки - они становились одновременно и ПВО, и средствами огневой поддержки танков.

Одновременно весь конец августа и первую половину сентября мы опутывали местность узлами обороны - формировали опорные пункты на перекрестках, причем так, что рядом расположенные могли поддерживать друг друга минометным огнем. Так получался опорный район, ограниченный тремя-пятью пунктами, который изнутри поддерживался батареей гаубиц и тремя танковыми взводами - самоходок, средних танков и танков ПВО/огневой поддержки. Всего сформировали три таких района - Барановичи, Зельца и Гродно, который также захватили наскоком с хорошими складами - войск у немцев тут было мало - фронт ушел уже далеко. Во время рейдов узнали еще о пяти лагерях, естественно - провели операции по освобождению и численность наших войск к началу сентября достигла почти двадцати тысяч - если по составу было более чем нормально, то по вооружениям и запасам - полный швах. Не хватало даже винтовок, не говоря уж о чем-то автоматическом или какой-то броне. Про самолеты лучше вообще забыть. Нас не трогают только потому, что не знают как до нас добраться. Авиации это не препятствует, поэтому она висит над нами довольно часто. Раскинулись мы на более чем двести километров - бей где хочешь и как хочешь. Тем более что сидим в узловых точках железной дороги Западной Белоруссии, и как только починят мосты - эти дороги понадобятся - тут-то нам и придет конец. Но и силы на себя отвлекаем знатно - нас блокировали несколько дивизий, на нас отвлекли бомбарировочную авиацию. Предыдущими акциями мы показали, что кусачие, и теперь нас если и не боялись, то принимали во внимание. Прямо живи и радуйся.

– - ГЛАВА 17

И, пока можно было жить, мы налаживали производство чего только возможно. В районе восстановили советскую власть - нашли всех депутатов что еще остались, выбрали новых, я тоже выбрался и пробил себе должность самого главного по облисполкому. Так как я не состоял в партии, а это был непорядок, меня заодно сделали и кандидатом в члены. Ну а я не против, мне главное чтобы это не мешало работать. Сформировали районные службы народного хозяйства и уже они перенимали опыт организации ремонтных и коммунальных служб - Кузьмич, с которым мы работали еще в первом нашем городке, нашел и сколотил к этому времени крепкую команду, и теперь она моталась по городам и весям, обучая местные кадры. Команда химиков и технологов также разрослась - в нее включали всех сколько-нибудь понимающих людей, и "настоящие" инженеры и лаборанты натаскивали их на конкретных производственных заданиях - шло обучение "с колес". Они мотались по предприятиям района и налаживали производство. Весь транспорт, который не ходил в рейды, мы переводили на генераторный газ обратного тока - установливали бачки, в которых перегонялся торф, за ними - охладители и очистители газа - и уже он подавался в цилиндры двигателей грузовиков, тракторов, электростанций - эту работу мы начали еще в июле, так что к сентябрю у нас уже были отработанные конструкции под три десятка типов транспортных средств - автомобилей и тракторов. Так что проблема с топливом была решена - хозяйственный транспорт работал на генераторном газе, и все жидкое топливо шло на боевую технику - самолеты и танки. Но "топливо" в виде еды было нужно и людям, поэтому сразу после захвата новых территорий мы провели ревизию посевов, организовали производство прицепных зерно- и клубнеуборочных комбайнов - урожай надо будет собрать быстро и малыми силами. Все стада укрупнили и перевели на фермы, а чтобы их не разбомбили - разместили их в лесах или замаскировали или придали нежилой вид. Но конечно вопрос с питанием встанет остро - двадцать тысяч военных, пятьдесят - гражданских, и посеять уже ничего не получится - сроки вышли. Тем не менее, вся наша территория тихо бурлила и пенилась, ежедневно то тут то там появлялись мелкие мастерские, копались водоотводные канавы, засыпались песком ямы на дорогах, восстанавливались водопроводы - земля, словно скомканный лист, расправлялась после прошедшего по ней урагана.

Она не только расправлялась, но и напитывалась живительными соками. С округи мы втягивали в себя пропущенные или еще не растащенные немцами склады всего чего только можно - организовывали грузовые колонны с воздушным и танковым прикрытием, каждый склад выливался в войсковую операцию, но это того стоило - зимней одежды и обуви уже хватало более чем на половину бойцов. Оружие и боеприпасы тоже понемногу накапливались. С артиллерией стало более чем хорошо - начарт сформировал уже несколько гаубичных батарей, три десятка противотанковых, более сорока минометных. Это же силища !!! Такой армадой можно было измолотить не одну дивизию. К тому же, мы наращивали и количество наших эрзац-САУ на легких танках - в трех организованных мастерских уже были вполне отлажены процессы переделки легких танков во вполне приличные САУ, так что нам было чем не только встретить, но и парировать пресловутые танковые клинья - их я сейчас опасался больше всего, поэтому-то и направлял наши основные усилия на противотанковую оборону - самолетами немцы землю не захватят, самолеты можно перетерпеть, их ударная мощь опасна только для скоплений людей и техники, а в наших лесах можно было спрятать сто раз по столько людей, сколько есть сейчас - и все-равно будет не тесно. Так что пусть гоняются самолетами за каждым человеком - и пупок развяжется, и от фронта эти самолеты будут отвлечены. Дргое дело - танки. Если танк пришел - уже не до маневров - выковыряют из любого укрытия. Танки надо мочить. Поэтому-то мы максимально наращивали ПТО - от остальных угроз можно спрятаться или отбиться.

С одеждой была другая ситуация. Советской формы на всех не хватало, поэтому мы активно использовали трофейную. Ну - пытались использовать. Тут возникла больше психологическая проблема - наши бойцы не хотели одевать немецкую форму, хотя их обувь пришлась по вкусу всем кому хватило. Поэтому, чтобы не напрягать лишний раз людей, мы организовали покрасочные цеха, в которых стали перекрашивать немецкую форму в непохожую на нее хотя бы по цвету. Такую одежду бойцы уже принимали без особых возражений - хотя по покрою было видно, что она немецкая, но, заляпанная пятнами разной краски, по цвету она отличалась совершенно, поэтому бойцы в ней уже не походили на ненавистных фрицев и охотно ее одевали - ткань-то была хорошей. К тому же мы шили разгрузки и камуфляжи, которые дополнительно скрадывали намеки на происхождение этой формы, так что и тут ситуация понемногу выправлялась.

На фронте дела обстояли тоже лучше, чем в моей истории. Немцы завязли под Смоленском и Киевом. Вроде бы в моей истории Смоленск был захвачен в августе, Киев - к сентябрю, а тут - уже десятое сентября, а они топчутся. Надеюсь, это мои действия их так тормознули. Еще бы - нарушить, а потом и перекрыть движение транспорта через Белоруссию - это очень немало. Теперь им приходилось обходить наш район, а еще мы тут постоянно делали рейды и подрывали составы и мосты, нападали на колонны, отстреливали солдат и офицеров. Перекрывали артерии. И наша численность постоянно росла - мы освобождали пленных, формировли партизанские отряды и обучали их диверсионной тактике - укусить и отбежать, откат волнами с засадами отсечения, чтобы оторваться от преследования - методы были очень эффективны и немцы пока не могли выработать адекватного противодействия. Потом они конечнно что-то придумают, но надеюсь и мы тогда уже найдем что-то новое.

– - ГЛАВА 18

В середине сентября начал выправляться и вопрос с моторесурсом. Еще в июле, как только у нас появились с десяток танков с неисправными движками, я кинулся к механикам. Те, посмотрев на убитые горем от неправильной эксплуатации движки, только развели руками. Задиры, овальность внутренних поверхностей цилиндров, сломанный шатун - они перечислили более двадцати типов повреждений, и по их взглядам я понял - "не жилец".

– Совсем никак ?

– Совсем.

– А если что-то заменить ?

– Заменить можно попробовать.

– Попробуйте, а ?

– Ладно, посмотрим.

Они действительно посмотрели, и даже героически собрали из трех движков один работающий на три четверти - два из шести цилиндров просто отрубили и от вала, и от подачи топлива. Но даже с таким мотором танк как-то ехал, а для нас в то время любая единица брони была на вес золота. Вот остальные детали выглядели сплошным хламом, да им собственно и были. Мне бы взять да успокоиться, но взыграли привычки активного дилетанта:

– А вот тут гильза - овалом идет, да ? А если ее расточить - снова станет цилиндром ведь ?

– Ну, станет. А толку-то ?

– В смысле ?

– В том и в смысле - нужен другой поршень, по-шире. И кольца под него.

– А если только кольца, а поршень тот же ?

– Кольца получатся слишком широкими - сорвет или поломает.

– А если их сделать по-толще ? И канавки под них проточить ...

– ... ну давайте, товарищ полковник, попробуем.

Мы попробовали. За три дня переломали штук пять колец, пока не подобрали нужный режим закалки. Ну что сказать ? Цилиндр мы восстановили, вот только через некоторое время сломалась стенка гильзы - после расточки она стала слишком тонкой и не выдержала нагрузок, несмотря даже на то, что мы уменьшили подачу топлива - температурой и давлением ее просто разорвало широкой трещиной. Было ясно, что ослаблять конструкцию нельзя.